На минувшей неделе в гостях у "Советского спорта" побывал начальник ЦСКА Михаил Мамиашвили. Вопросов к руководителю армейского спорта у читателей нашей газеты накопилась уйма. Редакционный телефон не умолкал ни на минуту. Вопросы касались самых разных областей — футбола, хоккея, баскетбола. Это понятно: ситуация в армейском спорте сегодня сложилась крайне запутанная. И каждый из звонивших хотел, чтобы начальник ЦСКА лично для него прояснил ее.

ЯПРИЗЫВАЮЖИТЬПОСРЕДСТВАМ

— Здравствуйте, беспокоит вас Артем Вячеславович из Москвы. Меня интересует, а что вообще представляет собой ЦСКА сегодня?

— Это очень большой вопрос, но, если коротко, ЦСКА — это структурное подразделение Министерства обороны. ЦСКА — это 34 вида спорта, 29 из которых — олимпийские, 4,5 тысячи детей, регулярно занимающихся спортом в детских школах, 14 Дворцов спорта и 5 учебно-тренировочных баз, наконец, это 1200 спортсменов, выступающих на профессиональном уровне. Кроме того, название ЦСКА носят три практически самостоятельных профессиональных клуба — футбольный, хоккейный и баскетбольный.

— Здравствуйте, меня зовут Юрий Николаевич. Мне 60 лет, и я давний болельщик ЦСКА. Хотелось, чтобы вы ответили на два вопроса. Первый: когда будет оказана реальная помощь футбольному клубу ЦСКА и реконструирован наш стадион на Песчаной? И второй: когда ждать возвращения хоккейной команды ЦСКА в родные пенаты — в ледовый Дворец на Ленинградском проспекте? А то как-то некрасиво получается: имеем свой Дворец, а играем в Лужниках.

— Согласен. Спасибо вам за вопросы. Оба они — самые насущные на сегодняшний день. Отвечу сначала на второй. Моя позиция была и остается однозначной: ледовый Дворец должен принадлежать армейской хоккейной команде, и только ей. Не буду в деталях рассказывать о всех перипетиях и сложностях, которые имеют место сегодня. Скажу лишь, что это вопрос не одного дня. Но можете не сомневаться: на сегодняшний момент делается все, чтобы ледовый Дворец принадлежал хоккею.

— Но перспективы какие-то все же есть? О каких сроках может идти речь?

— О каких сроках?.. (После паузы.) Я надеюсь, что в ближайшее время нам все-таки удастся найти компромисс с арендаторами Дворца — с господином Тихоновым и господином Гущиным. По крайней мере, сдвиги есть. И очень серьезные.

— А футбольный стадион? Когда он наконец будет реконструирован? Можно ли ждать от вас помощи футбольному клубу?

— А что вы вкладываете в эти слова? Что значит "помогать футбольному клубу"? ПФК, как и хоккейный и баскетбольный клубы, были созданы с одной целью — инвестировать в армейский спорт внебюджетные средства. То есть вопросы финансирования взяли на себя акционеры. Иначе зачем вообще они нужны?!

— Я же говорю: у армейской команды должен быть свой стадион. В этом году в "Советском спорте" был опубликован замечательный проект стадиона, читал ваши слова о налаживании отношений с президентом ФК ЦСКА Шахруди Дадахановым, о взаимодействии с попечительским советом клуба, во главе которого стоит бывший министр обороны Павел Грачев. А реконструкция-то ни с места.

— Хорошо. Задам встречный вопрос. Как вы думаете: из каких средств должны быть выделены миллионы долларов на реконструкцию стадиона?

— А вы не обдумывали возможность сдать стадион футбольному клубу в аренду? Не на такой, конечно, гигантский срок — 49 лет, как хоккейный Дворец, а поменьше?

— Надо знать в первую очередь, кому сдавать?

— А что — трудно разобраться?

— Разобраться нетрудно. Просто для того, чтобы отдать стадион в аренду потенциальным арендаторам, нужно представить план реконструкции стадиона, сроки, показать объем инвестиций, представить самих инвесторов, утвердить комплексную программу. Тогда этот вопрос будет рассмотрен. Я же не могу бездумно распоряжаться государственным имуществом.

— Вы заявили в интервью "Советскому спорту", что в этом году рядом со стадионом будут стоять осветительные вышки. И что?

— Относительно вышек могу сказать, что их монтаж идет. А подстанция уже построена. Деньги Министерством обороны выделены.

— А будет ли в 2001 году начата масштабная реконструкция стадиона?

— Повторю еще раз — для этого делается все возможное. Есть решение министра обороны.

