ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ
ПРЯМАЯ ЛИНИЯ

В субботу «Советский спорт» опубликовал первую часть «Прямой линии» с новоиспеченными чемпионами Европы – Яной Хохловой и Сергеем Новицким. Сегодня – продолжение, из которого вы узнаете, кого из фигуристов посещают вещие сны, о чем они подумали, впервые увидев друг друга, а также на какое место в своем рейтинге поставили бы Оксану Домнину и Максима Шабалина.

ВОПРОСЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

– Это Юрий из Тулы звонит. Яна, а ваша сердце свободно?

Яна Хохлова: – Извините, Юрий, но сердце несвободно.

– Жаль… Тогда вопрос Сергею: вы кроме фигурного катания занимались какими-нибудь видами спорта?

Сергей Новицкий: – Со спортом у меня как-то не сложилось, зато я пел в детском хоре. Это все, что было у меня в детстве, кроме фигурного катания.

– Тогда вопрос на засыпку: вы знаете, что у вас есть в профессиональном спорте очень известный однофамилец? Назовите страну, где он играет, или хотя бы вид спорта.

Сергей задумывается и ему на помощь приходит Яна.

Я.Х. (шепотом): Говори, баскетбол, в Америке.

С.Н. (уверенным голосом): – Баскетбол, в Америке.

– Правильно, это Дирк Новицки. Спасибо вам за золото Хельсинки, ждем победы в Ванкувере. – Сергей, а вы действительно в хоре пели?

С.Н.: – Конечно, еще и на ложках играл!

– А сейчас сыграть сможете?

– Наверное, нет. Сейчас я бы ложками лучше поел, – смеется Новицкий.

– Здравствуйте, меня зовут Вика. Скажите, как вы относитесь к тому, что собираются отменить обязательный танец?

Я.Х.: – Жалко, что убирают. Ведь обязаловка во все времена была показателем техники и уровня мастерства. Если в других программах недостатки можно скрыть, то в обязаловке никуда не денешься: всем приходится делать одно и то же, и сразу виден класс пары. Хотя зрителям, возможно, обязательный танец и не очень интересно смотреть. Идут разговоры о том, чтобы объединить обязательный и оригинальный танец. Посмотрим, может, это будет интересный эксперимент.

– Меня зовут Лиза, – раздается детский голос. – У меня вопрос к Яне: я недавно начала заниматься фигурным катанием и у меня не получается «пистолетик». А вам, когда вы были маленькой, его тяжело было делать?

Я.Х.: – Честно говоря, про «пистолетик» я плохо помню, но, думаю, дался он мне непросто. Падала, разбивала локти и колени, потом вставала и делала все снова. Так что не теряй надежды, старайся, и все получится.

– Это Константин из Санкт-Петербурга. Яна, костюмы вам шьет Слава Зайцев, а в обычной жизни какую одежду носите?

– Обычно свою! – пошутить Яна любит не меньше Сергея. – Особых предпочтений у меня нет, а друзья вообще прикалываются, что я в «Детском мире» одеваюсь (Яна – невысокого роста и весит всего 42 кг. – Прим. ред.). На самом деле это не так, а самые лучшие покупки я совершаю спонтанно – понравилась вещь, беру.

– А какие вещи от-кутюр есть? Допустим, «Версаче».

Я.Х.: – Как раз сейчас сижу в кофточке от Версаче. Кстати, Сережин подарок.

– Сергей из Твери звонит. Говорят, что в мире фигурного катания много сплетников и завистников. Вам уже пришлось с этим столкнуться?

Я.Х.: – Есть такое, но все же вокруг нас намного больше добрых людей. Хотя, чем чаще выигрываем, тем больше становится «доброжелателей».

ВОПРОСЫ ЖУРНАЛИСТОВ

«НАШИ ТРЕНЕРЫ – СИЛА»

– Чемпион мира Маурицио Маргальо охарактеризовал вашу пару словом «новаторы». Как вам такая характеристика?

Я.Х.: – Правда, так сказал?.. Ой, как приятно!

