СОБЫТИЕ ДНЯ. ВАНКУВЕР-2010
ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ

Вчера Евгений Плющенко опробовал лед «Пасифик Колизеум», на котором пройдут соревнования фигуристов. На тренировке главного фаворита мужского турнира побывал корреспондент «Советского спорта».

ЧАН ИДЕТ В АТАКУ

Канада никогда не выигрывала золото в мужском одиночном катании. Хотя сильных и даже звездных фигуристов в стране, где каждый встает на коньки еще в детстве, всегда хватало – достаточно вспомнить Брайана Орсера и Курта Браунинга. Теперь у Канады новая надежда – 19-летний Патрик Чан.

Культ Чана еще не достиг того масштаба, что у звезд-хоккеистов, но если он и вправду совершит подвиг и возьмет в Ванкувере золото, то станет кумиром нации – в этом нет никаких сомнений. Есть только одно препятствие – Евгений Плющенко. Именно так считает Чан, именно так думают журналисты, именно их дуэли ждут болельщики.

Чтобы победить врага, надо вывести его из себя. Видимо, так решил действовать Патрик Чан, который в каждом интервью отпускает шпильки в адрес действующего олимпийского чемпиона.

– Не надо говорить мне про четверной прыжок. Сделать его – еще не значит победить. По мне куда важнее эффектно и красиво сделать связующие элементы, без них программа смотрится скучно.

– Я видел, как Плющенко следил за моей тренировкой с трибуны. Думаю, он меня побаивается.

– Плющенко уже стар, и я не могу сказать ему, что он не прав. Но будущее фигурного катания – за тем стилем, который показываю я.

Ну и как вам такие заявления?

НЕСТАБИЛЬНЫЙ ЧЕТВЕРНОЙ

При подходе к «Пасифик Колизеум» улица будто вымерла. Ничего удивительного – это всего лишь тренировка, да к тому же в разгаре рабочий день. Ха! Оказывается, все уже давно на местах! Весь нижний ярус дворца заполнен мужчинами, женщинами, детьми с канадскими флагами, флажками и флажочками. У некоторых на лицах даже нанесена боевая раскраска в виде кленового листа. Вот вам и страна хоккея.

Чан удостаивается бурных аплодисментов не только при выходе на лед, но и при каждом удачном прыжке, замысловатой дорожке или элегантном вращении. Спору нет – коньком этот парень владеет отменно.

На разминке вместе с Чаном катается и швейцарец Стефан Ламбьель, который, по мнению многих специалистов, имеет даже большие шансы на медаль, чем Чан. Но ему достаются крохи зрительского внимания. А Патрик прямо из кожи вон лезет, чтобы показать всем свою замечательную готовность к Олимпиаде. Надо сказать, это ему удается. А уж когда Чан делает четверной прыжок, публика заходится в экстазе.

– Неужели вы, Патрик, решили, что без четверного вам не выиграть Олимпиаду? – спросили чуть позже у Чана в смешанной зоне.

– Ну что вы! – снисходительно улыбнулся он. – Мне это вовсе не обязательно. Я не хочу рисковать. Мой четверной еще недостаточно стабилен, чтобы показывать его на соревнованиях.

Давай, Патрик, показывай его на тренировках!

НОВЫЕ ДОРОЖКИ

«Советский спорт» уже писал о скандале, развернувшемся вокруг электронных писем американского судьи Джо Инмана, который завершил карьеру, но остается среди коллег большим авторитетом. Инман разослал послания примерно 60 арбитрам, где рассуждал о подходе к оценкам связующих элементов, в отсутствии которых часто упрекают Плющенко и француза Брайана Жубера.

Письма попали в руки журналистов французской «L’Equipe», которые тут же забили в колокола: североамериканцы сколачивают блок против фигуристов Старого Света! Проверить это невозможно, о подобном можно будет только догадываться. Но уже ясно: Инман привлек к программам Плющенко особое внимание, теперь их невольно станут оценивать строже, чем обычно. Не думаю, что баллы станут заметно ниже, но упадут – почти наверняка. А раз так – нужно искать резерв.

