ЧЕРНО-БЕЛЫЙ БОЕВИК

Этот шахматный боевик увидит свет и на русском языке. До этого было английское издание, а вскоре появится итальянское.

Еще в начале 90-х годов нам в руки попали закрытые документы Шахматной федерации и Спорткомитета СССР, посвященные «проблеме Фишера». О существовании подобного рода документов было известно (в частности, из книги Корчного «Антишахматы», изданной нами в 1992 году в России), но в печати они не появлялись. Между тем исследованием творчества и личности Фишера занималась почти вся элита советских шахмат: Спасский, Таль, Петросян, Смыслов, Ботвинник, Керес, Корчной, Тайманов, Бондаревский, Болеславский, Полугаевский, Котов, Васюков, Балашов, Шамкович… А когда всплыли из небытия и секретные документы ЦК КПСС, стало ясно, какую роль в борьбе за мировую шахматную корону играли... политические гроссмейстеры со Старой площади.

Впрочем, тема «Русские против Фишера» гораздо шире, ибо включает в себя не только политические интриги, но и богатейший шахматный материал – 158 партий Фишера с лидерами советской шахматной школы. И мы решили показать Фишера глазами представителей этой самой школы, включив в книгу и все упомянутые документы, и всю историю встреч с легендарным американцем, и рассказы об этих захватывающих партиях.

Предлагаем вниманию читателей «Советского спорта» уникальный документ, который никогда не воспроизводился в российской печати: протокол заседания Тренерского совета Шахматной федерации СССР, состоявшегося сразу после четвертьфинального матча претендентов Фишер – Тайманов (Ванкувер, 16 мая – 1 июня 1971 г.). Результат этого поединка — 6:0! — поверг в шок руководителей советских шахмат. Как выразился тогдашний руководитель федерации Д. Постников, «ход матча вызвал большой ажиотаж и большое негодование нашей общественности; такого позорного явления советские шахматисты никогда не переживали!». Масла в огонь подлило то, что при таможенном досмотре в аэропорту «Шереметьево» у Тайманова был обнаружен экземпляр парижского издания книги Солженицына «В круге первом». Финал всей этой истории для Тайманова был плачевен. Из секретного письма в ЦК КПСС председателя Спорткомитета СССР С. Павлова (№ 1543с от 21.06.71): «Учитывая серьезный характер поступков, совершенных Таймановым М.Е., Комитет по физической культуре и спорту при Совете Министров СССР за неправильное поведение и грубое нарушение таможенных правил лишил его звания «Заслуженный мастер спорта» и исключил из сборной команды СССР».

6:0!

Участники битвы при Ванкувере. СССР: гроссмейстеры М.Тайманов, А.Котов (руководитель делегации), Е.Васюков и Ю.Балашов (тренеры). США: гроссмейстер Р.Фишер, полковник Э.Эдмондсон (руководитель делегации).

М.ТАЙМАНОВ – Р.ФИШЕР

Ванкувер (м/1) 1971

Ванкувер (м/1) 197136.Кd4? (верно 36.g4! с острой игрой) 36...Фd6+ 37.g3 Фb4! 38.Кc6 (38.Кf5 Фb6) 38...Фb6! 39.Кa7 (39.Кd4 Лa1!) 39...Фe3 40.Сe3 Лe1! 41.Сg4. Белые сдались: 41…Кg4 42.hg4 Ne5.

Р.ФИШЕР – М.ТАЙМАНОВ

Ванкувер (м/2) 1971

Ванкувер (м/2) 197181...Крe4?? (роковой промах в шаге от ничьей: 81...Кd3 82.h4 Кf4 83.Крf5 Крd6! 84.Крf4 Крe7= или 81...Крd4 82.Сc8 Кf3 83.Сb7 Кh4 84.Крg5 Крe5 85.Крh4 Крf6=) 82.Сc8! Крf4 83.h4 Кf3 84.h5 Кg5 85.Сf5 Кf3 86.h6 Кg5 87.Крg6 Кf3 88.h7 Кe5+ 89.Крf6. Черные сдались.

М.ТАЙМАНОВ – Р.ФИШЕР

Ванкувер (м/3) 1971

Ванкувер (м/3) 197120.Кf3? «Поворотный момент в матче. Тайманов упустил выигрыш ходом 20.Фh3!» (Фишер). Однако выигрыша не видно ни после 20…Лf6 21.Сc4! f4! 22.Лf6 (22.Фf3 Сb7) 22…Сh3 23.Кf7+ Крh7 24.Кd8 Сf6 (24..Кf6!?) 25.Кc6 Сe6 (Тайманов), ни даже при 20...Кf6!? 21.Сc3 f4! 22.Фh4 Сb7 23.Лd1 Фe7 24.Лe6 Фc5+ 25.Крf1 Лae8 (Каспаров).

