Войти через
Авторизация
Регистрация
Нажимая кнопку "Зарегистрироваться" Вы подтверждаете своё согласие с правилами регистрации на сайте.
Поля, отмеченные * - обязательные для заполнения
ВчераСегодняЗавтра
Развернуть
Медали
1. США  46  37  38 
2. Великобритания  27  23  17 
3. Китай  26  18  26 
...
4. Россия  19  18  19 
1. США  46  37  38 
2. Великобритания  27  23  17 
3. Китай  26  18  26 
...
4. Россия  19  18  19 

Фигурное катание. Тренер-консультант Федерации фигурного катания России Татьяна Тарасова: Россия вправе рассчитывать на четыре золота

Дарья Сребницкая

ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ
ПРЯМАЯ ЛИНИЯ

В гостях у «Советского спорта» побывала легендарный тренер Татьяна Тарасова. Недавно в жизни знаменитой наставницы по фигурному катанию произошли два важных события: она вернулась в Москву после десяти лет работы в США и была назначена тренером-консультантом национальной сборной.

КОРОТКАЯ ПРОГРАММА

ВОПРОСЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

В АМЕРИКУ УЕХАЛА РАДИ РЕЗУЛЬТАТА

– Здравствуйте, Татьяна Анатольевна, это Лена из Серпухова. Слышала, вы вернулись домой. В чем причина вашего отъезда из США?

– Леночка, я уже не раз эту причину называла – моей маме 87 лет, она живет в Москве, и я хочу быть с ней. А в Америку уехала ради результата, потому что в России был экономический кризис и не было условий для работы. Но я не потеряла эти десять лет и талантливых учеников, которых увезла с собой. За это время было сделано три олимпийских золота, которые выиграли Илья Кулик, Оксана Грищук с Евгением Платовым и Алексей Ягудин.

– А почему вы не вернулись после Олимпиады в Солт-Лейк-Сити, когда ваш последний на тот момент русский ученик Ягудин ушел в шоу?

– Леша решил кататься дальше и почти целый год тренировался, но травма паха ему помешала. Когда нога «сдала», Ягудин не смог выполнять даже тройные аксели и ритбергеры, поэтому ушел в шоу, где не нужно делать сложные элементы. А потом я взяла японку Шизуку Аракаву. Она пришла ко мне за месяц до чемпионата мира 2004 года в Дортмунде. И, может быть, без моей помощи не выиграла бы этот турнир.

– Алло, Тарасова? Говорит Василий Иванович, пенсионер из Москвы. По телевизору сказали, что вы в Москву переехали. Чем намерены заниматься?

– Меня назначили консультантом сборной России.

– Значит, вам каждый день к девяти утра нужно в Федерацию фигурного катания идти?

– А зачем мне туда ходить? Мне на каток надо, тренировать. Сейчас хожу в ЦСКА к Елене Водорезовой, помогаю ее детям.

– И как у нас обстоят дела с резервом?

– Замечательно! Я даже плачу от счастья: столько одаренных детишек, раньше такого не было.

ТАНЕЦ – ДУШОЙ ИСПОЛНЕННЫЙ ПОЛЕТ

– Здравствуйте, звонит Оксана из Тамбова. Татьяна Анатольевна, с кем из звезд работали в этом году?

– С девятикратной чемпионкой США Мишель Кван, которая столько лет держит в напряжении весь мир и собирается на свою четвертую Олимпиаду. Поверьте, она еще наведет шороху. Немножко помогала двукратным чемпионам мира Татьяне Навке и Роману Костомарову. Мне очень понравился их произвольный танец «Кармен», но были замечания. Их не могло не быть: правила поменяли, поставили с ног на голову. И сразу не разберешься, как сделать элемент, чтобы он тянул на самый высокий, четвертый уровень сложности.

– А артистичность в связи с этими правилами не пострадает?

– Танец – все равно душой исполненный полет! Мы же не выкидываем вторую оценку – за артистичность. Так что надо как-то выживать, развиваться в новых правилах. А возможность выражения музыки очень большая.

– Это Владимир Бойков из Москвы. Татьяна Анатольевна, не опасаетесь ли вы, что в Турине в женском одиночном катании будет такое же безобразное судейство, как в Солт-Лейк-Сити?

– Нет, я и в Солт-Лейк-Сити этого не опасалась.

– Но Слуцкая кричала, что ее засудили!

– Ира допустила небольшую ошибку. А другая девочка (американка Сара Хьюз. – Прим. ред.), которая больше никогда не вышла на старт, каталась чисто. Прыжки, правда, были с недокрутами, но по старым правилам это не считалось помаркой.

«У ТРЕНЕРА ДОЛЖНЫ БЫТЬ ГЛАЗА!»

