ЗВЕЗДЫ

РАЗДЕВАЛКА У ДАРЬИ

Недавно в гостях у «Советского спорта» побывала трехкратная олимпийская чемпионка по фигурному катанию Ирина Роднина. Часть разговора со знаменитой спортсменкой уже была опубликована. А самое лакомое блюдо – рассказ о личной жизни звезды – мы приберегли для популярной рубрики «Раздевалка». Более десяти лет назад Роднина уехала в США. Сегодня она живет на два дома – в Лос-Анджелесе и Москве. Причем все чаще и чаще возвращается в Россию.

ГЛАВА 1.
ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ

ДВА БРАКА

Роднина дважды была замужем — за своим партнером Александром Зайцевым и архитектором Леонидом Миньковским. Сейчас она в разводе. От двух браков у нее двое детей: 23-летний сын Саша и 16-летняя дочь Елена. Оба бывших супруга прославленной чемпионки живут в США. Зайцев – в Лейк-Эрроухед, по приглашению Родниной работает тренером в Международном центре фигурного катания, где до последнего времени Ирина и сама тренировала. Миньковский – в Лос-Анджелесе.

В начале семидесятых Роднина блистала в паре с Алексеем Улановым. Симпатичный изящный юноша разбил немало женских сердец. Считалось, что он не оставил равнодушной и свою партнершу. По крайней мере, после того, как в 1972 году Уланов объявил о том, что намерен кататься со своей возлюбленной Людмилой Смирновой (вскоре фигуристы поженились, а недавно развелись), Роднина чуть было не ушла из большого спорта. Она осталась в сборной исключительно благодаря усилиям своего тренера Станислава Жука.

Ирина Константиновна, вы видитесь с Улановым?

— На соревнованиях. Он тренирует в США.

Нормально общаетесь?

— Конечно! А что нам делить? Правда, обходимся без теплых объятий.

Трудно себе представить, что вы могли бы покинуть лед после ухода Уланова к Смирновой.

— В принципе я планировала уйти, поэтому наша пара и распалась. Еще до начала олимпийского сезона-1971/72 я проинформировала Жука и Уланова о том, что это будет мой последний год в спорте. Надоело кататься. У меня было много травм, и наблюдались очень тяжелые отношения в нашем альянсе, так что все мне было не в радость. И Алексей, естественно, начал подыскивать замену.

У вас сильный характер. Вы когда-нибудь допускали главенствующую роль мужчины?

— Никому никакую роль я не отводила. Это вообще смешно. Пара не может состоять из главенствующей и не главенствующей сторон. Мое понятие таково: если людям хорошо вдвоем, то они могут находиться вместе столько, сколько сочтут нужным. Но если возникает неразрешимая напряженная ситуация, то незачем мучить друг друга. С каждым из моих супругов у меня были просто чудесные годы, о которых приятно вспоминать. Жаль, что они такие короткие. Тем не менее я не могу назвать свои браки неудачными, ведь результаты этих союзов – замечательные дети. Не понимаю, какой толк был бы от того, если бы я была замужней дамой, имела бы штамп в паспорте, но жила бы с мужем плохо. В таком случае я бы попросту себя обманывала.

Зачем вы пригласили Зайцева в Лейк-Эрроухед?

— Я, когда стала ездить на международные соревнования, от многих российских тренеров слышала не совсем приятные вещи об Александре. А кое-кто рассказывал мне об этом в надежде доставить удовольствие. Знаете, как бы мы с ним ни сходились-расходились, во-первых, у нас общий ребенок. И, во-вторых, это человек, с которым связаны мои основные достижения в спорте.

Он для меня как младший брат. Поэтому смотреть на то, как он спивается, было больно. И уж, конечно, я не получала ни малейшего удовольствия от такой информации. Человек пьет тогда, когда ему нечем себя занять или у него есть дело, которое никуда не двигается, то есть ты с незримой стеной сталкиваешься. Или если это – болезнь. Я точно знала, что у него это не болезнь. Я ему сначала помогла заключить один контракт – он почти год провел в Италии. Потом работал в Турции. Но это были временные варианты.

Случилось так, что мне потребовалось часто уезжать на соревнования в Россию. На двух стульях, понятно, не усидишь. В Лейк-Эрроухед у меня был большой круг студентов. А пахать на чужого дядю я как-то не привыкла, потому что это – результат моего труда. Почему я должна кому-то делать подарки в лице талантливых воспитанников? Я себя вполне уважаю и люблю. Однако у меня не было альтернативы: когда я приезжала с турниров, часть фигуристов ко мне не возвращалась или брала меньшее количество уроков.