— Но реальные сроки окончания реконструкции вы назвать можете?

— Их не назовет вам никто, в том числе и я.

— А московский "Локомотив" называет. И "Спартак" готовится новую базу открывать.

— Я реалист и всегда призываю жить по средствам. Когда действительно смогу назвать сроки, я сразу их назову.

— И все-таки: что нужно, чтобы была начата реконструкция стадиона на Песчаной?

— Добрая воля сторон — вот что нужно. ПФК обязан принимать финансовое участие в этом вопросе. Стадион-то для футбола строится. Так же, как и база. Туда не будет заселяться никто, кроме футболистов.

— Иначе говоря, вопрос с реконструкцией стадиона завис в воздухе и в ближайшее время ничего не будет решено?

- Вопрос будет решен однозначно, можете не сомневаться.

— Ладно, спасибо.

— Пожалуйста…

ХОККЕЙНЫЙ ДВОРЕЦ ЗА ПОЛТОРА РУБЛЯ

— Алло, это Михаил Мамиашвили?

— Так точно.

— У меня есть один маленький вопрос. Относительно хоккея. Сегодня там дела у ЦСКА складываются не очень благополучно. Не пора ли поставить вопрос о смене главного тренера Бориса Михайлова? И вообще: начальник ЦСКА может поставить такой вопрос перед руководителями ЦСКА-Холдинга?

— Отвечу коротко: Михайлов — один из лучших российских тренеров. Наставник сборной.

— Спасибо вам большое и всего доброго.

— До свидания.

— Алло, здравствуйте. Меня Сергей зовут, я из Москвы. Можно вопрос задать?

— Ну, я думаю, вы за этим и позвонили.

— Да, но дозвонился я, признаюсь, с трудом.

— Да? Что ж, видите, какой я популярный? Шучу.

— Вопрос следующий: чиновники Министерства обороны как-то помогают футболу, кроме того, что владеют акциями и изредка посещают матчи?

— Вы, я вижу, совсем не осведомлены в этом вопросе и не знаете о том участии, которое Министерство обороны в лице ЦСКА и спортивного комитета МО принимает в жизни различных видов спорта, в том числе футбола. Коротко расскажу. На нас лежит медицинское обеспечение, базы, детские школы (4 возраста), стадион. Пусть на сегодняшний день он и не отвечает требованиям УЕФА, вместе с тем позволяет экономить на российском чемпионате огромные деньги. Для сведения: все сборы от продажи билетов, от трансферных операций, от рекламы — все это идет в ПФК. Ни одной копейки из этих сумм ЦСКА не получает. Не стоит забывать и о тех суперльготных условиях, на которых живут дочерние предприятия ПФК. И все для того, чтобы футбольный клуб зарабатывал и покрывал свои издержки.

— Понятно. Спасибо. До свидания.

— До свидания.

— Алло, здравствуйте! Меня зовут Кузнецов Роман Валерьевич. Звоню из Московской области, город Щелково. Я хочу задать вопрос, касающийся детско-юношеской школы ЦСКА по футболу. Есть ли в ваших планах реконструкция полей на улице Песчаной?

— Знаете, у меня такое впечатление, что накануне горячей линии вы полдня просидели у меня на работе.

— Признаться, не был.

— Но попали в точку. Этим вопросом я сегодня полдня занимался. Составлен план реконструкции тренировочных полей для детей. В том состоянии, в котором эти поля находятся сейчас, они больше не будут. Я даю вам слово. Вы можете приехать осенью следующего года и посмотреть. И если не увидите изменений, то заходите в мой кабинет, если, конечно, я еще буду там сидеть, а, надеюсь, так и будет. Заходите и скажите мне прямо, что я вас обманул.

— А что касается манежа ЦСКА? Там так и будет рынок?

— Вопрос без ответа.

— Алло, здравствуйте. Меня зовут Андрей, мне 37 лет, с детства болею за ЦСКА. У меня вопрос к Михаилу Мамиашвили. Когда произойдет долгожданное объединение двух хоккейных команд?

— К сожалению, этот вопрос находится больше в плоскости объединения двух коммерческих структур.

— Но, может быть, вы как-то способны повлиять на ситуацию?

— Я внес свое предложение, и руководители Холдинга с ним согласились. Я предложил, чтобы Михайлов возглавлял единую команду, а Тихонов стал ее президентом. Как Гомельский в баскетболе. Кроме того, Тихонов возглавлял бы молодежную команду ЦСКА. Эта схема объединения была представлена двум сторонам более года назад. Вы, наверное, будете первым человеком, которому я скажу, что сейчас мы как никогда близки к объединению. Надеюсь, что армейский хоккей станет единым и мощным, как прежде.

