БОКС

Павел Попович. Дважды Герой Советского Союза, летчик-космонавт СССР, совершивший два полета в космос (первый — в 1962 году, второй — в 1974-м), генерал-майор, председатель Центрального штаба российского молодежного многоборья, вице-президент Комитета национальных и неолимпийских видов спорта… Стоп, вправе воскликнуть человек несведущий, а причем здесь, собственно, бокс? Понимаем, что для заинтересованных читателей «Российского бокса» вопрос практически кощунственный, тем не менее для представителей молодого поколения надо сказать, что Павел Романович почти восемь лет стоял, как былинный русский богатырь Алеша Попович, на страже интересов отечественного любительского бокса, будучи председателем Федерации бокса России и ее представителем в АИБА и ЕАБА.

Пятого октября нынешнего года Павлу Романовичу исполнилось 72 года, и по традиции, заведенной в «Российском боксе» с первого же его выпуска, предлагаем интервью с именинником:

— Павел Романович, до того момента, как конференция Федерации бокса СССР единогласно избрала вас ее председателем, бокс занимал какое-то место в вашей жизни?

— Занимал, поскольку я им в свое время занимался. С интересом, азартом, но без особого успеха. Тем не менее боксерские соревнования посещал регулярно, даже находил на это время, будучи уже космонавтом. Тогда и познакомился с Борисом Лагутиным, Валерием Попенченко, Борисом Никоноровым и другими знаменитыми боксерами, определявшими погоду в национальной сборной. И в один прекрасный день ребята обратились ко мне с просьбой возглавить Федерацию бокса СССР, в которой тогда возникли какие-то проблемы. Предложение, честно говоря, оказалось неожиданным, и я честно сказал, что в профессиональном плане как боксер я, конечно, не самый сильный. «Да вам, Павел Романыч, это и не надо — у нас достаточно профессиональных тренеров и специалистов», — сказали мне… От меня хотели другого. Тогда очень популярны были такие глаголы, как «достать», «пробить», «помочь». Кому-то надо помочь купить машину, кому-то пробить квартиру, кому-то достать качественный инвентарь… Мне это удавалось очень хорошо, потому что мы, космонавты, тогда были в авторитете и к нашим просьбам прислушивались руководители всех рангов. А это, в конечном счете, все шло на благо отечественного бокса, ведь согласитесь, обеспеченный в социальном плане спортсмен и тренируется с хорошим настроением.

Бокс и сегодня занимает в моей жизни достаточно заметное место, хотя бы потому, что я являюсь почетным президентом национальной федерации, руководителем попечительского совета клуба Бориса Лагутина.

КТО ОСТАНЕТСЯ В ЗАЛЕ НОМЕР ВОСЕМЬ?

— Кстати, поскольку нынешний выпуск «Российского бокса» почти полностью посвящен клубам, не могли бы вы поподробнее рассказать о спортивном клубе Бориса Лагутина?

— К сожалению, сегодня приходится больше говорить о проблемах, которые с некоторых пор возникли у нашего клуба. Он был организован в июле 1998 года и открыт в день 60-летия Бориса Николаевича. Эта региональная общественная некоммерческая организация базируется в зале номер восемь родного для Лагутина клуба «Крылья Советов». Зал общей площадью 100 квадратных метров построен на средства друзей Бориса Николаевича, в его оборудовании принимало также участие ЗАО УСК «Крылья Советов». Может быть, я сужу предвзято, но мне кажется, что это один из самых уютных боксерских залов в Москве. В нем есть все необходимое для плодотворных занятий — высококвалифицированные тренеры во главе с Михаилом Петровичем Дьячковым, необходимое количество инвентаря, современный ринг, раздевалка, душ, тренажеры… Согласно договору, заключенному между УСК «Крылья Советов» и спортивным клубом Бориса Лагутина, мы обязаны ежемесячно выплачивать ЗАО тысячу долларов. В течение одного года, пока в Москве работал закон на прибыль и клуб проходил по спискам городской программы, это удавалось. Находились средства даже на проведение соревнований и заработную плату тренерам, а сегодня денег нет. Занятия в клубе проводятся бесплатно, те небольшие деньги, которые мы берем со взрослых спортсменов, никак не компенсируют арендную плату клуба. В общем, ситуация зашла в тупик. Спасибо руководству ЗАО УСК «Крылья Советов»: они понимают всю важность той работы, которую проводит клуб, и пока, как говорится, нас терпят (более того, ни взяли с нас ни копейки за аренду зала при проведении четвертого юношеского турнира на призы Бориса Лагутина), но так, как вы догадываетесь, долго продолжаться не может. Постоянно содержать нас ЗАО не может, у него уже сейчас есть очень заманчивые с коммерческой точки зрения предложения на использование зала номер восемь…

