МЕСТО ПОД СОЛНЦЕМ

Он покорял разинувшую пасти пишущую братию конкистадорскими замашками. «Рвать буду…» Статный, уверенный в себе завоеватель мира двадцати лет от роду. Он уезжал от снежной каши МКАД к свету прожекторов «Ноу Камп» и «Сантьяго Бернабеу». Родня крестила на дорожку, то и дело «убегая» в слезы: «Ты уж там не подкачай, мила-а-ай…» А он… Выдавая в подставленные диктофоны штампованные фразы про «еще никому не мешавшую конкуренцию», уже грел в уме лопатку, которой доллары гребанет…

Через месяц — гля по телику! — по-европейски цивилен, что-то уже пытается лопотать по-ихнему, по бокам девчонки модельной внешности… Через год — домик на побережье, БМВ последней модели и первые «лавочные примерки»… Через три года — контракт с клубом третьего дивизиона Бельгии и… футбольная смерть. Точнее, самоубийство.

Сквозь подобный алгоритм футбольной жизни прошло множество знатных русских фамилий. Сахарная западная реальность (намазанная то-о-о-лстым слоем меда!) вдруг поворачивалась к нашему футбольному «эмигранту» непрезентабельным местом. Тем, что чуть пониже спины… Только вдруг ли?

Выдав первые игры «на ура», с легкими, переполненными воздухом свободы (гореть тебе в аду, тренерская палка!), увидев себя на обложке модного журнала в чем мать родила, футбольный подданный РФ взмывает к таким высям, что сам футбол становится делом десятым. Нимб сжимается все туже, и пот струится не на тренировках, а в грохоте дискотек. Одно па, второе — и уже, глядишь, пора паковать чемоданы. Домой… Этот неказистый хав (конкурент, мать твою!) плюсует попадания в символические сборные, а ты впихиваешь разноцветные рубахи в еле застегивающийся чемодан. «Зря я все-таки тренера по радио дерьмом назвал». Зря…

Вспоминаю, как возмущался года два назад, комментируя неуживчивость наших футболистов на Западе, Юрий Семин: «А чего они хотели?! Начинают критиковать всех и вся. То тренер не так тренирует, то игрока не туда ставит… Вы посмотрите интервью Шевченко! Он хотя бы раз где-нибудь тренера или партнера-конкурента плохим словом приложил? Нет!» Но на то он, Юрий Павлович, и Шевченко…

А еще выросшие в тепличных условиях наставнической ласки, наши футболисты часто подсознательно ждут кнута. Прям-таки до алкогольного расстройства. Как так?! Все пряники и пряники, никто не шпыняет. Ожидание кнута порой затягивается настолько, что становится поздно. Ушатом воды холодит новость, не терпящая возражений: «Вы выставлены на трансфер. Вы — изгой конкурентной борьбы». И нет чтобы ухватиться за соломинку, доказать, как несправедлив сей шаг. Какое там! «Пшли бы вы все, а? У меня ж самая клевая техника в городе!»

Была… В 20 лет от роду.