ГОСТЬ РЕДАКЦИИ

Победа на Олимпийских играх открывает спортсмену двери в легенду. И все же в мире олимпийских чемпионов более тысячи. Тех, кто добился подобного успеха дважды, – сотни. Несколько десятков человек трижды поднимались на высшую ступень олимпийского пьедестала. И уж совсем немного тех, кому это удавалось сделать четыре и более раз. Одним из таких «мегачемпионов» является четырехкратный обладатель олимпийского золота в фехтовании на саблях Станислав Поздняков.

С ДЕТСТВА БЫЛ В ОЛИМПИЙСКОМ РЕЗЕРВЕ

В прошлом сезоне он выиграл все: стал чемпионом Европы, мира как в личном, так и в командном зачете, обладателем Кубка мира. Поэтому неудивительно, что именно его Олимпийский комитет признал лучшим спортсменом России 2002 года. Станислав пользуется огромным уважением в фехтовальном мире, в том числе со стороны арбитров, товарищей по команде, болельщиков и даже соперников. Итак, в гостях у редакции человек, четырежды поднимавшийся на высшую ступень олимпийского пьедестала, шестикратный чемпион мира, шестикратный обладатель Кубка мира, победитель более чем ста международных турниров Станислав Поздняков.

— Станислав, как случилось, что ты выбрал именно этот вид спорта – фехтование?

— Когда мне было девять лет, мама привела меня на стадион «Спартак». Причем она не собиралась отдавать сына именно в фехтовальную секцию. Просто родители считали, что я должен заниматься спортом, быть физически развитым человеком. На глаза маме попалось объявление о том, что производится набор в специализированную детскую школу олимпийского резерва по фехтованию. «Ага, специализированную… Значит, с детьми занимаются специалисты» – так она подумала. Да и словосочетание «олимпийский резерв» звучало внушительно и многообещающе. Так я стал фехтовальщиком.

— Когда появились первые успехи?

— Их пришлось ждать довольно долго. Первым значимым результатом я считаю победу на первенстве СССР среди юношей в 1989 году в Алма-Ате. В то время у меня не все получалось, поэтому победа оказалась очень важной, прежде всего в психологическом плане. А до этого хорошим результатом можно считать попадание в юношескую сборную области. Это произошло спустя четыре года после того, как я начал заниматься фехтованием.

— То есть в 13 лет ты уже фехтовал за юношей?

— Да. А через год я попал в сборную профсоюзов и впервые поехал на юношеское первенство СССР.

— Но на международной арене в молодежных соревнованиях добиться успеха не удавалось?

— Я дважды выступал на молодежных чемпионатах мира. В 1992 году занял пятое место, а в 1993-м выиграл, но к тому времени я уже являлся олимпийским чемпионом в команде. А в юношеских соревнованиях мне выступить не довелось. Первое первенство мира для этих возрастов было разыграно для тех, кто родился на год позже меня.

В БАРСЕЛОНЕ ПОВЗРОСЛЕЛ НА НЕСКОЛЬКО ЛЕТ

— В 1992 году ты поехал на Олимпиаду в Барселону. Между тем в числе кандидатов фамилия Поздняков не значилась. Как получилось, что ты все же попал в олимпийскую команду?

— В том году вышло так, что те, кто был в числе основных кандидатов на поездку в Барселону, не очень, скажем так, «результативно» выступали в течение сезона. Я, впрочем, тоже не хватал звезд с неба, но проводил в турнирной сетке на один-два боя больше своих конкурентов. Впрочем, тогда я не считал их конкурентами, как, наверное, и они меня. Мысль об Олимпиаде была призрачной, иллюзорной. Я даже не думал об этом. Только ближе к лету мне стали намекать, что по набранным очкам я нахожусь в первой пятерке, которая должна была поехать на Игры.

Основным стартом перед Барселоной стал чемпионат СССР, вернее, уже СНГ. Там мне удалось в очном поединке за выход в восьмерку выбить из турнира своего главного соперника Андрея Альшана. Затем я победил Георгия Погосова и только в полуфинале уступил Саше Ширшову, заняв третье место. Думаю, что именно этот результат обеспечил мне место в олимпийской команде.

Здесь надо упомянуть и о том, что главным тренером сборной в то время был Михаил Бурцев. В свое время его взяли в сборную страны в 19 лет, когда он поехал на Олимпиаду в Монреаль. Видимо, помня об этом, он рискнул и доверил мне место в команде. Думаю, время показало, что интуиция его не подвела.

— То есть можно сказать, что в каком-то смысле тебе повезло?

— Да. Хотя любая карьера, в том числе и спортивная, является цепью каких-то случайных событий, которые можно разделить по принципу «повезло – не повезло».