20…Сb7 21.Лg6? (21.Лh6+!?) 21...Кf4! 22.Сf4 ef4 23.Лd1 Фe7 24.Лe6 Фc5+ 25.Крf1 Лfd8! 26.Лd8+ Лd8 27.Фa4! Фc1+ 28.Крf2 Сf8! 29.b4 Сe4! 30.Лe8? (упорнее 30.Фb5! Фc3!) 30...Сc6!, и черные выиграли.

Р.ФИШЕР – М.ТАЙМАНОВ

Ванкувер (м/4) 1971

Ванкувер (м/4) 1971Классическая учебная позиция на тему «слон против коня при пешках на разных флангах».

46.Сe8! Крd5 47.Сf7+ Крd6 48.Крc4 Крc6 49.Сe8+ Крb7 50.Крb5 Кc8 51.Сc6+ Крc7 52.Сd5 Кe7 (52...Кd6+ 53.Крa6 Кe4 54.Сf7 Кg3 55.Сg6 Крc6 56.Сe8+ Крc7 57.Крb5 и т.д.) 53.Сf7 Крb7 54.Сb3! Крa7. Или 54...Кc8 55.Сd5+ Крc7 56.Крa6 Кd6 57.Сg8 Кe4 58.Сf7 Кg3 59.Сg6.

55.Сd1! Крb7 56.Сf3+ Крc7 (56...Крa7 57.c4 Кg8 58.Крc6 Кf6 59.Крd6 Кe4+ 60.Крe5 Кg3 61.Крf6) 57.Крa6 Кc8 58.Сd5 Кe7 59.Сc4 Кc6 60.Сf7 Кe7 61.Сe8! Крd8 62.Сg6! Кg6 63.Крb6 Крd7 64.Крc5 Кe7 65.b4 ab4 66.cb4 Кc8 67.a5 Кd6 68.b5 Кe4+ 69.Крb6 Крc8 70.Крc6 Крb8 71.b6. Черные сдались.

М.ТАЙМАНОВ – Р.ФИШЕР

Ванкувер (м/5) 1971

Ванкувер (м/5) 1971

46.Лf6?? (невероятный зевок ладьи через три хода после начала доигрывания) 46…Фd4+ (со словами «I’m sorry…») 47.Лf2 Лa1. Белые сдались.

Р.ФИШЕР – М.ТАЙМАНОВ

Ванкувер (м/6) 1971

Ванкувер (м/6) 197136.c4! Крc6 37.c5! Сc7 38.Кd4+ Крd7 39.f4 e5 40.c6+! Крc8 41.Кb5! Лa2 (41...ef4 42.Лd5) 42.f5! Сd8 43.Лd5. Черные сдались. «Результат 6:0 слишком завышен. Борьба была значительно тяжелее, чем показывает итоговый счет. Легче быть джентльменом, когда победишь, чем когда проиграешь, и поэтому я приветствую своего соперника». (Фишер)

ПРОТОКОЛ ЗАСЕДАНИЯ

Тренерского совета Шахматной федерации СССР

7 июня 1971 года

Присутствовали: Авербах Ю.Л., Алаторцев В.А., Антошин В.С., Балашов Ю.С., Батуринский В.Д., Болеславский И.Е., Бондаревский И.З., Быховский А.А., Васюков Е.А., Керес П.П., Константинопольский А.М., Котов А.А., Петросян Т.В., Спасский Б.В., Суэтин А.С., Тайманов М.Е.

1. Слушали: об итогах матча Петросян – Хюбнер. (...) Постановили: результаты матча Петросян – Хюбнер признать удовлетворительными.

2. Слушали: о результатах матча Фишер — Тайманов.

Котов: Когда мы уезжали, нам в Комитете сказали: обязательной победы мы не ждем, но ждем борьбы и приличного счета. К сожалению, этого не получилось, и налицо самая большая неудача за всю историю советских шахмат.

Летели 21 час. Приехали. Никакой подготовки нет. Канадская федерация равна нулю (сам президент Прентис был на матче всего два-три раза). На следующий день осмотр помещения для игры. Предложили помещение неудовлетворительное. Мы отказались. Вторая комната была лучше, но Фишер не согласился, в третьей ему не понравился красный ковер и так далее. Во время обсуждения Фишер вел себя нервно, сидел развалясь, засовывал палец в рот, затем встал, заявил, что устал, и ушел.