Я позвала Зайцева, своего «кадра», хотя его не очень-то хотели брать, поскольку в центре помимо меня работала моя подруга Лена Черкасская. Третьего русскоговорящего тренера видеть не желали. Мне было сказано, что, мол, это Америка, а вы по-русски говорите. Я ответила, что это – дискриминация. Американские законы мы выучили быстро. Я убедила коллег, что Зайцев не собирается отбирать у них учеников, а будет работать со мной. К тому же мы были известной парой. Не думаю, убеждала я начальство, что приезд популярного фигуриста станет для вас антирекламой.

ГОНЧАРНЫЙ КРУГ

Зайцев мечтал о воссоединении с сыном. Но как только это произошло, Александр-младший взял и укатил в Москву…

— Ребенок уже вырос, и даже если живет с нами, у него своя жизнь идет. Ну а страдания всегда при разводах бывают.

Ваша дочь не последовала за братом в столицу?

— Алена живет в Лос-Анджелесе. Она школьница. Учится в одиннадцатом классе.

Она не стремится переехать в Россию?

ЦВЕТЫ ОТ ВЛАДИМИРА ПУТИНА.  РОДНИНА НА ПРИЕМЕ У ПРЕЗИДЕНТА РФ. ФОТО АП— Я не смогла бы перевезти дочку в Москву, даже если бы она этого захотела. По существующим законам до 18 лет ребенок не может определять свое местожительство. За него решают родители. Американское правосудие учитывает интересы и пожелания и матери, и отца. К сожалению, Россия считается страной с неустойчивым политическим и экономическим режимом, поэтому перевод ребенка сюда отцу нежелателен. И правосудие его в этом поддерживает.

Все-таки, на что она нацелена?

— Не знаю. Ничего не могу сказать. Сегодня она увлечена журналистикой, музыкой. Но что будет завтра? Я и от Саши такого поступка не ожидала: он поступил в Строгановскую академию – со второго раза. Он занимается керамикой. Увлекся этим искусством еще в Америке, в колледже посещал специализированный факультатив. Вместе со своим приятелем по увлечению искал по Интернету институты, выпускающие мастеров «керамического профиля». И они выяснили, что Строгановка – один из лучших вузов по прикладному искусству.

Саша несколько месяцев провел в Праге. У моей приятельницы там галерея. Саша помогал ей продавать картины, посещал лекции в Карловом университете, лишний раз убедившись в правильности своего решения. Повторю, мне выбор сына показался странным, может, потому, что у меня жизнь так сложилась, что я шла по прямой. Я только вдвое больше его за это уважаю.

Почему Саша не поступил в Строгановку с первого захода?

— Он допустил ошибки в сочинении, поскольку отвык от русской грамматики.

Разве знаменитая Ирина Роднина не могла помочь сыну или в США вы отвыкли от такого понятия, как блат?

— Мне было бы неудобно просить за Сашу, отнимая тем самым шансы у других, не менее достойных абитуриентов. Что касается системы блата, то она процветает и в Штатах. Когда я отдавала сына в престижный юридический колледж, который окончил Никсон, а Рейган не смог этого сделать, то принесла с собой рекомендации, выданные не Саше, а мне, очень известными людьми. И это очень помогло Саше. И не надо этого стесняться! Глазки строить и ширмочки возводить! Клясться, что нет никакого блата! Это в России принято считать, что блат носит полукриминальный характер. Мне, по крайней мере, именно так кажется. А в Америке и, знаю, в других развитых странах, протекции, напротив, приветствуются. А скидку в оплате за обучение Саше сделали как представителю национального меньшинства, а не потому, что он блистал знаниями. Саша плохо учился, честно вам скажу. Первого сентября еще здесь, в Москве, перед отъездом он сказал мне: «Предупреждаю, учиться хорошо не буду». Поэтому подвигов я от него не ждала.

Какие поделки вам подарил Саша?

— Кувшины, тарелки, горшочки. Он сам придумывает дизайн. Получаются очень красивые изделия, потому что во время обжига, в зависимости от температуры, можно краску менять. Моя задача была обеспечить сыну условия для работы. Печка у нас имелась. А гончарный круг мы купили, разместив его в Лейк-Эрроухед, где у нас была большая жилая площадь. Позже мы привезли круг на нашу подмосковную дачу. Впрочем, дача – одно название. Два года назад деревянная часть дома сгорела дотла.

Поджог?

— Я подозреваю, что пожар в порядке мести устроили квартиранты, которым Зайцев сдавал дачу и которые уговаривали его продать ее. Но он отказался от этого.

Вы сразу одобрили увлечение сына керамикой?