С.Н.: – Я думаю, что он прав. Мы в любом танце пытаемся придумать что-то свое, стараемся как-то выделиться из общей массы.

Я.Х.: – Тренеры наши такие образы подбирают, чтобы мы выделялись. Видят наши сильные стороны и пытаются их выгодно преподнести.

– А как распределяются обязанности между вашими тренерами – Александром Свининым и Ириной Жук?

С.Н.: – Четкого разделения нет. То один что-нибудь подскажет, то другой.

Я.Х.: – У нас равноправие. А тренеры наши очень хорошо дополняют друг друга. Именно в таком сочетании они – сила, и мы с ними тоже.

– Что отличает Александра и Ирину от других наставников?

С.Н.: – Я много с кем поработал, отличие – в подходе. Они тебе каждое движение, постановку руки, ноги будут чуть ли не с транспортиром выверять. Другие тренеры настолько досконально не вмешиваются в процесс. Здесь же работа идет над каждым шажком, над каждым взмахом ресниц!

Я.Х.: – Видна их заинтересованность в нас. Они нам как вторые родители. Хотя шеф иногда и говорит, что он нас избаловал. Пытается сыграть роль «холодного» тренера, но у него не получается.

– «Шеф» – это кто?

Я.Х.: – Александр Васильевич. Сначала мы называли его так между собой, а потом и при нем стали так говорить.

– А Ирину как называете?

– (Хором.) Ирина Владимировна!

– Гвендалю Пейзера не по вкусу ваши костюмы, созданные Вячеславом Зайцевым. И многие специалисты согласны с олимпийским чемпионом.

Я.Х.: – Нас это совсем не задевает: сколько людей, столько и мнений.

С.Н.: – Что-то новое всегда вызывает недоумение, сомнение. Может, со временем привыкнут.

Я.Х.: – Мы очень довольны работой с Зайцевым. Мне кажется, он сумел подчеркнуть наши сильные стороны, обыграл наши характеры. Вообще мы не ожидали, что работа будет проходить именно так. Вячеслав Михайлович присутствовал на всех примерках…

С.Н.: – …сам что-то резал, прикладывал ткани, подбирал варианты юбок. В среднем примерки у нас занимали часа три.

– Яна, шапочка, в которой вы выступали в оригинальном танце, не мешала?

Я.Х.: – А шапочка – это моя идея. Изначально она была не совсем такая – Вячеслав Михайлович предложил шапочку из бисера, но она была безумно тяжелая… Но по образу шапочка была нужна, и в итоге мы с Миленой Бобковой – модельером, которая нам помогала, – придумали вот такой головной убор.

– Александр Жулин высказывается резко против новой системы судейства в танцах на льду. Говорит, что все танцы словно клонированы. Мало кому удается выделиться. Вы согласны?

С.Н.: – Не совсем. Ведь вместе с обязательными элементами нужно показать сам танец, а это и есть профессионализм и мастерство.

Я.Х.: – С другой стороны, все уже научились делать обязательные элементы, выполнять их на высшем уровне. Поэтому начинают ужесточать правила. И душат творчество. Например, поддержку «засунули» в жесточайшие рамки – всего шесть секунд. Партнеру приходится буквально сбрасывать партнершу на лед: страдает красота позы, линии. Все больше вводят обязательных элементов: обычные твиззлы уже не считаются – надо сделать с рукой тут, с ногой там…

С.Н.: – …с ногой к уху…

Я.Х.: – …почти что так!

«ГОСПОДИ, КАКАЯ МАЛЕНЬКАЯ!»

– А когда вы познакомились друг с другом?

Вчера, – смеется Сергей.

Я.Х.: – Трудно назвать точный момент. Мы же были в одной тусовке…

С.Н.: …то есть катались в разных группах, но знали друг о друге.

– Что подумали, когда вам сказали, что будете кататься вместе?

Я.Х.: – Ну ни фига себе!

С.Н.: Первое впечатление: «Господи, какая маленькая!».

– А у вас, Яна?