Наконец помещение было найдено в университетском клубе с помощью четы Саттлз.

Фишер очень чувствителен к освещению. Он требовал плавности освещения, достигающейся особой пластмассовой доской.

12-го числа жеребьевка была отложена. Мы не протестовали ввиду необходимости отдыха и акклиматизации Тайманова.

В обмен на разрешение присутствовать в зале секундантам Эйве разрешил Фишеру не играть в день (30 мая), на который пришелся религиозный праздник. В целом условия игры были идеальными. Зал исключительно хороший.

Васюков: При подготовке было рассмотрено более 500 партий Фишера, причем все последние (1963–1970) были аннотированы.

Фишер в 1970 году достиг вершины своей творческой формы (Буэнос-Айрес и Олимпиада), на Майорке у него еще ощущался запас, он играл не всегда лучшим образом.

Были изучены вкусы и привычки Фишера. Был составлен план борьбы. Технически Фишера никто не побеждал. Чаще всего он проигрывал комбинационную борьбу. Было решено навязывать ему сложную борьбу. Это нам удалось, особенно белыми.

Первая партия проходила по типу партии Фурман — Геллер. Фишеру эта партия оказалась неизвестной. Он занервничал, но среагировал довольно быстро. Вообще, больше 10–15 минут над ходом он не думал, какие бы сложные проблемы ни возникали. Такой ровности я еще не видел. Фишер сделал несколько единственных ходов. В один момент белые могли получить решающее преимущество. Но этот вариант был найден лишь в анализе и с трудом. Партия была исключительно сложной.

Батуринский: Есть ли у вас запись времени, затраченного партнерами? Это требование ФИДЕ.

Котов: Нет, время не демонстрировалось и запись вести было нельзя.

Васюков: Вторая партия, сицилианская: 5.Кb5 и 6.Сf4 — эти ходы Фишер давно не применял. Сам Фишер осуждал этот вариант в книге «Мои 60 памятных партий». Это очень полезная книга и желательно издать ее у нас, на русском языке. Фишер, пожертвовав пешку, получил достаточную компенсацию. Тайманов долго защищался лучшим образом, но ошибся (шах 35...Кb5? вместо 35...Лc8), и Фишер отложил партию в выигрышном положении. Однако он не учел некоторых тонкостей, найденных нами при анализе, и вторично партия была отложена уже в ничейной позиции.

Третью партию Тайманов начал играть в очень хорошем настроении, поскольку у Фишера обнаружились недостатки и в анализе, и в игре. Дебют Тайманов разыграл блестяще (и староиндийская больше не встречалась). Сам Фишер признал после матча, что 20.Фh3! делало его позицию проигранной. Но, продумав 72 минуты, Тайманов не сделал этого хода, утратил инициативу и отложил партию в безнадежном положении.

Эта партия оказалась переломной для всего матча. У Тайманова после нее было очень плохое состояние. После этого доигрывалась вторая партия. Тайманов отказался от эндшпиля «ладья и слон против ладьи», так как опасался, что Фишер в этом случае будет его долго «мучить». Был избран другой вариант. Но, видимо, под влиянием психического состояния Тайманов сделал непостижимую ошибку.

После третьей партии Эдмондсон и Котов отвезли Тайманова в госпиталь, где у него было зафиксировано повышенное давление (165 на 95) и ему дали освобождение на одну партию.

Всю четвертую партию Фишер провел идеальным образом и в эндшпиле нашел длинный форсированный выигрывающий вариант с жертвой фигуры.

В пятой партии Фишер избрал защиту Грюнфельда, а не староиндийскую. Но и здесь его ждала неожиданность. Тайманов пожертвовал пешку и всю партию играл на выигрыш. Перед откладыванием Фишер сделал замечательный ход 33...Фc6. Такие ходы, консолидирующие, связывающие друг с другом фигуры, он делает мгновенно. Оборону Фишер вел замечательно. Трудно найти, где бы Тайманов мог сыграть сильнее, но Фишер защищался блестяще.

Партия была отложена в несколько лучшей для Тайманова позиции. Ход 44...Фe5 быстрее всего вел к ничьей, а ход Фишера 44...Фe4 мы рассматривали не как главный вариант.

Батуринский: Смотрели ли вы при анализе в ответ на 44...Фe4 — 45.Фc7 Крh6 46.Лf6? Есть данные, что потеря ладьи была при анализе просмотрена.

Васюков: Это не так.