В течение трех последних лет я, как председатель Попечительского совета клуба, и Борис Николаевич Лагутин пишем письма в адрес правительства города Москвы, префектуры Северного административного округа столицы с просьбой помочь нам или установить какие-то льготы УСК за то, что он содержит такой детский спортивный клуб, как наш. Но пока, к сожалению, безрезультатно.

Не можем мы также достать средства для организации летних спортивных лагерей для наших ребят. Готовы пойти даже «от обратного» — привезти воспитанников клуба в любой лагерь, чтобы они, не подменяя руководителей физвоспитания и вожатых, проводили там занятия по боксу со всеми желающими мальчишками. Уверен, что такая форма работы привела бы в итоге к тому, что большинство этих мальчишек потом сами бы приходили в наш клуб.

К сожалению, суть проблемы заключается в том, что у нас нет государственной системы помощи детским спортивным клубам, а ведь мы работаем для юношеской сборной России и в интересах ближайшего резерва национальной команды.         

— Кстати, о национальной команде. Скажите, сегодня, оглядываясь назад, чем из совершенного в годы руководства Федерацией бокса СССР вы особенно гордитесь?

— В первую очередь тем, что у нас была звездная национальная сборная, которой была по силам любая задача на международных рингах. Борис Лагутин, Валерий Попенченко, Олег Григорьев, Станислав Степашкин… Я могу назвать еще десятки фамилий, которые делали историю отечественного и международного любительского бокса.

— Вы наверняка много поездили по миру в качестве президента Федерации бокса СССР, члена АИБА и ЕАБА. Побывали на чемпионатах мира, Европы, Олимпийских играх. Что сейчас вспоминается больше всего?

— У наших ребят всегда были более или менее сносные отношения с судьями, а вот зарубежным боксерам мне как представителю международных ассоциаций любительского бокса помогать приходилось. Вспоминаю, как на Кубке мира в Австралии хотели засудить румынского боксера за то, что он якобы ударил соперника ниже пояса. Мне было поручено расследовать это дело, и я сразу же принял сторону боксера, поскольку четко видел, что удар был нанесен по всем правилам. К счастью, удалось раздобыть любительскую киносъемку этого поединка и убедить всех, что румынский боксер правил не нарушал. А так, глядишь, может быть, сломали парню карьеру.

А с нашими, повторяю, особых проблем не было. Попенченко, царство ему небесное, всегда говорил, что я приношу ему удачу. Как только видел меня в зале, преображался: «Все! Мой талисман пришел! Павел Романыч, на тридцатой секунде соперника уложу…» — и практически всегда сдерживал слово…

ЦЗЮ ВСЕМ «ДАЕТ ДРОЗДА»     

— Сегодня ходите на бокс?

— Не так часто, как раньше, но стараюсь. Был даже на двух последних чемпионатах Европы, в Тампере и Перми. Ребята пригласили для поднятия морального духа команды. Кстати, на этих соревнованиях российские боксеры выиграли в общей сложности 13 золотых медалей.

— Если не секрет, кто из боксеров нынешнего поколения вам нравится больше всего?

— Нравятся очень многие, но больше всех Костя Цзю. Считаю его своим воспитанником, поскольку он блистал на любительском ринге в то время, когда я возглавлял Федерацию бокса СССР. Я был рядом с ним на том чемпионате мира в Австралии, после которого он принял решение уйти в профессиональный бокс. Помню, подошел ко мне, поделился своими мыслями, просил совета. Я, честно говоря, предложил ему дождаться Олимпийских игр, выиграть их и тем самым поднять свою цену. Но он все-таки решил остаться в Австралии. Конечно, можно было принять какие-то меры, чтобы этого не произошло (тогда еще существовали соответствующие рычаги), но зачем? Зачем было губить такой талант, ломать парню судьбу. А сейчас он, как говорится, дает всем дрозда…