С.Н.: – «Господи, какой большой!», да?

Я.Х.: – Нет, «Господи, какой кудрявый!»

– И что это было: знак свыше или тренер просто сказал «вот эти двое по росту подходят»?

С.Н.: Кстати, по росту мы катастрофически не подходили.

Я.Х.: – Ну я бы не сказала, что катастрофически… Были просто стереотипы, что оба партнера в танцах должны быть высокие.

– У вас большая разница в росте, у Делобель и Шонфельдера… Вам не кажется, что есть тенденция к уменьшению партнерши в танцах?

Я.Х.: – Мода меняется!

С.Н.: Я бы так не сказал. Вот Янка, а кто еще на чемпионате был невысокого роста?

– Изабель Делобель, правда, она не приехала, Натали Пешала, Катя Рублева…

С.Н.: – А всего пар было 24!

Я.Х.: – Опять же, к вопросу о новой системе судейства: с маленькими партнершами гораздо легче делать поддержки, которые сейчас требуются.

– Кстати, с Катей Рублевой на Евро произошел казус – в страшном сне не приснится (из-за порвавшейся бретельки на платье Рублева невольно показала стриптиз. – Прим. ред.). С вами такого не случалось?

Я.Х.: – На моей памяти такого не было, – Яна трижды стучит по столу. – А Катя – молодец, с юмором подошла к этой ситуации.

– Подкалывали Рублеву потом?

С.Н.: – Там подкалывали все, кому не лень!

Я.Х.: – Дошло до того, что в последний день, когда мы отмечали окончание турнира, пришел один иностранец с распечатанной из Интернета фотографией и попросил Катю ее подписать. Она этой фотографией едва в него не кинула.

С.Н.: – Зато прославилась: Катины фотки по рейтингу в сети побили снимки с инаугурации Обамы.

«ПОСЛЕ АВАРИИ ВЫРОСЛА ВТОРАЯ ГОЛОВА»

– А какой у вас был самый страшный сон, связанный с фигурным катанием?

С.Н.: – Бывает, конечно, приснится что-нибудь: будто упал на лед, разбился, потом просыпаешься в холодном поту.

Я.Х.: – Или коньки забыл, или костюм. Хотя самые страшные сны связаны не со спортом.

– А с чем?

Я.Х.: – По-разному бывает. Сереге такие сны снятся, что я даже пугаюсь.

– Какие?

– Раскроем секрет? – Сергей обращается к Яне.

Я.Х.: – Рассказывай.

С.Н.: – Несколько лет назад мы очень сильно разбились на машине. Около Новогорска это случилось. Машина тогда пошла под списание. А накануне ночью мне снится сон, что я иду в красных сапогах, в тех самых, которые нам выдавали на Олимпиаду, и они изодраны просто в лохмотья. Проснулся, но осадок внутри остался очень нехороший. А ночью мы разбились.

– Как произошла авария?

Я.Х.: – Совершенно тупо – врезались в припаркованный грузовик. Ехали на приличной скорости, и вдруг от обочины начал отходить грузовик, Серега вывернул руль, и мы врезались в другую машину.

– Чем закончилась для вас авария?

С.Н.: – Янка еще более-менее легко отделалась…

Я.Х.: – …переломом косточки на ноге…

С.Н.: – …а мне подушка безопасности едва шею не сломала – месяца три потом болела. На следующий день все надо мной ржали, потому что у меня на голове от удара выросла еще одна голова.

Я.Х.: – Ага, как гуманоид был.

С.Н.: – Плюс у меня сильно были разбиты колени. Сознание на несколько минут потерял.

Я.Х.: – А я вообще не думала отключаться. Только кричала.

С.Н.: – Твой крик я помню!

– И в таком состоянии вы поехали на чемпионат мира?

С.Н.: – А что было делать? Хотя до сих пор не представляю, как я там катался, я и ходил-то с трудом – весь обколотый, перебинтованный.