Тайманов: Я сознавал, что матч с Фишером — главное соревнование моей жизни. Я провел очень солидную подготовку, привлек к этому лучших специалистов (Ботвинник и др.). Обычно я играю легко, а здесь чувствовал, что выполняю определенную миссию. И это, вероятно, было главной ошибкой.

Одной из задач было раскрытие Фишера. Если бы мне было предложено продолжить матч, я бы продолжил его, чтобы облегчить игру другим нашим шахматистам, кому придется встречаться с Фишером.

Мне стыдно за спортивный итог, но к своей игре я не могу предъявить больших претензий. Сам Фишер, шахматист исключительно объективный, заявил на закрытии, что матч для него сложился исключительно трудно, что нормальным счетом после шести партий было бы 3,5:2,5.

Если у Фишера минимальный перевес, а у партнера нет контригры, то результат можно считать предрешенным.

Тренеры были мне и прекрасными помощниками, и друзьями. Мои ляпсусы объясняются лишь моим психическим состоянием.

Руководитель Котов добился хорошего зала, прекрасных условий, было, кстати, по канадским понятиям много зрителей — до 200 человек.

Балашов: Основная слабость Фишера — отсутствие дебютного репертуара за черных.

Батуринский: Каков был результат тренировочных партий?

Васюков: Тайманов играл против меня и Балашова (по консультации), счет партий +0–3=4 и одна отложена в лучшем для Тайманова положении. Две партии он проиграл Талю.

Батуринский: Мне сообщили, что перед матчем Тайманов полностью сменил дебютный репертуар. Так ли это?

Васюков: Это не совсем так. Были подготовлены другие дебютные схемы, но ход матча оказался таким, что их не удалось применить.

Батуринский: Было ли предложение с нашей стороны продолжить матч при счете 0:6?

Котов: Нет.

Алаторцев: Следует ли считать неподготовленность к определенным схемам черными слабостью Фишера или его силой?

Балашов: Это слабость.

Алаторцев: Расскажите о ходе 46.Лf6? в пятой партии.

Тайманов: Основной вариант 44...Фe5 был лучшим для Фишера. Но Фишер не любит таких эндшпилей, и поэтому можно было опасаться, что он не пойдет 44...Фe5. Потерю ладьи после 46.Лf6? я не видел. Это зевок. Зеваю я редко. Но я был болен.

Суэтин: Как изменился ваш план после третьей партии, как вели анализ четыре шахматиста? Ставилась ли задача набрать хотя бы пол-очка, чтобы сгладить неприятное впечатление и избежать «сухого» счета?

Васюков: Котов смотрел позиции у себя в номере, мы с Балашовым — у себя. Тайманов давал задания. Мы ему говорили: иди отдыхай, мы все сделаем.

Авербах: Как Тайманов чувствовал себя перед матчем?

Тайманов: Было некоторое переутомление, но это мое обычное состояние. Заболел я после третьей партии, болела голова, высокое давление, трудно было акклиматизироваться.

Константинопольский: В чем состояла ваша физическая подготовка?

Тайманов: Я был в санатории, купался, совершал прогулки, отдыхал так, как обычно. Специальных физических занятий не было.

Константинопольский: Была ли оказана вам помощь при заболевании?

Тайманов: Специального врача на матче не было. Помощь была оказана при обращении в госпиталь. От второго дня отдыха мы отказались.

Константинопольский: Ваш режим во время матча?

Тайманов: Перед партией после обеда спал. На партию шел пешком, мы гуляли. Погода была прохладная и очень переменчивая.

Спасский: Фишер еще не женился?

Котов: Фишер сказал, что женится, когда станет чемпионом мира.

Тайманов: Я теперь знаю Фишера как никто и готов помогать тем шахматистам, которым придется играть с ним.

Авербах: Не переоценил ли Тайманов свои силы?

Тайманов: Нет. Именно в партиях, где была острая борьба, я получал шанс на успех.

Спасский: Как Фишер одевался?

Тайманов: Очень скромно, солидно. Вел себя безукоризненным образом во всем, что касалось шахмат.

Болеславский: Не влияло ли на вас то, что вы были изолированы на время партии от окружающих?

Тайманов: Я видел окружающих, мог говорить с Кажичем.

Котов: Во время матча Фишер играл в теннис. У него есть координация. Он знает четыре языка. Это идеал шахматиста во всех смыслах этого слова. Невероятная концентрация. Какая-то гармония. Он всегда с карманными шахматами и шахматной книгой. Его странности проявляются только в переговорах. Его странность — постоянно повторять: когда я стану чемпионом мира, буду играть три матча в год, а не один матч в три года.

