Президент Паралимпийского комитета страны, заместитель председателя Госдумы Владимир Лукин в эксклюзивном интервью «Советскому спорту» рассказал о болевых точках в спортивном движении инвалидов. Это, в частности, отсутствие нормального информационного поля, мизерное количество специализированных школ, недостаточная техническая оснащенность, плачевное финансирование.

ОПОРА НА РЕГИОНЫ

— На мой взгляд, в нашей стране существует большой дисбаланс между реальным развитием спортивного движения инвалидов и его освещением в центральной прессе, — говорит Владимир Петрович. — Мне кажется, что отечественные СМИ пока недостаточно уделяют этому внимания. Со своей стороны, мы хотим, чтобы у спортсменов-инвалидов была серьезная общественная организация, которая включала бы все основные наши спортивные федерации и объединения.

— Сколько лет существует паралимпийское движение в нашей стране?

— Около 15 лет. В 1988 году мы приняли участие в Паралимпийских играх в Сеуле. Однако само движение довольно продолжительное время оформлялось весьма хаотично. И лишь когда в 1997 году был создан комитет, оно приобрело более целенаправленный и внятный в правовом отношении характер.

— Что удалось сделать за эти годы?

— Если три года назад спортивных клубов было 176, то в настоящий момент их около тысячи. Это стало возможным благодаря тому, что Паралимпийский и Государственный спорткомитеты совместно издали ряд документов, ввели статистическую отчетность, определили типовое положение. Нам удалось включить отдельной строкой в госбюджет определенную фиксированную сумму на подготовку к Паралимпийским играм наших спортсменов. Кроме того, мы добиваемся, чтобы из трех тысяч стипендий, ежегодно выделяемых нашим Президентом для спортсменов, как минимум пятьдесят были бы адресованы ведущим спортсменам-инвалидам. Мы сумели наладить добрые отношения с некоторыми региональными лидерами – губернаторами. Совместно с ними мы осуществляем программу развития спорта инвалидов. В частности, я хотел бы отметить Москву и Московскую область, Алтайский край, Челябинскую, Ростовскую, Иркутскую, Свердловскую области, Башкирию, Санкт-Петербург, Омск, Самару, Саратов, Волгоград.

ПРИМЕР ДЛЯ ПОДРАЖАНИЯ

— А с какими проблемами вам приходится сталкиваться?

— Со многими. На сегодняшний день у нас в России функционирует всего лишь семь специализированных спортивных школ для инвалидов. Вы только вдумайтесь: лишь один процент от общего числа инвалидов занимается спортом. Неохваченными остаются миллионы граждан нашей страны. А ведь им очень важно показать, что они такие же люди, которые и в физическом, и в интеллектуальном плане могут быть полезными обществу. Есть проблемы с финансированием. Мы пока не смогли изыскать средства на представительство в Международном паралимпийском комитете. А это крайне необходимо для того, чтобы представлять интересы нашей страны на международной арене. У нас слабо развито внебюджетное финансирование. Тем не менее я уверен, что благородные и сострадательные люди в России не перевелись. И мы надеемся, что на очередном нашем паралимпийском собрании 13 сентября будет избран новый состав Исполнительного комитета, который вплотную займется этой стороной вопроса. С другой стороны, не могу не сказать, что наша связь с ОКР оставляет желать лучшего. Как образец для примера, могу привести схему взаимодействия Олимпийского и Паралимпийского комитетов на международном уровне. В прошлом году две эти организации на совместном заседании приняли решение, что оба движения равны друг другу. Они тесно сотрудничают на равноправной основе, и при этом Международный олимпийский комитет, как более мощный и имеющий несравненно большие финансовые и прочие возможности, активно участвует в финансировании Международного паралимпийского комитета. Такая схема существует в очень многих цивилизованных странах. К сожалению, она пока не сложилась в нашей стране.

— Многие подразделения спорта инвалидов требуют хорошей технической оснащенности. Как в этом плане выглядит российский паралимпийский спорт?