– Приветствует Виталий Владимирович. У меня к вам не совсем простой вопрос. Узнайте, пожалуйста, у своего мужа (пианиста Владимира Крайнева. – Прим. ред.), помнит ли он своего первого телохранителя, который в 1966 году охранял его во время футбольных матчей в Одессе?

– Володя с мамой отдыхал?

– Нет, со своим другом – музыкантом Евгением Могилевским. А я охранял Володю.

– У мужа феноменальная память, он вообще ничего не забывает. Я сейчас дам вам наши телефоны в Москве и Ганновере (Крайнев преподает в этом немецком городе. – Прим. ред.). Звоните, сто процентов – он вас помнит (диктует оба номера)!

– Вы передайте Владимиру, что я его очень люблю, слежу за его успехами. Правда, мы постарели…

– Ничего, слава богу, что живы! (Смеется.) А Володя в прошлом году, 1 апреля, справил 60-летие.

– Позвольте представиться: Константин, меломан. Вы какую музыку обычно берете для постановок?

– Самую разную. Музыку из блокбастеров я, по-моему, уже всю перебрала – Ягудин под нее катался. Сейчас опять взялась за классику, но копаюсь и в новинках. Я обязана их знать, поэтому слушаю очень много мелодий – до головной боли.

– Какую программу за последние десять лет считаете самой удачной?

– «Зиму» – короткую композицию Ягудина в сезоне-2001/02. Но музыку нашла не я, а бывший второй тренер из моей группы Николай Морозов. А мне была очень дорога наша первая с Лешей постановка «Аравийские ночи». Она стала открытием для Ягудина. Точно помню дату – 17 октября 1998 года, когда он стал другим: у него руки, ноги, голова слились с музыкой. Увидела это, потому что, как говорил мой папа (Анатолий Владимирович Тарасов, легендарный хоккейный наставник. – Прим. ред.): «У тренера должны быть глаза!»

– У меня еще вопрос. Музыка впервые появилась в фигурном катании, а сейчас звучит и на лыжных стадионах, и в бассейнах…

– Нет, это не мы придумали сопровождать соревнования музыкой, а американские баскетболисты. Заполняли паузы веселыми песенками.

– Да?.. А какие мелодии надо включать на футбольном поле, чтобы наши ребята, наконец, наиграли хотя бы на участие в Олимпиаде?

– Ну почему они должны ни с того ни с сего заиграть, побеждать? Что нам дает право так говорить? Ведь, по большому счету, мы никогда не выигрывали. Время от времени у нас были отдельные выдающиеся спортсмены, тренеры, например, в киевском «Динамо», а футбольной культуры, сложенной веками, не было.

У БОРТИКА – КАК НА ЭЛЕКТРИЧЕСКОМ СТУЛЕ

– Беспокоит Марина. Как вы считаете, каковы шансы на успех у Маргариты Дробязко и Повиласа Ванагаса из Литвы, которые вернулись в спорт после четырехлетнего перерыва?

– К сожалению, не видела их новые программы. Но вообще я их поклонница. Кстати, когда-то Повилас тренировался у меня на стадионе Юных пионеров в Москве. Я думаю, раз они вернулись, то будут бороться за медали. Это очень серьезный шаг: снова зажать себя в тиски тренировок. Жить в «темном коридоре», где седьмой день – выходной, а дальше опять на лед. И непонятно, каким оттуда выйдешь.

– Алло, это Алексей из Тулы. Татьяна Анатольевна, вы наверняка что-то слышали об особенностях льда в Турине?

– Я даже трогала олимпийский лед. В январе была здесь на чемпионате Европы. Отличный лед, только тренировочный каток холодный. Может, к Олимпиаде парочку обогревателей поставят. (Улыбается.)

– А есть катки, которые подогреваются?

– Нет. Если директор к тебе хорошо относится и видит, что ты превращаешься в сосульку, может добавить один градус. Но не больше, это же денег стоит.

– Добрый день, Татьяна Анатольевна. Это Тамара Ивановна, ваша болельщица со стажем. У вас сохранилась традиция каждый год менять шубки?

– А у меня не было такой традиции! Наоборот, я пять лет выводила Ягудина на лед в одной и той же меховой куртке, потому что она была счастливой. У бортика я стою, укутавшись в шубу, потому что мне холодно, у меня больное горло, которое надо беречь. А, скажем, Жанна Громова, тренер Слуцкой, всегда стоит в костюме – это ее стиль. Кому как удобней. Очень важно чувствовать себя комфортно хотя бы в одежке, ведь у бортика мы как на электрическом стуле – ноги в пол вросли.

– Дозвонился Петр Петрович. Прочитал в вашей книге, что вы коллекционируете черепах. Сколько их у вас?

– (Подсчитывает в уме.) Штук шестьсот, наверное. Мне по-прежнему их дарят. У меня самые разные черепашки, даже золотые есть. Одна из них – мой талисман, который я вожу с собой на соревнования.

ВОПРОСЫ ЖУРНАЛИСТОВ

НЕ БОЮСЬ ЗАВИСТИ КОЛЛЕГ

– Вам неожиданно предложили должность консультанта национальной сборной или это назначение готовилось?

– Неожиданно. Вызвали к президенту Федерации фигурного катания России Валентину Писееву, который предложил мне поработать с командой в этом и следующем сезонах. Я сразу согласилась, потому что мне интересно попробовать себя в новом качестве.

– Павел Буре, которого недавно назначили консультантом нашей хоккейной сборной, заявил, что по контракту ведает всеми делами команды. А каковы ваши полномочия?

– У меня пока нет контракта, но на словах мы с Валентином Николаевичем договорились, что я буду помогать спортсменам и тренерам.

– Могут с вас спросить за результат сборной в Турине?

– Что ж, если спросят, я отвечу... Но в принципе речь шла о сборе в Новогорске весной 2006 года.

– Трудно представить, чтобы к вам обратился за консультацией, к примеру, Алексей Мишин, наставник Евгения Плющенко.

– Конечно, Алексей Николаевич и сам умный – профессор, выдающийся специалист. Наверное, обойдется без моих подсказок. Хотя я бы могла быть ему полезной – у меня припасено два музыкальных произведения, которые, точно знаю, подошли бы Жене.

– Думаете, тренеры будут ревновать к вам своих учеников?

– Пусть ревнуют, я не боюсь зависти коллег. Моя совесть чиста: никого не отодвигаю на второй план и не хочу быть в центре внимания. Я много лет на виду, так что этот вопрос меня не волнует.

Просто могу предложить правильную работу, потому что у меня колоссальный опыт, чутье. Недаром ведь все мои программы заметны. И я пришла не самоутверждаться, мне это не нужно, и не ломать, а строить. А если буду кого-то раздражать своим присутствием, пожалуйста, отойду в сторону. Но мне кажется, что большинство тренеров относятся ко мне хорошо, во всяком случае, уважительно.

– Когда консультантами сборной были Станислав Жук и Елена Чайковская, у них не было своих учеников. А у вас есть – российские и иностранные. Разве это удачное совмещение?

– Меня позвали в сборную в октябре. А сезон у меня начался в мае, и те спортсмены, которых я взяла на год, остались со мной. Это Аракава и американец Джонни Вейер. Я же не могу предать их, сказать: «Отойдите, я сейчас буду только с русскими работать». Душой могу болеть за россиян, но как педагог должна делать максимум для каждого. И не имею права кого-то любить, а кого-то – нет. Спортсмены должны быть уверены, что я абсолютно честна с ними.

А некоторых учеников я отдаю: Андрея Грязева – Елене Водорезовой, танцоров Ольгу Орлову и Виталия Новикова – Николаю Морозову. Жалко с ними расставаться, тем более что провели большую черновую работу. Но это делается для них: они должны кататься в компании выдающихся спортсменов, которая подобралась, скажем, у Морозова.

РОДНИНА МОЖЕТ ПРОЙТИ МИМО И НЕ ПОЗДОРОВАТЬСЯ

– Правда, что Аракава и Вейер говорят по-русски?

– Аракава знает всего несколько слов: «Привет, пока». А Вейер учит русский язык серьезным образом, хорошо говорит и даже пишет мне письма.

Джоник называет меня «моя красавица!». А когда недавно упал на турнире в Канаде, первое, что сказал мне: «Я не понимаю, что случилось, куда попала моя нога». Наш комментатор чуть со стула не упал! Воскликнул: «Боже мой, он что, по-русски говорит?»

– Зарубежные ученики менее строптивые, чем русские?

– Все мои ученики – послушные. И я к ним прислушиваюсь. Вот Вейер признался: «Татьяна, я не чувствую эту музыку». И я дважды в этом сезоне меняла ему программу. Ни разу не слышала дурного слова от Ягудина. И даже Кулик с его твердым характером никогда не «выступал».

– Известно, что вас все воспитанники любят. Только с Ириной Родниной у вас натянутые отношения. Что между вами произошло?

– Ирина Константиновна какая-то «неровная». Может пройти мимо и не поздороваться. Странно… Думаю, шесть лет, которые она провела у меня, не прошли впустую, наша программа «Время, вперед» вошла в мировую классику. Когда у Родниной возникли сложности в личной жизни, я была рядом: тренировала Марину Климову и Сергея Пономаренко в Лейк-Эрроухед, где она работала. И по-женски сопереживала ей, понимала всю ее нелегкую жизнь…

Видно, Иру сейчас что-то беспокоит. Так часто бывает, когда из больших спортсменов не выходят тренеры. Родниной, когда она ушла из спорта, сразу доверили несколько хороших пар, которые позже работали в моем театре «Все звезды». Но, вероятно, ей было ближе другое – она хотела руководить, как в свое время делала это в Центральном Комитете комсомола.

– А вы не хотите руководить, например, национальной федерацией?

– Нет, я практический тренер. Писеев, считаю, на своем месте, и не надо ничего менять.

– Как вам такие слухи: следующим президентом станет чемпион мира Илья Авербух?

– (После паузы.) Илюша? Танцоров во главе нашей федерации еще не было! Впрочем, без комментариев...

ПРОСТО ТАК МЕДАЛИ НЕ ОТДАДУТ

– Татьяна Анатольевна, на Олимпиаде в Турине российские фигуристы впервые будут претендовать на четыре золотые медали. Как вы думаете, отдадут?

– Нам никто ничего просто так не дает! Медали зарабатываются тяжким трудом. Если у нас есть многократные чемпионы мира: Ирина Слуцкая, Евгений Плющенко, Татьяна Тотьмянина и Максим Маринин, Татьяна Навка и Роман Костомаров, мы вправе на них рассчитывать. И если они откатаются так же хорошо, как на мировых первенствах, ни у кого не поднимется рука отобрать у них победу.

– Представители других видов спорта жалуются: подготовка хромает, денег не хватает. А как удается фигуристам держаться на плаву?

– Я уже частично ответила на этот вопрос вашим читателям. В трудные времена, когда льда не было (заливочные машины встали, потому что не было бензина), мы увезли своих учеников в США. Там нам дают лед в неограниченном количестве. Включают бесплатно свет. Конечно, за это приходилось «горбатиться» – работать с американскими спортсменами среднего уровня. Тем не менее это был выход, поэтому Тамара Москвина готовила свои пары в Нью-Джерси, Олег Васильев до сих пор тренирует в Чикаго.

Мы просто придумали, как нам ребят не потерять. Держали их, как на нитках, чтобы они не упали. Тренеры многим жертвовали, чтобы вытащить своих спортсменов: платили бешеные налоги, жили в скверных меблированных комнатах. Но удержали ведь! Потом, безусловно, будет «дырка»: сильная плеяда уйдет, а новая появится не сразу.

– Ваши спортсмены семь раз выигрывали Олимпийские игры. Были еще тренеры, добившиеся такого успеха?

– Не знаю, я чужие медали не считаю. Даже если это рекорд, что мне с этого? Разве что в Книгу рекордов Гиннесса попаду! (Смеется.)

Я счастлива не оттого, что у меня столько медалей, а потому, что вернулась в Москву. Могу пройтись вокруг своего дома. Меня узнают на улицах, незнакомые люди покупают и дарят цветы. Это так трогательно, что я захожу в квартиру со слезами на глазах.

А в Америке душа не «пела». Все было подчинено только работе. Я жила в Коннектикуте, в деревне. Улица № 10, каток в четырех минутах от моего бунгало...

– Некоторые знаменитости утверждают, что популярность тяготит их.

– Дураки! У них ведь не всю жизнь будут брать автографы. И потом, людей надо уважать. Раз к тебе тянутся, значит, любят. И я могу часами расписываться в программках поклонников и никуда не уйду, пока не распишусь в последней.

В туре Тома Коллинза и шоу «Stars on ice», где сейчас катается Ягудин, мы, без преувеличения, раздаем тысячи автографов. И долго общаемся с публикой. А как иначе? Это наши зрители, которые должны прийти на выступления и в следующем году. Собственно, гонорары спортсменам начисляют в зависимости от того, сколько человек купили на них билеты.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Татьяна ТАРАСОВА
Заслуженный тренер СССР и России.
На тренерской работе с 1966 года.
Среди ее учеников олимпийские чемпионы Ирина Роднина и Александр Зайцев, Наталья Бестемьянова и Андрей Букин, Марина Климова и Сергей Пономаренко, Оксана Грищук и Евгений Платов, Илья Кулик, Алексей Ягудин, чемпионы мира Ирина Моисеева и Андрей Миненков, Барбара Фузар-Поли и Маурицио Маргальо (Италия), Шизука Аракава (Япония), серебряный призер мирового первенства Саша Коэн (США), чемпионы мира среди профессионалов Майя Усова и Евгений Платов.
С 1996 по 2005 год работала в США.
Живет в Москве.

Показывать новые сообщения медиатрансляции автоматически
 
статистика
ТаблицаРасписание матчейБомбардиры
Загрузка...

Cпецпредложения