Эти два слова можно, пожалуй, назвать определяющими, если говорить об атмосфере, в которой проходит чемпионат мира.

Учтивость и вежливость по отношению к гостям — это традиционная черта народов Востока, по крайней мере, с тех пор, когда они сняли жесточайший занавес, которым окружали себя на протяжении многих веков.

Вспомним, что сравнительно недавно, в начале XIX века, первая русская миссия доброй воли, руководимая легендарным Резановым и ставившая своей целью установление дипломатических и торговых отношений с восточным соседом, была заключена в концлагерь, а по прошествии нескольких месяцев выслана из страны. Сегодня, слава богу, и в Японии, и в Корее гостей встречают действительно тепло и радушно: на пограничном пункте в сеульском международном аэропорту Инчхон для тех, кто приезжает на «Word Cap-2002», выделены специальные коридоры, оборудованы справочные балконы, в город идут спецавтобусы.

Когда приходит черед получать аккредитацию, вас только что рентгеном не просвечивают, но все остальное — заявка, паспорт, виза — проверяется в компьютерной сети тщательным образом. Впрочем, так и должно быть, так всегда бывало и на иных ответственных международных мероприятиях, а после событий 11 сентября в Нью-Йорке и Вашингтоне такие меры более чем оправданны. Сеульский Главный пресс-центр, разместившийся в гигантском выставочном павильоне рядом с Международным торговым центром, охраняется лучше, чем резиденция президента страны. Днем и ночью полицейские попарно по периметру обходят весь комплекс зданий, а в ближайшем переулке круглосуточно стоят пять автобусов с полицейским резервом. Чтобы им не было тоскливо и неудобно, стражи порядка сидят в кондиционируемых автобусах, пьют кофе из термосов и смотрят телевизоры над кабинами водителей.

Процедура входа в пресс-центр исключает любые неожиданности. Каждый входящий проверяется электронными средствами и подвергается личному досмотру. Никто не ропщет, все понимают, что так надо.

Но иногда в стремлении обеспечить безопасность дело доходит до абсурда. Я попытался подготовить для нашей газеты небольшой репортаж о Главном пресс-центре. Естественно, обратился в службу приема гостей с просьбой предоставить мне данные: сколько журналистов, телекомпаний и радиопрограмм аккредитовано на чемпионате? Казалось бы, что может быть проще? Но этот вопрос вызвал страшную суматоху. Меня долго терзали вопросами, заставив почувствовать себя в роли человека, пожелавшего заполучить пин-код главного сейфа Центрального банка страны. Потом велели заполнить обширную анкету, вызвали переводчика, отконвоировали к шефу информационной службы, где со страшным трудом я сумел вырвать у него искомую цифру, которую сообщу в одной из следующих колонок.

А вообще-то, дай бог не сглазить, Сеул — это один из самых безопасных городов мира. По окончании работы часа в два ночи я возвращаюсь в гостиницу пешком по узкой темной улочке, названия которой нигде не вижу, а если бы и увидел, не смог бы понять иероглифы. Иду по тротуару, заставленному припаркованными на ночь машинами, прохожу мимо темного безлюдного парка и чувствую себя куда спокойнее, чем в Москве в десять вечера на Тверской.

Поблизости от гостиницы начинаются увеселительные ночные заведения, но никто не зазывает, не затаскивает одинокого путника, как это сделали бы в Париже, и ночные жрицы любви не пристают с приглашениями «культурно отдохнуть», как это происходит в иных мировых столицах. Но если ты заблудился и пытаешься получить информацию у прохожих языком мимики и жестов, вокруг тебя мгновенно собирается рой сочувствующих и начинается уморительный диалог, продолжающийся до тех пор, пока тебя не берут за руку и не подталкивают в нужном направлении. А символом порядка и олицетворением безопасности на улицах этого города я счел бы дружную группу пешеходов, покорно ожидающих на переходе в три часа ночи зеленого светофора, хотя ни одной машины не видно ни в том, ни в другом направлении.