— Сперва я отнеслась к этому с юмором. Но спросила, какая помощь ему требуется. Понимаете, я даже обрадовалась, что он выбрал серьезное творческое занятие. Любой, у кого есть дети-тинэйджеры, прекрасно понимает, какой это опасный возраст. Калифорнию, к примеру, охватила наркомания — марихуана без рецептов продается в аптеках. А гомосексуализм там развит до такой степени, что страшно об этом говорить. Это интимная, болезненная тема, которую не принято обсуждать во всеуслышание даже в такой демократической стране, как Америка. Но раз уж она существует, мы не должны закрывать на это глаза. Я как рассуждаю: если ребенок выбрал неправедный путь, то я, как мать, с болью и кровью должна это принять. Но если у меня есть возможность уберечь его от этого, то я буду это делать всеми силами и средствами.

РОДНАЯ РЕЧЬ

Полагаете, в России недостатков меньше, чем в Америке?

— У нас еще, по-моему, идет некая бравада, в то время как в США это масштабные проблемы, которые пытаются решить. Так, в моем центре занимались сорок процентов детей бывших наркоманов.

Саша пишет на родном языке с ошибками, а Алена русский не забыла?

— Мы увезли Аленку в Штаты, когда ей было три года. Она говорит по-русски неплохо, но у нее маленький словарный запас. При этом речь у нее интеллигентнее, чем у брата, – оборот ее слов и в русском, и в английском языке богаче. Но это не потому, что у Саши образование хуже. Просто он мальчик. У мальчиков другой лексикон.

Однажды мы в «Современнике» посмотрели «Три товарища» Ремарка. Для Алены это был своеобразный тест. Это тяжелое произведение. После спектакля дочь призналась, что только два места не поняла.

Алена считает себя американкой или русской?

— Русской, но не россиянкой. Это не идентичные понятия. И русские в Америке абсолютно разные. Вот какая ужасная вещь происходит: очень много людей, которые уезжали из нашей страны всеми правдами и неправдами, оказавшись в американском «раю», пытались ввести свои порядки и принципиально не учили английский язык. Но ведь это же позор!

Сама видела, как такие «экземпляры» играют на набережных в домино, пьют водку и грязно выражаются.

— По поводу нецензурных выражений вспомнила одну историю. В США ребенок, поступив в колледж, первые два года обязан жить здесь же, при условии, что его дом или квартира не расположены в радиусе двенадцати – пятнадцати миль от учебного заведения. Мы в нормативы не вписывались, поэтому Саша поселился в общежитии.

Как-то я приехала его навестить, но нигде не могла найти. Одноклассники посоветовали заглянуть в спортзал. Захожу туда и слышу длинную тираду непечатных слов. Признаться, такого мата я даже от Жука не слышала! Откуда, думаю, здесь такие крутые разборки? Но, приглядевшись, поняла, что это просто парни с бицепсами общаются. Потом Сашка появился. Спрашиваю: «Шура, кто это?» Он отвечает: «Новые русские приехали. Не знаю, как они учатся. По-английски ни одного слова не говорят». Это был период, когда родители, обладающие определенными средствами, отправляли своих наследников подальше от дома, криминального окружения. Ни фига эти мальчишки в Америке не учились. С криком, руганью носились на новеньких BMW. Если учесть, что мне год Сашиного обучения со скидкой обходился в 40 тысяч долларов, то взрослые новые русские выбрасывали по 60 –70 тысяч за то, чтобы их битюки «качались» и учили американцев русскому мату.

Или еще один случай. У меня брал уроки полненький розовощекий мальчуган, явно не горевший желанием стать выдающимся фигуристом. Прыжки давались ему с большим трудом. Однажды он спросил: «Вы можете научить меня вашим плохим словам». Говорю: «Ты сделаешь такой-то прыжок, а я скажу тебе слово». Он сделал, и я выполнила свое обещание. Но он с первого раза крепкое словечко запомнил и потребовал: «Повтори». Я ему: «Ты тоже элемент повтори». Вот так он учился у меня — и кататься, и ругаться.

НАША СПРАВКА

Ирина Роднина. Выступала в парном катании. Родилась 12 сентября 1949 г. в Москве. Олимпийская чемпионка 1972, 1976, 1980 гг. Чемпионка мира 1969 – 1978 гг. Чемпионка Европы 1969 – 1978, 1980 гг. Выступала в паре с Алексеем Улановым (1969 – 1972 гг.) и Александром Зайцевым (1973 – 1980 гг.). Тренировалась у Станислава Жука (до середины 1973 г.) и Татьяны Тарасовой (1973 – 1980 гг.). В разводе. Имеет сына Александра, 23 года, и дочь Елену, 16 лет. Работает тренером в Лос-Анджелесе, штат Калифорния, США. Ведущая программы «После пьедестала» на 7ТВ в Москве. Живет в Лос- Анджелесе и Москве.