«ДОМНИНА И ШАБАЛИН – ТРЕТЬИ»

– Самый надоевший вам вопрос, наверное, касается Оксаны Домниной и Максима Шабалина…

– Ага, в точку! – поднимает большой палец Яна.

С.Н.: – Очень утомили нас вопросами о них.

– Не будем вас мучить. Но болельщиков все равно интересует ваше мнение о соперниках. Расставьте, пожалуйста, по силе ваших нероссийских оппонентов на чемпионате мира.

С.Н.: – Первые, пожалуй, французы – Делобель и Шонфельдер. Вторые – канадцы Вирчу/Мойр, потом идут американцы – Белбин/Агосто и Дэвис/Уайт.

Я.Х.: – Согласна.

– А если добавить Домнину и Шабалина?

С.Н.: – Поставим их между канадцами и американцами.

– То есть на третье место? Низковато.

Я.Х.: – Но это реальный расклад именно на сегодняшний день. У них сейчас переходный период, может быть, в следующем сезоне у нас получится более острая борьба.

– Об Олимпиаде уже задумываетесь?

Я.Х.: – Да, конечно. И уже, к сожалению, есть люди, которые нас накручивают: мол, не подведите, вы наша главная надежда. Хотят как лучше, а получается – нагнетают обстановку.

ВОПРОСЫ ДРУГ О ДРУГЕ

– Сергей, охарактеризуйте Яну одним словом.

Я.Х.: – Рыжая!

С.Н.: – Ну как… Краси-ивая! – забавно тянет «и» Новицкий.

Я.Х.: – Это банально, придумай что-нибудь поинтереснее.

С.Н.: – Тогда будешь рыжей! Нет, одним словом сложно.

Я.Х.: – Ага, многогранная!

С.Н.: – Точно – многоугольная, – смеется Сергей.

– Яна, а вы Сергея.

– Стабильный. Во всем.

– Любимые цветы Яны?

Сергей молчит несколько секунд.

Я.Х.: – Ну вот! Как тебе не стыдно?!

С.Н.: – Розы. Белые.

Я.Х.: – Правильно.

– Любимый футболист Сергея?

Я.Х.: – Наверное, из ЦСКА… Вагнер Лав какой-нибудь?

С.Н.: – Вообще-то мне Юрий Жирков больше нравится.

– Любимый актер Яны?

Я.Х.: – У меня их несколько. Одного ты точно знаешь: яркий, харизматичный, – подсказывает Яна.

С.Н.: – Пусть будет Джонни Депп!

Я.Х.: – Ну да.

– Любимая группа или певец Сергея?

Я.Х.: – Сергей Шнуров, – смеется Яна. – На самом деле, я знаю – группа ДДТ.

С.Н.: – Молодец, Яночка.

– Любимый поэт Яны?

Я.Х.: – Нет у меня любимого поэта.

С.Н.: – Мне кажется, тебе Цветаева бы подошла.

– Любимый писатель Сергея?

Я.Х.: – Ник Перумов.

С.Н.: – Ну это если в классику не лезть.

– А если залезть?

С.Н. (Яне): – Лезь.

Я.Х.: – Классика? Да не любит он, наверное, классику…

С.Н.: – Почему? Я в детстве Пушкина любил, – Сергею нравится, что поставил Яну в сложное положение.

Я.Х.: – Не знаю, ты мне не рассказывал. Я думала ты сразу Перумова читать начал, – смеется Яна.

– Любимое блюдо Яны?

С.Н.: – Какие-нибудь листики с соусом.

Я.Х.: – Овощи!

С.Н.: – Почти угадал – листики тоже овощи.

– Любимый напиток Сергея?

Я.Х.: – Пиво!

С.Н.: – Точно!

– Любимая марка автомобиля Яны?

С.Н.: – Щас-щас… «Лексус»? «Инфинити»?

Я.Х.: – БМВ, Серега не любит эту марку, поэтому даже в голову не пришло.

– Каким Сергей себя видит через 10 лет?

Я.Х.: – Почивающим на лаврах!

С.Н.: – Не задумывался… Сейчас это кажется таким далеким будущим.