По правде сказать, я не узнал сразу на телеэкране Людмилу Энквист. То ли от неожиданности ее явления на экране, то ли от удрученности явившегося образа. Прошел год с того момента, как шведская гражданка Людмила Энквист призналась в употреблении анаболиков.

С тех пор фигура знаменитой спортсменки нет-нет, а появлялась в сфере внимания журналистов. А уж когда приблизилась роковая дата, то шведские «папарацци» не преминули «достать» Энквист, которая переселилась в Испанию, где у четы Энквист есть собственная вилла в местечке Альфаз Дель Пи, в провинции Аликанте. .

На фотографии, право же, трудно узнать прежнюю Людмилу, которую не смогли сломить никакие, даже самые тяжкие жизненные передряги и испытания. Мрачный, настороженный взгляд, некое отчуждение в самом облике. «Депримированная и больная Людмила Энквист прячется в своем испанском доме за колючей проволокой и стенами. Ее муж Юхан в отчаянии, — пишет журнал «Се ог хёр». — Лишь изредка выходит сейчас 38-летняя Людмила за пределы виллы. Но это уже не та Людмила. Ее испанские соседи говорят, что еще полгода назад они видели Людмилу, легко совершавшую тренировочные пробежки, а сегодня уже никаких тренировок — только легкие прогулки. Похоже, что Людмила больна, она явно потеряла в весе и чувствует себя не лучшим образом…»

ЖЕЛЕЗНАЯ ЛЕДИ

Взлеты и падения Людмилы Энквист воистину головокружительны. Чемпионка мира в барьерном беге, член сборной команды СССР, была в начале 90-х годов уличена в применении допинга и дисквалифицирована. Сама спортсменка утверждала, что не знала об употреблении запрещенных препаратов, которые ей, дескать, добавлял в пищу ее бывший муж Нарожиленко. После того как скандал немного утих, Людмила переехала жить в Швецию, выйдя замуж за шведского спортивного менеджера Юхана Энквиста, с которым спортсменка познакомилась на сборах, когда Юхан еще входил в состав легкоатлетической сборной Швеции. Их брак выглядел счастливым, Людмила вместе с дочкой Наташей жила в хорошем доме в окрестностях Стокгольма, получила возможность жить той жизнью, какой, если верить ее тогдашним заявлениям, и хотела жить всегда. И фамилию поменяла. И в одном из интервью с автором этих строк, данном по телефону в начале 1990 годов, настойчиво несколько раз повторила: «Прошу писать мою фамилию правильно: я не Нарожиленко, я – Энквист».

О прошлой жизни старалась не говорить, а когда журналисты проявляли настойчивость, то была скупа на высказывания, не то чтобы чернила все былое, но и особых восторгов по поводу прожитого не высказывала. Цель у нее была — выиграть золотую олимпийскую медаль в барьерном беге на 110 метров на Олимпиаде в Атланте. Для этого были нужны отмена дисквалификации и получение шведского гражданства. И то и другое пришло, причем гражданство Людмиле было выдано раньше срока. И она выиграла эту медаль, и сама же громогласно заявила, что этой победой отблагодарила Швецию и ее народ за проявленные к ней внимание и дружелюбие. И сдержанные шведы ее полюбили. Но до настоящей, подлинной любви и поклонения потребовалось, чтобы Людмила Энквист пережила трагедию, которую не пожелаешь никому. В расцвете физических и духовных сил, в ореоле популярности ее настигла жестокая болезнь, на языке медиков звучавшая как опухоль молочной железы. А просто говоря – рак груди.

Помню, это произвело шокирующее впечатление. С одной стороны, присутствовало чувство восхищения волей Энквист, не желавшей поддаваться трагическим обстоятельствам. С другой стороны, невольно возникал вопрос: а можно ли после такого физического и нервного потрясения, которое пережила Энквист, в принципе подвергать организм столь серьезным нагрузкам? Но врачи успокаивали – все под контролем, спортсменка постоянно проверяется, опасности нет, а не верить шведским медикам оснований не было.

ЗАБУДЬ БЫЛОЕ

На мировом первенстве 1999 года в Севилье Энквист совершила спортивный подвиг, выиграв бронзовую медаль! Для всех ее почитателей, да и для самой Людмилы, та медаль была, пожалуй, весомее золотой олимпийской. Вот когда стала она подлинной героиней всей Швеции. Помнится, на первом в истории Швеции спортивном гала-концерте во Дворце спорта «Глобен» в январе 2000 года улыбающаяся, благодарная Людмила в серебристом платье сидела бок о бок с самим королем Швеции Карлом ХVI Густавом, то и дело поднимаясь со своего места, чтобы принять на сцене под овации представителей шведской спортивной элиты очередной приз, присужденный ей как лучшей спортсменке года, как самой мужественной женщине года. И еще что-то, и еще...

А дальше Людмила стала тренироваться, задумав выиграть золотую медаль в зимнем виде спорта. Конкретно – в бобслее. Мечта стать чуть ли не единственной в мировом спорте обладательницей олимпийского золота и в зимнем, и в летнем видах стала обретать формы реальности, когда Энквист на бобе-двойке начала показывать вполне приличные результаты, занимая со своими напарницами высокие места на международных соревнованиях. Газеты не скупились на превосходные эпитеты, все ожидали нового чуда спортивного воскрешения Энквист. Чудо, казалось, было рядом, рукой подать.

Тем большим было разочарование, когда год назад Людмила в Копенгагене сделала сенсационное заявление о том, что она принимает допинг. Причем втайне от супруга. Вскоре последовала двухгодичная дисквалификация Энквист Шведским союзом санного спорта и бобслея, затем Людмила была осуждена на крупный денежный штраф за ввоз в Швецию запрещенных препаратов, в доме был произведен обыск. Энквист в состоянии глубокой депрессии была готова наложить на себя руки.

И спортсменка покинула Швецию, перебравшись на теплые испанские берега. Ее муж изредка появлялся в Стокгольме, но от контактов с прессой предпочитал уклоняться, на ответы был скуповат. Теперь у супругов Энквист в Стокгольме есть лишь небольшая квартира, а постоянно они обитают все там же – на юго-востоке Испании.