— Вопрос о хоккейном Дворце. Тихонов, я так понял, приватизировал его?

— Не приватизировал, а взял в аренду на 49 лет. И, что самое интересное, знаете, по какой цене?

— Представляю.

— По какой?

— Наверное, какая-нибудь мизерная цена.

— Назовите сумму. Во сколько, по-вашему, им обошелся один квадратный метр в год?

— 100 долларов.

— Наивный вы человек. 1 рубль 50 копеек.

— Есть ли возможность через суд пересмотреть эти договора?

— Я уже говорил: мы делаем все, чтобы армейский хоккей вернулся во Дворец на Ленинградском проспекте. Но если бы все зависело только от меня…

ЕСЛИ ХОККЕИСТЫ ОБЪЕДИНЯТСЯ, ТРЕПЕЩИ,"МАГНИТКА"

— Алло. Я болельщик ЦСКА. Можно задать вопрос Михаилу Мамиашвили?

— Задавайте.

— Много читал о скандале, связанном с давлением на акционеров ПФК ЦСКА со стороны ФСБ. Там упоминается и ваша фамилия. Речь идет о каких-то квартирах, которые вы должны были выделить футбольному клубу. Можете это прокомментировать?

— Извините, чем вы занимаетесь, если не секрет?

— Я менеджер.

— Значит, с российским законодательством знакомы?

— Немного.

— Тогда ответьте: может ли министр обороны из фондов министерства вам как частному лицу выделить квартиру?

— Сомневаюсь.

— Один вопрос отпадает. Футбольный клуб как коммерческая организация не может получить квартиру из фондов Министерства обороны — только те люди, которые числятся в штате ЦСКА.

— Значит, ни один футболист там не числится?

— ЦСКА отправил десять писем в ПФК с просьбой назвать человека, которому нужно выделить квартиру. Ответа нет. Потом они назвали фамилию своего администратора, который числится в штате ЦСКА. Однако его кандидатура не прошла, потому что у него в семье на одного человека приходится около 20 квадратных метров. Поэтому по закону получить эту квартиру он не может.

Дать квартиру просто так Мамиашвили не может. Я квартиры не раздаю. Нужно много согласований. Минимум — на уровне замминистра обороны. А что касается четырех квартир, пришедших к нам в последнее время по линии Министерства обороны, то три из них получили штатные сотрудники ЦСКА. Четвертая, после того как отпала кандидатура администратора ПФК, свободна. А руководителям футбольного клуба после всего того, что они наговорили о том, кому и как Мамиашвили раздает квартиры, лично я бы посоветовал обратиться к психиатру.

— Алло. Здравствуйте, Михаил. Меня зовут Альберт Иванович, я из Раменского. Болельщик ЦСКА с 1945 года. Хотел бы узнать ваше мнение о перспективах армейцев в командных видах спорта.

— О перспективах футбольного клуба скажу так: это частная коммерческая организация, и если ее руководители наконец-то поймут, что нужно работать, а не выяснять отношения со всеми подряд, то ЦСКА может добиться прежних результатов. О хоккее я уже говорил: если все-таки удастся объединить две команды и сделать так, чтобы армейский хоккей вернулся под крышу своего ледового Дворца, для чего есть все предпосылки, то трепещите "Магнитка", Казань и Ярославль! Баскетбол у нас никогда не сдавал свои позиции. Тут, пожалуй, удалось добиться той цели, для которой и создавались профессиональные клубы в ЦСКА. Есть стратегический партнер, крупная коммерческая структура, взявшая на себя финансовую заботу об армейском баскетболе. А ЦСКА создает для нее необходимые условия. Теперь о тех командных видах спорта, которые остались целиком в ведении ЦСКА. Гандболисты — чемпионы страны. А великий тренер Максимов, возглавляющий сейчас ЦСКА, выиграл олимпийское "золото". Это единственная команда "игровиков", которая привезла золотую медаль.

— А волейбол?

— В женском волейболе все более или менее благополучно. С командой "Уралочка" нам пока тягаться тяжело, но за медали в чемпионате России в этом году армейские волейболистки должны бороться.

— А мужская команда?

— С мужской — сложнее.

— Можно ждать улучшения?

— Мы пытаемся помогать. Все упирается в комплектование команды. Средств явно недостаточно, чтобы платить игрокам.

— Спасибо вам.

— До свидания. Напоследок скажу следующее: у Максимова, несмотря ни на что, все получается. Кто хочет, тот делает.