— Чем являлись Олимпийские игры для 18-летнего дебютанта?

— До этой Олимпиады я не ездил на чемпионаты мира, поэтому для меня это путешествие оказалось стрессом. Все было в новинку, все удивительно. Да и команда еще относилась ко мне несколько настороженно. Того, что называется «дедовщиной», конечно же, не было, просто меня еще толком не знали. В личных соревнованиях я, разумеется, не участвовал, а в команде провел несколько боев в предварительном турнире. Мне не удалось до конца справиться с волнением, но все же я приобрел бесценный опыт. За две недели в Барселоне я повзрослел на несколько лет.

— В той команде был еще один спортсмен из Новосибирска – Григорий Кириенко. Он тебя как-то опекал?

— Нет, не могу этого сказать. Приятельские отношения с ним у меня сложились немного позже.

— В это время команда уже окончательно приняла Позднякова?

— Да, и я в какой-то мере даже претендовал на лидерство.

МАШИНА МАРКИ «ПОЗДНЯКОВ»

— Можешь ли ты сравнить ощущения дебютанта сборной с тем, что чувствует лидер сильнейшей команды мира?

— Ответ достаточно банален: на лидере лежит гораздо большая ответственность за результат. Новичок фехтует, что называется, «третьим номером», у него где-то в подсознании «зашито», что если не получится, бой вытянут более опытные ребята. Но это продолжается лишь до того момента, пока ты сам не выйдешь на дорожку. Тогда уже разницы нет. Перед тобой конкретный соперник, рядом – товарищи по команде, цель – победа.

Кстати, хочу сказать, что в последние годы у нас сформировалась такая сборная, где каждый может взять на себя роль лидера. В такой команде чувствуешь себя удобнее, комфортнее.

— После Игр 1992 года тебе посыпались предложения от мэтров нашего тренерского цеха. Я знаю, что тебя звали к себе Тышлер, Кузнецов, Назлымов. Но ты остался верен своему наставнику Борису Писецкому…

— В те времена существовала такая практика, кстати, не только в фехтовании, когда молодых, подающих надежды спортсменов в приказном порядке забирали у их тренеров, передавая более опытным наставникам. Но мне повезло, на дворе был уже 1992 год. Если бы я родился лет на десять раньше, нас бы и спрашивать никто не стал. Но тогда как раз распалась империя под названием СССР, а с ней дала трещину и та командно-административная система, которая была в спорте. А когда угроза, что меня силой заберут у Бориса Леонидовича, миновала, мы стали спокойно, планомерно работать, и результаты не заставили себя ждать. Таким образом, мы доказали, что для достижения высокого спортивного результата совсем не обязательно менять тренера.

— Получилось, что вы «росли» вместе, и теперь уже он также относится к числу элитных тренеров в этом виде оружия.

— Да, безусловно. В том, что Борис Писецкий не относился к числу корифеев тренерского цеха, был свой плюс. Он еще не имел каких-либо стандартов и постоянно находился в творческом поиске. Он смотрел, как тренируются другие мастера, наши и зарубежные, и старался брать все лучшее, подгоняя это под меня, под мое фехтование, под мои движения. Эта творческая мастерская, в которой мы работаем последние 10 лет, и дала те плоды, которые можно видеть сейчас.

— Вы вместе уже 20 лет. За это время отношения неизбежно перерастают из категории «спортсмен – тренер» во что-то большее. Кем для тебя сейчас является Писецкий — другом, товарищем?

— Сейчас, скорее, мы друзья и даже немного больше, чем друзья. Мы проводим вместе очень много времени, и этим фактом нивелируется двадцатилетняя разница в возрасте. Тем более что у нас одни профессиональные интересы и задачи на ближайшее будущее. Лучше Бориса Леонидовича меня никто не понимает. Если сравнить с гонками «Формулы-1», то я являюсь машиной, а он механиком, настройщиком. Иной раз случается так, что в запале, разгоряченный, я не могу толком объяснить, что же со мной происходит. А он по одному моему жесту, мимике понимает мои внутренние процессы и находит решение проблемы. С другой стороны, существует обратная связь. Тренеру тоже не стоит говорить со мной стихами, я могу по одному-двум словам, по жестикуляции понять, что он хочет мне сказать.

Мне повезло, что мы очень давно вместе, это и дало результат. А кроме того, я всегда знал, что у меня за спиной находится мой тренер, педагог, который не будет втянут ни в какие интриги.

— А о личных делах ты с ним разговариваешь? Или, может, тренер обсуждает с тобой свои проблемы?