Спасский: Когда мы все проиграем Фишеру, нас тоже будут разбирать?

Петросян: Тоже, но не здесь.

Константинопольский: Была ли мысль предложить ничью в пятой партии после откладывания?

Котов: Оставались какие-то шансы, кроме того, Фишер никогда на ничью не соглашается.

У Фишера есть такой недостаток — преданность определенным схемам. Спасский и Ботвинник указывали, что он не любит, когда «трогают» его короля.

Батуринский: Мы собрались для делового обсуждения итогов матчей, особенно матча Фишер — Тайманов, который вызвал весьма отрицательный резонанс для наших шахмат. Но мы собрались не для судилища, а для вскрытия причин и извлечения уроков для предстоящей борьбы.

Тайманову были созданы все условия. Долго добивались приемлемого места проведения матча, отказались от США и Латинской Америки, согласились на Канаду, учитывая, что по климатическим условиям она близка к среднерусской полосе. Но сейчас нужно сказать, что федерация, тренерский совет и Центральный шахматный клуб сделали не все возможное. Мы излишне передоверились самому Тайманову и его тренерам. К Балашову меньше претензий — он молод, но к Васюкову претензии есть. Васюков обещал нам смену дебютного репертуара, как это, например, сделал Ботвинник, перейдя на Каро-Канн в матч-реванше со Смысловым. Но никакой смены репертуара не произошло.

В области тренерской работы мы отстаем от других видов спорта. Наши тренеры иногда становятся «сопровождающими». Гуфельд, например, вел себя безответственно, являясь тренером Геллера на матче с Корчным, много болтал, а очевидное продолжение на втором ходу в отложенной седьмой партии при анализе просмотрел!

В дебюте второй партии Фишер знал анализ из книги Никитина, а Тайманов и Васюков не знали!

Здесь говорили о неправильном изображении Фишера в печати. Но ни один из наших ведущих гроссмейстеров плохо о Фишере не говорил, а мнение людей некомпетентных не должно было влиять на наши успехи.

Перед матчем имели место «бодряческие» заявления Тайманова. Мы относились к ним спокойно, считая, что это лучше пессимистических настроений. Но, видно, Тайманов переоценил свои силы.

Отложенные партии анализировались безответственно. Мы послали с Таймановым трех гроссмейстеров для помощи в этих вопросах. Даже перворазрядники — и те записывают анализ отложенных позиций! Может быть, полезнее было послать врача.

Спасский: Сексолога.

Батуринский: Я вижу, Борис Васильевич в веселом настроении.

Моральная подготовка к матчу оказалась не на высоте. Нам нужно провести тщательную подготовку к новым встречам с Фишером.

Петросян: Нужна тщательная подготовка. Я лучше многих других знаю Фишера, однако со мной перед матчем не посоветовались. Я думаю, что при организации следующих матчей должны быть тщательно оговорены все мелочи и нарушение их должно вести к зачету поражений. Нужна строгость и в сроках.

Если я буду играть с Фишером, то буду настаивать на строгом соблюдении всех пунктов регламента.

Керес: Не могу согласиться с критикой нашей методики подготовки. Почти во всех партиях Тайманов вышел из дебюта с удовлетворительной позицией. Тайманова подвели в некоторой степени наша общественность и даже его товарищи, дезинформировав его — принизив силу Фишера, создав «розовую» картину. В этом была психологическая ошибка в подготовке. Фишер не только сильный шахматист, но и очень трудно переносим как личность — вследствие его стремления к борьбе до последнего хода, его бескомпромиссности.

Авербах: Группу подготовки к встрече с Фишером должен возглавить Бондаревский.

Спасский: У нас есть свой план, и он не должен нарушаться.

Бондаревский: Главную силу составляют три человека, которые несколько месяцев посвятили Фишеру. Они должны представить материалы.

Постановили: Результаты матча Тайманов — Фишер признать совершенно неудовлетворительными. Для формулировки подробного решения с учетом хода обсуждения создать комиссию в составе: Авербах Ю.Л., Антошин В.С., Батуринский В.Д., Котов А.А.

Батуринский: Нужно создать группу, получить отчеты группы Тайманова, привлечь новых членов. Пока не определился победитель в матче Корчной — Петросян, группа ведет общую подготовку по Фишеру, а когда победитель определится, выдает материалы ему, а также чемпиону мира.

Васюков: На сдачу наших материалов нужно недели две.

Батуринский: Необходимо сделать отчет (доклад с материалами) до 20 июня. И не забудьте: результаты матча признать совершенно неудовлетворительными!

Председатель тренерского совета Ю.АВЕРБАХ