V4x3 l 1475127469984

Сегодня в Сочи начинается чемпионат России, а мысли Жулина – тренера и человека неординарного – наполнены не только «крюками и выкрюками», но и совершенно особенными вещами. Например, как важно по утрам смотреться в зеркало, повторяя: «Я хуже всех!».

«ТЫ ХОТЬ УПРЫГАЙСЯ ВОКРУГ НИХ…»

– Саша, как вы себя чувствуете в ситуации, когда предел мечтаний для вашей пары Боброва/Соловьев в лучшем случае – олимпийская бронза, да и та станет таким счастьем, что ни в сказке сказать, ни пером описать?

– Нужно быть реалистом и понимать суть вопроса. Когда ко мне попросились Катя и Дима, они были восьмыми на чемпионате мира. В прошлом году мы стали третьими, это был огромный сюрприз для всех нас, хотя работали мы много… Но я и с Навкой/Костомаровым бывал на чемпионатах мира десятым-одиннадцатым несколько лет подряд, а катались они очень прилично.

Боброва с Соловьевым раньше находились у другого тренера. Остаются технические наработки, которые оттуда пришли. Меня много чего не устраивает.

Исправить же вот так, в одну секунду практически невозможно. На становление пары с одним тренером в танцах на льду нужно минимум три года.

– У вас нет этого времени.

– К сожалению. Чтобы они стали «твоими» и ты перестал совершать ошибки в постановках, а они на каком-то этапе неизбежны, поскольку ты еще не знаешь свою пару достаточно хорошо. Не понимаешь, что им больше идет, узнаешь это порой уже в процессе сезона, элементарно не успеваешь выучить все крюки-выкрюки, сделать их чистыми. Я прекрасно отдаю себе отчет: не каждое четырехлетие ты претендуешь на Олимпиаде на золото. Зависит от таланта твоих фигуристов, от их способности воспринимать, от того, голодны ли они до побед…

– Боброва и Соловьев голодны, как я думаю.

– В олимпийский сезон все голодные, а тебе нужно стать… ну как будто ты только сегодня из Африки пожаловал на перекладных. Ни еды, ни питья, бредешь по льду босиком. Это надо научиться в себе моделировать…

– В какой степени тренер способен помочь?

– Чемпионом насильно никого не сделаешь. Сейчас у нас и зарплаты хорошие, и специалистов вагон, которые тебе помогают. И при этом нужно умудриться создать в себе чувство голода. Бесконечное. Как? Да хотя бы смотрись по утрам в зеркало и повторяй: «Я хуже всех!». Тренер действительно мало чем может помочь. Ты хоть упрыгайся вокруг них, рассказывая им разные истории взлетов и падений.

«ПОСЛЕ КНИГИ РОДНИНОЙ НЕ ХОТЕЛОСЬ ЖИТЬ»

– Кто, на ваш взгляд, из современных фигуристов, гениально умеет чувствовать себя хуже всех?

– Меня не перестает поражать юноша по имени Чарли Уайт. У него фантастическое чувство юмора и всегда потрясающее настроение. Но интересен он мне не этим. А тем, что вот сегодня он набрал 212 баллов, а завтра хочет уже 217 набирать…

У Чарли папа – миллионер, владелец детройтского катка, а мальчик сначала в одиночном катании всех рвал, прыгал тройные аксели лучше кого бы то ни было, потом перешел в танцы, потому что там девочки и есть за что подержаться… Его мотивация невероятна. Где он ее берет?!

Чемпион – это такая штука, с которой можно родиться, а можно при желании в себе и воспитать.

Дилемма звучит просто. Либо ты хочешь, либо – нет. И довольствуешься тем, что зарплата на карточку приходит, ты в принципе в сборной, тебя лечат, о тебе заботятся, квартиру для тебя снимают. Но это мещанский подход. Неважно, где ты родился: в Москве или в Сыктывкаре. В Сыктывкаре, говорят, на лыжах хорошо бегают, и понятно почему: там слаще морковки люди ничего не пробовали. Но все же можно смоделировать! Чарли Уайт никогда в жизни не жил в Сыктывкаре. Он в школу ездил на роллс-ройсе, но ему мало 212 баллов...

– А перед вами стояла проблема: не будучи голодным, смоделировать это в себе?

– В 26 лет я прочитал книгу Ирины Родниной, и мне какое-то время не хотелось жить. Я плакал… Плакал оттого, что мне уже 26, а у меня ни одного титула. И в сборной я шестой. Роднина в этом возрасте уже была многократной чемпионкой мира, а я всегда останусь лузером. И меня эта мысль мучила. Благодаря этой мысли я стал чемпионом мира.

Мы были вполне обеспеченными людьми, но для нас это не имело значения: с Артуром Дмитриевым и Витей Петренко, олимпийскими чемпионами, мы просиживали по шесть часов в гостиничном номере, без конца обсуждая, какие можно еще придумать элементы, как их расположить в программе…Я отнюдь не имею в виду, что все, мной сказанное, прямо касается моих учеников. Мне кажется, что пример Чарли Уайта небесполезен любому из нас…