Пожалуй, впервые за долгое время на Олимпийских играх Россия была близка к победе в таком виде спорта, как дзюдо. Капитан российской сборной, супертяжеловес из Владикавказа Тамерлан Тменов был в полушаге от "золота". Но в самый неподходящий момент произошла осечка. Пришлось довольствоваться бронзовой медалью. Впрочем, несмотря на это, Тменов до сих пор испытывает глубокий душевный кризис.

ОЧЕНЬ ТРУДНО ПРИЙТИ В СЕБЯ

- Я, может быть, не расстроился в поражении в полуфинале, если бы не был уверен в своих силах, - говорит Тамерлан. - Моя уверенность основывалась на проведенной подготовке к Олимпиаде. У меня были все предпосылки к победе. Вот уже третью неделю я пребываю в состоянии подавленности. Все мне говорят: "Забудь об этом". Но как такое можно забыть? До сих пор вижу ту злополучную схватку. Нет, бронзовой медалью я не расстроен. Ведь это дзюдо. Быть может, третье место - к лучшему.

- Вы хотите сказать что "бронза" не полностью отражает вашу силу?

- Не так-то просто ответить на этот вопрос. Знаете, я начал приходить в себя только после церемонии награждения. Но душевная боль еще не прошла. Даже не знаю, что мне делать. Может быть, обратиться к психологам. Не знаю…

- Почему же вы не принимаете во внимание тот факт, что это была ваша первая Олимпиада и главные успехи, будем надеяться, еще впереди?

- Я не сбрасываю этот фактор со счетов. Но ведь я ехал в Сидней выигрывать. "Бронза" не удовлетворила мои амбиции. Хотя эта медаль - плод переживаний моих болельщиков. Когда я выходил на схватку за третье место, то не мог собраться, настроить себя на борьбу. Я был полностью подавлен. Но вовремя вспомнил, что за мной следят миллионы россиян и не находят себе места от переживаний. Я благодарен всем, кто за меня болел, особенно своим родителям. Хотя другие переживали не меньше, чем они. Понимаю, как всем сейчас больно, но мне больнее втройне.

ЗЛОПОЛУЧНАЯ СХВАТКА

- О той полуфинальной схватке ходят уже легенды. Разговоры не умолкают из-за возникшей резкой боли в печени. Я разговаривал с вашей матерью, и она сказала, что боль появилась от волнения. А вы сами как думаете?

- Никаких аргументов в свое оправдание я приводить не буду. Это было бы неправильно. Да, печень подвела меня, где-то недосмотрел за ней, в какой-то момент стоило немного подсуетиться. Я не стану в чем-то или в ком-то искать причину, так как она кроется во мне.

- И все-таки среди этих самых причин была и адаптация, и аллергия…

- Все это не более чем мелкие нюансы. Сейчас о многом можно говорить: и о периоде обострения аллергии, во время которого мне запрещали тренироваться, и о пище, которая, возможно, оказала неблаготворное влияние на печень, и о накале Олимпийских игр. Не исключаю и того, что печень могла подвести меня из-за психологических нагрузок. Желание победить было настолько велико, что я позабыл о ней, а она в самый неподходящий момент дала о себе знать.

- Понимаю, как тяжело вам будет вспоминать полуфинальную схватку с японцем Шинохарой, но все-таки… Для вас схватка началась неплохо - заработали "коку". Может быть, следовало уйти в оборону и удержать свое преимущество?

- Нет-нет, это не тот человек, в борьбе с которым можно уходить в глухую оборону. Нужно постоянно двигаться. Он весит больше и, как только делает два захвата, тут же идет на прием. В той схватке я бросил его на "вазаари", но мне дали только "коку". Хотя если бы тот прием оценили по достоинству, то тактику можно было изменить.

- Шинохара - ваш традиционный соперник. Помнится, в позапрошлом году на солидном международном турнире в Японии он отобрал у вас победу в финале. Каков счет ваших личных встреч?

- 2:2.

- В схватке за третье место вы боролись еще с одним своим конкурентом - этническим чеченцем из Турции Татар-Оглы.

- Я не помню этот поединок, я был отключен. Помню только взорвавшийся от оваций зал. После этого я поднял вверх руки, поблагодарил зрителей и упал. Очнулся только в раздевалке. Я боролся на эмоциях. Но пока я еще не просмотрел видеозапись той схватки, поэтому ничего не могу сказать о ней.

- Возвращаясь к полуфиналу, мне вспоминается каменное лицо вашего тренера Алика Бекузарова. Скажите, а каковы были его первые слова после победы над Татар-Оглы?

- Он еще ничего не сказал. Я только взглянул в его глаза и понял, что к чему. По выражению его лица можно было прочесть слова: "Тамик, я чувствую, что мы что-то недоделали на этих соревнованиях". Он тоже до сих пор морально опустошен. Скоро все немного поутихнет, я чуть-чуть отдохну, тогда, видимо, мы и поговорим.

ВСТРЕЧА С ПРЕЗИДЕНТОМ

- Весть о том, что за вас болеет Владимир Путин, облетела страну со скоростью света. Скажите, после Олимпиады между вами уже был разговор?

- Мы виделись на недавней встрече в Кремле. Меня он знает немного лучше, чем других олимпийцев. Поговорили с Владимиром Владимировичем. Он старался успокоить меня.

- Какими словами?

- Президент сказал: "Все нормально. Я смотрел твои схватки и сильно переживал. Не расстраивайся. Афины будут нашими".

- Впереди у вас игры в Афинах. Признайтесь, с кем бы из своих конкурентов вы хотели бы встретиться в финале?

- Ни о какой принципиальности речи быть не может. Путь в финале сойдутся сильнейшие.

ТМЕНОВУ ПРОЧИЛИ "ЗОЛОТО"

Надо признать, что поражение в полуфинале тренер Тменова Алик Бегузаров воспринял как свое собственное. Это стало понятно с первых же слов нашего разговора.

- Как вы оцениваете выступления своего подопечного, учитывая все обстоятельства, в том числе и то, что он впервые участвовал в Олимпиаде?

- А что это меняет, первый раз участвовал или не первый? Если человек целенаправленно готовится к Олимпиаде, то для него не должно быть разницы. Мы ехали в Сидней, чтобы выигрывать. Конечно, многие довольствуются и третьим местом. Тот же дзюдоист Степкин выиграл "бронзу", но для него это - потолок, и он был счастлив. А по той мощной и атакующей борьбе, которую показывал Тамик, все специалисты прочили ему "золото". Не вышло. Оказывается, есть еще над чем работать.

- В супертяжелом весе фаворитов не было. На победу претендовали четыре-пять спортсменов. Тем не менее вы считаете, что третье место не отражает реальную силу Тменова?

- Если бы сейчас еще раз провели Олимпиаду, то призовая тройка выглядела бы иначе.

- А почему вы до сих пор не поговорили со своим подопечным?

- На следующий день после схваток я уехал из Сиднея, а он остался. Времени на то, чтобы проанализировать Олимпиаду, у нас не было. Вот, например, 11 октября он уехал в Германию. По приезде дам ему возможность отдохнуть. Потом сядем и разберемся, что к чему.

- Какова будет главная мысль разговора?

- Особо долго не будем говорить. Он и без того понимает, что я об этом думаю. Лишь скажу ему: "Ну что, Тамик, начнем?" Впереди у нас чемпионат мира в Германии в 2001 году. Я думаю, пусть уж лучше мы отборемся хуже, но "золото" возьмем.