Опытнейший Алексей Мишин, наставник российского фигуриста, понял это, думаю, раньше всех. Увидев первые минуты разминки Плющенко, не верю своим глазам: совершенно новые движения в дорожках.

– Да, Женя многое изменил с чемпионата Европы, в том числе дорожки, – подтверждает мои догадки жена Плющенко Яна Рудковская, к которой подсаживаюсь на трибуне. – Но и конкуренты, как я поняла по первым дням в Ванкувере, прибавили. Я по-прежнему считаю, что все зависит от самого Жени, но будет очень трудно.

– Как здоровье Евгения? Колено не беспокоит?

– Стопа, я знаю, побаливает в придачу к колену. Но он не жалуется.

МИШИН ОПАСАЕТСЯ ПОДВОХА

Вскоре после тренировки мне удается поймать Артема Бородулина, второго российского одиночника. На вопрос о качестве льда Бородулин, сам того не зная, ответил точно так же, как Брайан Жубер парой часов раньше:

– В зале очень жарко. И лед немного «плывет».

Плющенко перед соревнованиями с прессой не общается: примета. Однако, по словам Мишина, претензий ко льду не предъявлял.

– Знаете, если ребенка все время спрашивать: «Вася, ты хочешь в туалет? Вася, ты хочешь в туалет?» – то в итоге он намочит штаны. Так что я обычно прошу спортсменов не акцентировать внимание на качестве льда.

– В Олимпийской деревне хорошо обустроились?

– Лучше, чем в Турине. Комнаты больше. Женя живет один, никто ему не мешает.

– В интервью «Советскому спорту» Женя признавался: увеличить нагрузки – значит увеличить риск получения травмы. Не увеличить – второй четверной прыжок, который он хотел вводить в произвольную программу, не прыгнуть…

– Однажды моя мама отдала соседу чинить часы. Он назначил весьма высокую цену. На вопрос почему ответил: «Потому что я беру с вас две цены. Одну – за то, что починю, вторую – за то, что не испорчу окончательно». Так и нам с Женей нужно было соблюсти баланс – не навредить здоровью и выйти на пик формы, усовершенствовать программу. Я его не перегружал, относился как к букету, который должен расцвести в строго определенное время.

– Довольны результатами?

– Да. Сейчас Женя готов именно так, как должен быть готов за три дня до начала соревнований. Мы сделали все, чтобы технические специалисты заметили: дорожки по прямой, которые они в Таллине оценили только вторым уровнем, на самом деле третьего.

– Не боитесь, что судьи действительно устроят заговор против Жени и других европейских фигуристов?

– Отвечу так: больше всего я опасаюсь невезения. А следом – подвоха.

– Второй четверной прыжок в произвольной программе появится?

– Нет. Этого не будет. Рисковать будем только в самом крайнем случае.

ФИЗИКИ И ЛИРИКИ

А напоследок я спросил Мишина, что он думает о резких высказываниях Патрика Чана.

– Неприятно, когда кто-то пытается доказать свою силу не на льду, а на страницах газет, – признался тренер. – Но мы к этому привыкли. И не будем обращать внимания на выпады окружающих. Но у Чана в программе нет ни одного четверного. На мой взгляд, программы без четверных прыжков возвращают нас в доисторические времена – те, что были до Урманова и даже Браунинга. Это не есть путь прогресса. Завершая тему, скажу: те слова, что сказал Чан, обычно говорят в адрес серьезного соперника. Может, это он сам побаивается Женю?

Может, и так. Вообще все это очень напоминает спор физиков и лириков. Не буду делать категоричных выводов – каждый может их сделать для себя сам. Но свое мнение выскажу. Раз уж фигурное катание считается спортом, приближенным к искусству, а не наоборот, то стремиться делать четверной прыжок – долг любого спортсмена. Все остальное – демагогия.

Быстрее, выше, сильнее – так, кажется, звучит девиз олимпийского движения?