ВОСПОМИНАНИЯ СТАНИСЛАВА ЖУКА:

«Летом 1973 года я принял, возможно, самое непростое решение в своей жизни. Расстался с любимой ученицей Родниной. Ира с новым партнером, спортсменом из Питера Александром Зайцевым, которого я подготовил в немыслимо рекордные сроки – за десять месяцев, выиграла чемпионаты Европы и мира. Причем на Европе спортсменов наградили тринадцатью максимальными баллами – 6,0. У меня было принципиальное правило: допустил три серьезные провинности, и до свидания. Что и произошло в ситуации с этой парой. Ира делала все, чтобы остаться у меня. Рвалась к тогдашнему министру обороны Гречко, который ее не принял. Она говорила: «Жук будет работать с нами, его заставят».

ГЛАВА 2.
ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ

ЗАГОВОР ОТМЕНЯЕТСЯ

ПРОБКИ НА ДОРОГАХ

Ирина Константиновна, почему вы переехали из Лейк-Эрроухеда в Лос-Анджелес?

— Лейк-Эрроухед – необыкновенный уголок с искусственным озером, которое было сделано сто лет назад богатыми «аборигенами». Единственное место в Южной Калифорнии, где дуб соседствует с сосной. Все эти прелести находятся на высоте 2700 м. Спускаешься на 30 м вниз — уже все ходят в шортах. Еще минут сорок езды, и вы доезжаете до океана. Зимой мы катаемся там на лыжах. В общем, все удовольствия в одном «флаконе». Но, видно, человек так устроен, что в таких радостях только отдыхать замечательно, а жить очень тяжело. Я очень скучала по большому городу. Но у меня был контракт с этим катком. Потом детям было удобнее здесь. Когда они подросли и мне представилась возможность поступить на работу в Лос-Анджелесе, я немедленно умчалась туда.

Как строится ваш рабочий день?

— Летом, во время школьных каникул, я прихожу на занятия в 5 утра, а в нормальный учебный период должна быть на катке к 5.45. Вы не удивляйтесь, в Америке уроки в школах начинаются в 6.30. Так что американцы – ранние пташки. Мне становится смешно, когда говорят, что Москва забита автомобилями, чудовищные пробки на дорогах. В Лос-Анджелесе «траффик» — в пять колонн, продвигаешься по полтора метра. Причем все стоят в линию, никто вперед не лезет, никаких сигналов, мигалок. И вечером – точно такая же картина.

Правда, что вы проводите занятия на коньках?

— Исключительно на коньках.

Вы и прыжки обязаны выполнять?

— Я давно не практикую прыжки, поскольку считаю, что это глупо – копировать. Но могу приблизительно показать направление движения. Но «разжевывать» элементы мне приходится самым маленьким. А тем, кто умеет кататься, достаточно сказать: «Сделай так-то».

БОГАТЫЙ ПАПА

У вас была перспективная пара – брат и сестра Стиглер. Спортсмены от вас ушли?

— Нет, просто они на два года выбыли из строя из-за травм. Сейчас из этого состояния, слава богу, вышли, недавно мы ездили на соревнования. Эти дети для меня как родные. Аленка даже ревнует меня к ним, потому что я провожу с ними больше времени, чем с ней.

Стиглеры тренируются за свой счет?

— Все расходы взяла на себя Ассоциация фигурного катания США – очень состоятельная организация, имеющая контракт с телевидением на 150 миллионов долларов. На эти деньги ассоциация, в частности, содержит талантливых спортсменов. Считается, что моя пара – надежда Америки. Стиглеры — от природы красивые. Доходяги, по моим понятиям. Но красивые доходяги. Их поддерживают финансово и ждут, когда они начнут давать результаты. Хотя папа у них – один из крупнейших дилеров компании «Мерседес» в Южной Калифорнии и мог бы оплачивать им тренировки.

Ирина Константиновна, вы возвращаетесь в Россию. Ходят упорные слухи, что и Зайцев вернется, займет пост гостренера в Госкомспорте и в тандеме вы составите мощную оппозицию Федерации фигурного катания России.

— Я ничего не знаю про эти слухи. Я не то что возвращаюсь, а просто вынуждена была задержаться там. Климат в Калифорнии, конечно, хороший, погода идеальная, люди ко мне превосходно относятся. И зарабатывать на жизнь можно нормально. Не легко, но можно. Но меня непреодолимо тянет на родину.