— О совсем личном, конечно, мы не беседуем. Все же у каждого существует свой внутренний мир, которым ты даже с друзьями не делишься. А что касается житейских дел, то, конечно же, мы постоянно общаемся. Больше вопросов, разумеется, с моей стороны. Кстати, у Бориса Леонидовича золотые руки, он просто мастер. А я даже затрудняюсь сказать, чем могу быть ему полезен, но, наверное, все же что-то такое есть.

СПОРТСМЕН? УЧЕНЫЙ? БИЗНЕСМЕН?

— Станислав, если говорить «киношным» языком, то ты являешься ярко выраженным положительным героем. Как говорится, и хочется придраться, да не к чему. Как ты считаешь, у тебя есть отрицательные черты?

— Конечно, есть. Но, как любой нормальный человек, я не хочу, чтобы они проявлялись, чтобы на них обращали внимание окружающие. Из любого недостатка можно сделать положительную черту или, по крайней мере, сгладить его настолько, чтобы другие люди воспринимали это просто как особенность характера.

— Станислав Поздняков, спортсмен, кандидат педагогических наук, образованный человек, знающий два иностранных языка – английский и французский…

— Французский в меньшей степени.

— Но ведь не только «Месье, же не манж па сис жур», правильно? Продолжаем. Бизнесмен, у которого есть свое дело. На чемпионате Европы в Москве все пили минеральную воду Станислава Позднякова…

— Нельзя сказать, что я занимаюсь бизнесом. Здесь скорее партнерские отношения. В настоящий момент я больше спортсмен.

— И все же к чему больше лежит душа, если не считать спорт?

— Не к бизнесу, точно. Это очень специфическая сфера деятельности, которая меня никогда не прельщала. Я считаю, что везде должны работать специально обученные люди, профессионалы своего дела, к коим в бизнесе я не отношусь.

Скорее, я хотел бы в будущем заняться спортивным управлением, спортивным менеджментом. Эту сторону вопроса я знаю давно, поскольку с ней сталкиваюсь постоянно на протяжении более 10 лет. Кое-какой опыт есть.

Тренером же я стать вряд ли смогу. Я по натуре своей максималист и, как мне кажется, стал бы требовать от своих учеников непременных результатов, причем как можно быстрее. К тому же хороший спортсмен не очень часто становится хорошим наставником.

— Когда ты понял, что в жизни есть не только спорт?

— Это было достаточно давно, в 1998 году, когда получил травму колена и ушел из спорта Гриша Кириенко. Можно даже сказать, что ему помогли уйти. И тогда я понял, что нужно заниматься чем-то еще. Вот уже на протяжении пяти лет пытаюсь построить какую-то базу, для того чтобы не потеряться и в обычной жизни, которая очень сильно отличается от жизни спортивной.

СТАС ПЛЮС НАСТЯ

— Ты примерный семьянин, отец двух дочерей…

— Кстати, их появление на свет тоже связано с Олимпиадами: одна, Софья, родилась сразу после игр в Атланте, другая, Анна, – во время учебно-тренировочного сбора перед Сиднеем.

— А как ты познакомился с женой?

— Моя жена Настя очень интересный человек. Она очень образованна, у нее удивительное чувство юмора. А познакомились мы в 1988 году на сборе в Сухуми. Нам было по 15 лет. А у меня есть определенные стереотипы — не выношу, когда человек неграмотно говорит, а тем более пишет. А тогда она сама, можно сказать, заставляла меня учиться. Мы встречались, я что-то говорил, она меня поправляла. Это меня задевало, и я стал следить за собой, за своей речью, стал больше внимания уделять самообразованию.

Настя родом из Барнаула, и это, наверное, самый веселый город России, что-то вроде болгарского Габрово.

— Как развивались ваши отношения?

— Мы довольно долго дружили, ездили друг к другу, благо от Барнаула до Новосибирска всего 240 километров, что для России — мелочь. Юношеская дружба со временем переросла в любовь, и в 1993 году, спустя 5 лет, мы поженились. К этому времени у нас появилась какая-то материальная база. Я считаю, что семью нельзя строить на пустом месте, что должна быть некая отправная точка, фундамент.

— Кто играет в вашей семье ведущую роль?

— Наверное, все же я. Я занимаюсь, если так можно выразиться, стратегическим планированием, ну а хозяйственная часть, дети – это все на Насте.

— Тебя долго не бывает дома, ты известный человек, да и внешностью не обижен. Как к этому относится жена — тоже с юмором?

— Дело в том, что когда люди всецело доверяют друг другу, таких вопросов просто не возникает. Вообще взаимное доверие – один из важнейших моментов в браке.

— В Новосибирске ты являешься кумиром. Тебя узнают на улицах?

— Не очень часто. Наверное, если бы у меня были габариты, как у Сан Саныча Карелина, мне пришлось бы гораздо тяжелее. С другой стороны, внимание болельщиков, безусловно, приятно.

