..."Погасите свет", — попросил Луцевич. И операция началась: без растерзанной человеческой плоти, без крови и... осложнений. И незачем было плевать через плечо: восемь тысяч предшествующих операций красноречивей слов. Летальность — ноль. Таков опыт бригады хирургов Центра эндоскопии Олега Луцевича, Сергея Гордеева, Юрия Прохорова.

В операционной они всегда вместе — трое талантливейших врачей, эскулапов от Бога, понимающих друг друга по движению брови. Все десять лет они рядом — эти шесть рук, три мозга и три неравнодушные души, ставшие в операционной единым организмом.

Но кого напоминает мне человек за операционным столом? Пожалуй, органиста, который перебирает инструментами, как рычагами, время от времени нажимая на ножную педаль, и вглядывается в монитор, "слушая голос" человеческой плоти.

...Тридцатишестилетний Сергей С., прооперированный по поводу паховой грыжи, выписался домой на следующий день, чтобы завтра вернуться на работу. 2 — 3 недели, правда, врачи не советуют ему поднимать гири, чтобы "заплата" надежно приросла, а к декабрю можно навсегда забыть о многолетней хвори.

Средняя цена операции в ЦЭЛТе — 700 — 800 долларов вместе с лечением, медикаментами, уходом, питанием и остальными услугами. Дорого? Недешево.

Но стоимость лучшего оборудования из Японии, Америки, Германии, этих "глаз" и "ушей" современной медицины, измеряется тысячами долларов. Только компьютерный томограф, который, конечно же, есть в ЦЭЛТе, стоит ни много ни мало 2 миллиона зеленых. Эндоскопическая аппаратура — десятки тысяч. И это оправданно — с чем не справляется человек, успешно делает техника.

Так сколько же стоит здоровье?

Давайте считать вместе.

Что ожидает больного, обратившегося в рядовую больницу с рядовым воспалением желчного пузыря? Как минимум месяц в стационаре плюс полтора — дома на больничном.

После открытой операции у 20 пациентов из 100 начинаются осложнения, а это повторные вмешательства. И тогда человек бывает нетрудоспособен до полугода. Нередко это заканчивается инвалидностью.

Плюс ограничение физической нагрузки. Если ты, скажем, спортсмен, ты просто выбываешь из игры.

Но горькая статистика безжалостна: при плановой операции, то есть когда острый приступ снят, из 100 человек умирают 2. Если приходится оперировать сразу, из 100 больных погибают 10 — 15.

А теперь подсчитайте, сколько времени, нервов, денег ушло на лечение и послеоперационный период? А недополученный вами доход? А спайки, грыжи и прочие несчастья?

Или просто жизнь. Нормальная жизнь.

P.S. В коридоре Центра я встретила веселую пожилую женщину. На днях ее привезли сюда с гор с почти безнадежным диагнозом — запущенным воспалением желчного пузыря и перитонитом в токсической фазе. Она выписывалась на пятые сутки.

Когда говорят, что выхода нет, не верьте. В конце концов есть ЦЭЛТ.