Шокирующая публикация во французской газете «Экип» потрясла весь спортивный мир. В биопробах «А» чемпионок мира по художественной гимнастике Алины Кабаевой и Ирины Чащиной, взятых 29 августа этого года на Играх доброй воли в Брисбене, обнаружили запрещенный препарат — фуросемид.

Сенсационному известию была посвящена вчерашняя пресс-конференция, которую давали главный тренер национальной сборной, член техкома Международной федерации гимнастики Ирина Винер, виновницы известных событий и руководитель инспекции по допинг-контролю ОКР Николай Дурманов.

ФРАНЦУЗСКИЙ «ШПИОН» В ФИЖ

— Проверка биопроб «А» состоялась 23 октября. Вскоре мы узнали о том, что две российские гимнастки попались на употреблении допинга. Имена спортсменок не назывались, — рассказывает Винер. — Но недавно мне позвонили друзья из Канады и сообщили, что в местной прессе появились интервью президента Федерации художественной гимнастики Марии Гиговой, которая в открытую обвинила Кабаеву с Чащиной в использовании запрещенных препаратов. Она даже потребовала по-новому распределить медали, завоеванные девочками, на чемпионате мира в Мадриде 20-21 сентября. Это не делает ей чести, потому что Гигова входит в техком ФИЖ и могла бы знать правила игры: результаты анализов должны держаться в строжайшем секрете до проведения проверки второй биопробы — «В». Понятно, она преследовала личные интересы. Если бы у россиянок отобрали награды, то, скажем, в личном многоборье болгарской гимнастке, ставшей в Испании четвертой, вручили бы серебро.

Впрочем, у нас есть и другой «доброжелатель» — вице-президент исполкома ФИЖ Мишель Леглис из Франции. Дело в том, что французы мечтали, чтобы их спортсменка, не имеющая высокого мирового рейтинга, вошла в тройку призеров на Олимпиаде 1996 года в Атланте. Прилагали для этого максимум усилий. Не получилось! Но с тех пор Леглис, курирующий в исполкоме художественную гимнастику, забросал наш техком письмами, в частности, о том, что была неправильная расстановка по местам на Олимпийских играх в Сиднее. Мы вынуждены были проводить разбирательство, просматривали видеозаписи. И единодушно пришли к выводу, что медали были распределены по справедливости. То есть ведется целенаправленная атака. И мне кажется, что информация, выданная «Экип», — дело рук Леглиса.

ПОДДЕЛКИ ИЗ АПТЕКИ

— Произошло следующее: по рекомендации медиков из ОКР девочки принимали пищевую добавку «Гипер» фирмы «Вижн», куда входят мягкие диуретики, не относящиеся к запрещенным препаратам, — продолжает Ирина Александровна. — Когда партия таблеток закончилась, сотрудник федерации приобрел в аптеке новую, не посмотрев на цену. Аптечные «экземпляры» были намного дешевле тех, которые мы приобретали в фирме. После того как возник скандал, был сделан анализ препарата, который оказался грубой подделкой, содержавшей фуросемид. На заседании федерации мы выяснили, кто раздавал спортсменкам таблетки, кто покупал их. Этим специалистам было сделано замечание. Но ситуация, как говорится, не «просчитывалась».

Николай Дурманов подчеркнул, что проверка биопроб «В» должна быть осуществлена в течение двух-трех недель с момента согласия «провинившихся» спортсменов на подобную процедуру. Согласие Кабаевой и Чащиной было получено неделю назад.

— Мы рассчитываем, что по совокупности тех документов, которые мы представили в ФИЖ, санкций по отношению к Алине и Ирине не последует, — добавил он. — Фуросемид не входит в разряд допинга, не приводит к повышению результатов. Это средство для маскировки анаболических стероидов, которые не имеют распространения в художественной гимнастике. Ясно, что произошел несчастный случай, и что здесь нет виновных — есть пострадавшие. Но, с другой стороны, если ситуация окрашена в политический оттенок, то все может быть. В последнее время на международной арене началась ловля русских спортсменов на допинге. Заявляют, что золотые медали имеют «химический» привкус, хотя, поверьте, мы далеко не самая «химическая» спортивная держава. Мы стали буквально мальчиками и девочками для битья.

ЧТО ДАЛЬШЕ?

— На чемпионате 1995 года у нас уже был такой прецедент — с Яной Батыршиной, которая в то время еще не была звездой первой величины, — признается Винер. — После соревнований у нее обнаружили эфедрин. Это был командный зачет, то есть если бы Яну дисквалифицировали, то аннулировали бы результаты и сборной по спортивной гимнастике. Мы провели собственное расследование, выяснив, что накануне старта Батыршина посетила дантиста, который вколол ей этот препарат в качестве наркоза. Когда мы послали объяснения в ФИЖ, нам даже ответ не пришел. Все прекрасно понимали, что произошло недоразумение. Надеюсь, и на этот раз все разрешится благоприятным для нас образом. Если же нам не удастся добиться торжества справедливости, то мы дойдем до самых высших судебных инстанций.

— Узнав о случившемся, мы с Ирой испытали шок, — говорит Кабаева. — Знали ведь, что не употребляли запрещенные препараты и во всем слушались врача сборной. Раз он считает, что нам нужны те или иные пищевые добавки, значит, так и должно быть. Вот Ирина Александровна заявляет, что страшно тогда, когда ты прав, но тебя не защищают. Мы спокойны! У нас надежная защита. На этом скандале мы не зацикливаемся. Живем разносторонними интересами. Скоро попробуем себя в качестве моделей в Концертном зале «Россия», а в начале декабря выступим в ЦСКА как певицы. Разучиваем песню для гала-концерта.

Связанные материалы: