Войти через
Авторизация
Регистрация
Нажимая кнопку "Зарегистрироваться" Вы подтверждаете своё согласие с правилами регистрации на сайте.
Поля, отмеченные * - обязательные для заполнения
  • футбол
  • хоккей
  • биатлон
  • баскетбол

Чемпион мира по боям без правил Федор Емельяненко: У Валуева против меня, увы, нет шансов…

ЕДИНОБОРСТВА
ВСТРЕЧА ДЛЯ ВАС

Федора Емельяненко знают все и не знает никто. Бессменный чемпион по боям без правил с 2003 года. Монолитная скала, а не человек из плоти и крови. Емельяненко не может пройти спокойно по улице в Америке, Японии, Корее – фанаты будут бросаться на шею, требовать автограф. В России, на его родине, Федора мало кто узнает. Корреспондент «Советского спорта» вместе с коллегами из журнала «MAXIM» отправился в Старый Оскол, чтобы устранить эту вопиющую несправедливость.

ИМПЕРАТОР

Почему-то все думают о боях без правил, это что-то вроде фильма «Кровавый спорт», который крутили в подвалах по видику в далеких 80-х. Порванные губы, сломанные руки… Окровавленную жертву за ноги утаскивают с ринга, и голова безжизненно бьется по ступенькам. Тук-тук-тук…

Федя рассказывает, что от миксфайта (так иначе называют бои без правил) сходят с ума в Азии, Америке, Европе. Проблема в том, что этот вид спорта изначально подавался неправильно. Будто собачья схватка, а не единоборство вроде дзюдо или самбо. Поэтому возникают глупые стереотипы. Хотя ограничений в миксфайте полным-полно и травмы случаются не так часто.

…Ну да, Федя и на «ты». Так представился Емельяненко, когда пожал мне руку своей лапищей. Хотя мог бы себя по имени-отчеству величать, Федором Владимировичем. В Японии его с придыханием называют Император. В Америке ставят на одно из первых мест в хит-параде самых великих спортсменов по версии журнала «Sports Illustrated». Владимир Путин принимает у себя Емельяненко, беседует с ним за жизнь.

В своем деле Федор – лучший из лучших. Не проигрывает никому с 2003 года. Такого в боях без правил не было никогда.

Емельяненко тренируется в зале в Старом Осколе, где на стенках и потолке местами отлупляется штукатурка. Наверное, Федя, если бы захотел, получил бы в распоряжение навороченный фитнес-центр где-нибудь в Лос-Анджелесе или Амстердаме. Но ему это не нужно.

— Большой город засасывает, кружит голову от забот, — рассуждает Федор. — Я распыляюсь. А в Осколе все мое, родное. Три минуты — и я в зале. Воздух – закачаешься. Друзья, семья… Зачем все бросать?

Раньше меня звали жить за границу, выступать за местные клубы в Голландии, США, Азии. Теперь не зовут. Я давно уже всем отказал. Ломать себя не хочу. Мне хорошо на родине. Черпаю энергию от земли русской, свободное время провожу на природе, хожу в баню, пью чай из трав… В какой стране такое найдешь?

Емельяненко рассказывает эту есенинскую лирику после изматывающей тренировки. Пробежка на 10 км, работа с тренером. Затем Федор добрый час мутузил манекен, отрабатывая на нем удары в голову. Из бессловесного чучелка едва не сыпались опилки. Сам Федя тяжело дышал и между подходами пил из термоса чай с шиповником.

Емельяненко готовился к бою с американцем Тимом Сильвией и объяснял мне, что находится под большой нагрузкой. Но он любит это состояние, когда тело ломит от работы и усталости. «Организм – как колодец. Чем больше из него черпаешь, тем больше добавляется. Зато на соревнованиях легко. Нельзя заниматься мало и быть чемпионом».

Через пару недель Емельяненко поедет в Лос-Анджелес. В том самом дворце, где «Анахайм» гоняет шайбу и где билеты на миксфайт стоят за тысячу долларов, он выйдет на ринг против Сильвии – громилы, который выше его на 20 см и тяжелее на 12 кг.

Бой закончится через 36 секунд. Фотографы к своему огорчению даже не успеют сделать приличный снимок. Федя одним ударом отправит Сильвию на пол и завершит поединок удушающим приемом. Финита! Я могу назвать только одного спортсмена современности, который также регулярно разочаровывал зрителей, не успевавших даже попкорн в рот положить. Это Майк Тайсон.

БОЙ С ВЕЛИКАНОМ

Тайсона мы вспоминаем минуте на десятой неспешного разговора в кафе Старого Оскола.

— Я с детства занимался самбо и дзюдо, — рассказывает Емельяненко. — Не смог выполнить норматив мастера спорта. Пошел в армию на два года. Сначала в пожарную часть, потом в танковую дивизию. Там набрался сил. Начались победы, со временем стал «международником» по самбо и дзюдо. А в 2002-м начал выступать в боях без правил по версии «Pride». Там другое мышление, много техники. Я не оставил боевое самбо. Весной выиграл чемпионат России, скоро еду на чемпионат мира. Но с дзюдо завязал.

— Ты занимаешься с плеером. А что там играет? «Раммштайн»?

— Он меня не заводит. Люблю спокойную музыку. Я миролюбивый человек. У меня и в бою не бывает агрессии. Она замутняет сознание. На ковер я выхожу, чтобы бороться, а не убивать.

…Соперники боятся Емельяненко. На первенстве мира в Праге по боевому самбо он выиграл золото, затратив на это меньше минуты. В четвертьфинале и финале конкуренты просто снимались с боя. Только в полуфинале болгарин Димитров рискнул здоровьем, но продержался против чемпиона лишь 40секунд.

— Зря они так, — вздыхает Емельяненко. – В любительском спорте я стараюсь работать очень мягко. Знаю, что соперники ниже меня уровнем. Но иностранцы прагматичны. Им лучше сняться, чем столкнуться с перспективой увечья. В этом нет трусости. С их колокольни это грамотное решение. Ребята потом подходят, фотографируются, говорят слова восхищения. Расходимся тихо-мирно.

— Представь, что ты встретишься на ринге с Николаем Валуевым. Кто кого?

— В боях без правил? При всем уважении к Валуеву у него, увы, нет шансов.

— Но он же гигант!

— Ну и что? 31 декабря прошлого года я встретился с корейцем Хонг Ман Чоем. Рост 218 см, вес 165 кг. Вообрази себе такого великана. Ни грамма жира. Здоровый, как медведь.

— И как же ты его опрокинул?

— Это он опрокинул. Рухнул на меня всем весом. Но я извернулся и применил болевой прием на руку… Кореец – один из лучших в категории К-1. Что уж о Валуеве говорить, который не готов к боям без правил?

— Если бы ты поехал на Олимпиаду в Пекин, не сомневаюсь, обязательно выиграл бы золото.

— Мне это не нужно.

— Но это же мечта любого спортсмена! Даже Джордан считал свою карьеру неполноценной, пока не стал чемпионом в Барселоне-1992.

— Майк Тайсон никогда не выступал на Олимпиаде. Но стал целой эпохой в боксе.

— Он плохо кончил.

— Но начинал так, что его вообще нельзя было победить!

— Ты бы вышел на татами и всех порвал.

— Когда я в конце 90-х входил в сборную России по дзюдо, то проигрывал первым номерам – Саше Михайлину, Тамерлану Тменову. Люблю побороться в кимоно, но для себя. Олимпиада? Пусть кто-то другой туда едет! А мне интереснее быть непобедимым в «Pride». С другой стороны, ты знаешь, что перед Афинами-2004 бои без правил думали включить в программу летних Игр? Ведь панкратион (контактный рукопашный бой) входил в Олимпиаду Древней Греции.

— Как ты оцениваешь подвиг дзюдоиста Дмитрия Носова, который выиграл бронзу в Афинах со сломанной рукой?

— Дима – молодец. Но как я знаю, его соперник Мехман Азизов, узнав о травме Носова, поступил по-джентльменски и тоже решил бороться одной рукой. Другой на месте Азизова сделал бы захват Диме и тряхнул его разочек. Носов просто не смог бы продолжать бой.

ТРИ БРАТА

У Феди есть два брата. Средний, Александр, продолжил семейное дело, стал чемпионом мира по боевому самбо, выступает в «Pride». Крушит всех подряд, но говорит, что даже за большие деньги не выйдет биться против Федора. Брат есть брат.

Младший, Иван, занимается самбо для себя, живет в Санкт-Петербурге, учится в институте Лесгафта.

— Братья в Питер уехали. Захотели жить в большом городе, — рассказывает Федор. – И меня задевает, когда Александр говорит: «Я выступаю за Питер». Его воспитали в Старом Осколе, научили мастерству. Как можно отказываться от своей родины? Я этого никогда не пойму.

— Вы часто общаетесь с Александром?

— Редко. Мы уже давно выяснили отношения. Разговор был не самым приятным. Брат решил заниматься отдельно от меня. Это его дорога.

…Александр на ринге стирает соперников в порошок. Бьет их зло, с остервенением. Да и вид у среднего Емельяненко устрашающий – все тело в наколках. Память о годах, проведенных в тюрьме за вооруженное ограбление. Он сам рассказывает о своих тату: «На правой руке – собор с куполами. Купол означает отсидку. Звезды на плечах – человек живет по своим устоям. Ниже локтя – напополам волчья морда и человеческий череп. Это значит, что человек человеку – волк...»

Много говорить о брате Федор не любит.

РУССКИЙ ДУХ

Емельяненко рассуждает о русском духе. Для него это не пустой звук, а внутренний стержень человека.

— Я воспитывал дух в себе. Когда мне было безумно тяжело, я, наоборот, добавлял нагрузки. Хотел себя преодолеть. И терпеть, терпеть… Без этого в спорте нельзя. Либо выстоишь, либо сдуешься в самый важный момент.

Вспоминаю, как я однажды сломил дух хорвата Крокопа. Он пытался пробить мне в печень. Я выставил блок ногой. И мы ударились кость в кость. Треск, наверное, на галерке услышали. Обычно в такие моменты нога ломается. Но этого не произошло. Я сдержал боль. И посмотрел в глаза хорвата – в них был ужас. И я понял, что он надломился.

— У каких наций еще крепкий дух? У японцев?

— У японцев дух так слаб, что кажется, будто самураи жили не в их стране… Ближе всего к нам бразильцы. Терпеливые, сильные бойцы. Имею в виду не только Антонио Ногуэйру (с ним Федор встречался три раза и трижды победил. — Прим. ред.). Наверное, это потому, что и в России, и в Бразилии нужно не жить, а выживать. Наверх пробиваются только сильные.

— Но единственное поражение в карьере у тебя было от японца Цуеши Косаке.

— Он рассек мне бровь запрещенным приемом. К тому же бой проходил в Японии, поэтому судьи долго не думали. У меня был слабый менеджер, который сказал: «Скандалить не будем. А то вдруг нас больше никуда не пригласят». А надо было защищать себя… Потом я встретился с этим Косаке на ринге. Сломал ему нос, нанес много увечий.

— Ты говорил, что никакой агрессии…

— Агрессии и не было. Я спокойно его уработал.

— Когда тебе было страшнее всего?

— Мне перед каждым боем страшно. Это чувство приходит где-то за сутки до схватки. Не боятся только дураки. Но мандраж нужно контролировать. Когда я выхожу на разминку, то уже страха нет. Пошел пот, побежала кровь…

Страшнее всего было, когда я катался на американских горках. Под Новый год в Японии, рядом с Фудзиямой, затащил своих друзей на аттракцион. Это самые высокие горки в мире. И когда мы с первой петли ухнули, сердце ушло в пятки. Зато потом все было по барабану.

— Больнее всего?

— Я сломал палец в схватке с японцем. Мне сделали рентген после боя и сказали, что перелома нет. Но я в гостинице всю ночь буквально на стенку лез. Палец так жутко болел, что не передать словами. На утро сделали повторный снимок. Оказалось, кость раздроблена… Но это физическая боль. Душевная бывает мучительнее.

— Правда, что ты дружишь с Ван Даммом?

— Жан-Клод сам вышел на моего менеджера, попросил встречи. Мы познакомились позже, когда я давал семинар во Франции. Ван Дамм был на моем новогоднем бое с корейцем. Приглашал на кинофестиваль в Канны. Мы много общаемся, созваниваемся.

А еще у меня есть мечта познакомиться с Брюсом Уиллисом. Дружу с актером, который играл одного из гадов в «Крепком орешке-1». Однажды он смотрел мои бои, и тут к нему в гости зашел Брюс: «О, я знаю этого парня!» Оказалось, Уиллис – мой большой фанат. А я – его поклонник. Но встретиться у нас пока не получилось.

— Как отдыхает Федор Емельяненко?

— Очень хочу поехать в Таиланд на острова. Там я еще не был.

— Вся Россия уже была, а ты не был.

— Я вообще непритязательный в путешествиях. Недавно зашел в турфирму: «Хочу туда, где море, как рыбный суп». И меня отправили в Египет. Очень понравилось. Рыбки разноцветные плавают, расслабуха.

А больше всего меня отвлекают… детские рисунки. Дочка попросит изобразить, например, Винни-Пуха. Я беру карандаш и начинаю рисовать. Мыслями куда-то далеко улетаю. С перерывами на каждый рисунок у меня уходит недели три. Я после армии к этому делу пристрастился. Даже на сборах часто рисовал.

— Почему иногда о спортсменах говорят, что они недалекого ума?

— Не знаю. Среди нас дураков не больше, чем среди обычных людей. Лично я стараюсь развиваться не только физически, но и интеллектуально. Не забиваю голову всякой чепухой вроде Дарьи Донцовой. Люблю классику. Она подталкивает к правильным поступкам. Из последнего прочитал «Темные аллеи» Бунина и «Сборник детства» Чехова. Очень зацепила «Смерть Ивана Ильича» Льва Толстого. Там ярко показана вся человеческая сущность…

Люблю сильные тексты. Например, помните вступление к фильму «Троя»? «Мы терзаемся необъятностью вечности. Захотят ли потомки знать о нас, о наших деяниях, о том, как мы жили?» — цитирует наизусть Емельяненко.

— То, что ты сделал в спорте, Федор, люди вряд ли забудут. Но все-таки почему о тебе в России знают не все?

— Потому что у нас принято раскручивать футболистов, а не тех людей, которые реально побеждают и приносят стране спортивную славу. Имею в виду не только себя, но и тяжелоатлетов, теннисистов, хоккеистов… Мой бой с Сильвией увидели в десятках стран мира. Но только не в России, где принято платить за то, чтобы тебя показали по телевизору, а не наоборот. Может, ситуация когда-нибудь изменится.

Показывать новые сообщения медиатрансляции автоматически
Все коментарии (0)