— У нас очень плохая техническая база, поэтому мы изначально проигрываем во многих видах. Если проследить выступление нашей команды, то станет очевидным: чем более технологичен вид спорта, тем хуже мы выступаем и на летних, и на зимних Паралимпиадах. И наоборот, там, где успех зависит от индивидуальных усилий человека, его воли и характера, там мы одни из первых. Вот вам характерный пример. На Паралимпиаде в Австралии спортсмен-колясочник Алексей Иванов из Омска завоевал серебряную медаль. И это при том, что его старую коляску до последнего момента приводили в порядок, завинчивая каждую гайку, буквально на старте.

– В каких дисциплинах принимали участие наши спортсмены?

— Мы участвовали в равнинных лыжах. Дебютировали в горных лыжах. И почин вышел достаточно неплохим. Две бронзовые медали принесли горнолыжники в общую копилку сборной команды. К сожалению, пока мы не смогли выставить на турнир хоккейную команду. В ближайшее время мы обязательно создадим в регионах несколько хоккейных команд, организуем чемпионат России и, надеюсь, достойно будем выглядеть на международной арене.

— По какому принципу проходит отбор дисциплин?

— Паралимпийские соревнования строго регламентированы. Например, если брать зимние Паралимпийские игры, то основными видами спорта являются четыре: равнинные лыжи, горные лыжи, биатлон и хоккей. Однако в каждом виде соревнуются спортсмены разных категорий инвалидности. Например, полностью незрячие люди — это одна категория. Паралимпийцы с частичной потерей зрения – другая категория. Нарушение зрения в меньшей степени – третья. Такой же принцип соблюдается на соревнованиях спортсменов с нарушением опорно-двигательного аппарата.

УЧЕНЫЕ ВЫЧИСЛЯЮТ СИМУЛЯНТОВ

— В свое время Международный паралимпийский комитет на какое-то время приостановил участие спортсменов с ограниченными интеллектуальными возможностями в зимних Играх. С чем это было связано?

— Дело в том, что субъективно очень трудно определить индивидуальный диапазон интеллектуальных способностей каждого из таких людей. Поэтому Паралимпийский комитет поручил ученым провести очень серьезные исследования в этом направлении и определить, какими должны быть объективные критерии для участия таких людей в Играх. Насколько это актуально, можете судить из примера, который я вам приведу. На Играх в Сиднее МПК дисквалифицировал баскетбольную команду Испании, которая выиграла финальный матч у российской сборной. Ибо после турнира выяснилось, что многие из баскетболистов отнюдь не имели проблем со здоровьем и, попросту говоря, оказались симулянтами.

— Владимир Петрович, наша страна сейчас ведет борьбу за право проведения Олимпийских игр 2012 года в Москве. Однако, насколько известно, МОК, кроме организационной и финансовой части подготовки к Играм, будет учитывать состояние дел в паралимпийском движении. Каковы наши шансы по этой части?

— Нам всем необходимо консолидировать усилия. Я имею в виду и Госкомспорт, и ОКР, и ПКР. Если мы сейчас все силы бросим на подготовку к Олимпиаде 2012 года в Москве, но при этом пустим на самотек паралимпийские виды, то нам ничего не светит. Фокус, который прошел в 1980 году, когда мы, проведя Олимпиаду, не организовали Паралимпийские игры, больше не пройдет. Именно в контексте соглашения о равенстве между МОК и МПК будет оцениваться готовность России к Олимпиаде. Поэтому, если у нас действительно есть национальные и государственные амбиции провести Игры 2012 года, нам надо двигать и то, и другое направление параллельно.

НАША СПРАВКА

ЛУКИН Владимир Петрович.

Родился в июле 1937 года в городе Омске.

В 1959 году окончил исторический факультет Московского государственного педагогического института им. Ленина. Доктор исторических наук, профессор.

Заместитель председателя Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, заместитель председателя партии «Яблоко». Президент Паралимпийского комитета России с 1997 года. Женат. Имеет двоих детей.