— Станислав, ты сделал известным свое имя, которое, наверное, хотели бы использовать бизнесмены, политики. Как ты к этому относишься?

— В последнее время я для себя избрал нейтральную манеру поведения. Пока я остаюсь действующим спортсменом, не планирую афишировать свои политические взгляды. У меня есть собственное мнение по вопросам нашей текущей жизни, но публично выступать я не собираюсь. Конечно, есть определенные предложения, спорт никогда не был вне политики, но действующий спортсмен, я считаю, должен находиться несколько в стороне.

ЛЮБЛЮ НОВОСИБИРСК И «ЛЕНИНГРАД»

— В заключительной части интервью давай устроим небольшой блиц. Итак, любимая страна?

— Я повидал мир, много есть интересных стран. Но в них хорошо быть гостем, а жить нужно дома. Поэтому на этот вопрос у меня однозначный ответ – Россия.

— Город?

— Тоже не буду оригинальным. Хотя большую часть работы я делаю в Москве, но один из самых приятных моментов в жизни — это возвращение домой, в Новосибирск.

— Фильм?

— Не могу назвать какую-то конкретную картину. Люблю комедии. Включая телевизор, ожидаю какой-то эмоциональной разрядки, поэтому я не поклонник триллеров или боевиков.

— Актер или актриса?

— В последнее время мне очень нравится Елена Яковлева. Находясь в Москве, с удовольствием посещаю театр «Современник», где она играет.

— Блюдо?

— Нравятся мясные блюда, приготовленные из говяжьей вырезки, например, мясо по-французски под майонезом, под сыром. Не могу сказать, что сильно люблю пельмени, потому что в последнее время утрачена сама их идея. Ведь раньше приготовление пельменей являлось целым ритуалом. Их лепили вручную, потом замораживали, причем зимой на балконе. А сейчас их можно купить в любом магазине, и этот особый «пельменный» шарм утерян, возможно, безвозвратно.

— Под пельмени замечательно идут 50 граммов. Ты себе можешь позволить это?

— Мы абсолютно нормальные люди, и если позволяет тренировочный и соревновательный график, то почему бы и нет?

— Напиток?

— Больше всего люблю морс, особенно смородиновый.

— Музыка?

— Я поклонник русского рока. В последнее время появляется много песен, похожих друг на друга. А я больше люблю старые группы: «Наутилус», «Ария», «Кино». Из последних нравится «Ленинград», являющийся, я бы сказал, чем-то свежим.

И, разумеется, Владимир Высоцкий. Это уже классика. Я с собой постоянно вожу его кассеты или диски.

КСТАТИ

За последние 50 лет только нашим саблистам Станиславу Позднякову (1992–2000) и Виктору Кровопускову (1976, 1980) и итальянской рапиристке Джованне Триллини (1992–2000) удалось стать четырехкратными олимпийскими чемпионами по фехтованию.

Недавно в Новосибирске организован фан-клуб Станислава Позднякова, в который входят люди, желающие оказать поддержку своему кумиру и всему новосибирскому фехтованию.

НАША СПРАВКА

ПОЗДНЯКОВ Станислав Алексеевич

Родился 27 сентября 1973 года, заслуженный мастер спорта (фехтование на саблях).

Чемпион мира среди юниоров (1993), четырехкратный олимпийский чемпион (1992 – в команде, 1996 – лично и в команде, 2000 – в команде), шестикратный чемпион мира (1994 – в команде, 1997 – лично, 2001, 2002 – лично и в команде), шестикратный обладатель Кубка мира (1994–1996, 1999, 2000, 2002).

Тренер – заслуженный тренер России Борис Писецкий.

Выступает за СК Министерства обороны РФ. Выпускник Новосибирского государственного педагогического университета. Кандидат педагогических наук.

Женат. Имеет двух дочерей.

АНЕКДОТ ОТ ПОЗДНЯКОВА

Приходят футболисты в фотоателье. Четверо встали, трое сели. Фотограф сделал снимок. «Подождите, – говорят, – еще один раз». Трое встали, четверо сели. Фотограф снова щелкнул. «А зачем, – спрашивает, – вам две карточки?» – «Да нам тренер сказал сфотографироваться, а мы забыли, что нужно: 3х4 или 4х3».

ДОСЛОВНО

Станислав Поздняков – необыкновенный спортсмен, саблист милостью божьей. В каком бы состоянии он ни был, выходя на дорожку, Станислав выкладывается до конца. Я очень рад, что именно его признали лучшим спортсменом страны 2002 года.

Виктор Родионов, директор спортшколы МГФСО «Чертаново».