Исполнительный директор Союза биатлонистов России Сергей Кущенко: Ванкувер «расстрельным» не будет!

Сегодня в шведском Эстерсунде стартует первый этап Кубка мира по биатлону. А вчера в редакцию «Советского спорта» пришел исполнительный директор Союза биатлонистов России (СБР) Сергей Кущенко. В течение полутора часов он ответил на множество вопросов, главным из которых был – станут ли Игры в Ванкувере «расстрельными» для нашей ослабленной дисквалификациями сборной?

Этот главный для многомиллионной армии российских болельщиков вопрос Сергею Кущенко задала… обложка «Советского спорта» от 8 апреля. Минувшей весной наши эксперты, проанализировав выступления российских спортсменов-зимников на чемпионатах мира в олимпийском цикле 2006–2009 годов, пришли к неутешительному выводу – в Ванкувере сборная России объективно может рассчитывать максимум на четыре-пять золотых наград и восьмое–десятое общекомандное место. «Ванкувер станет «расстрельным»?» – вопрошала обложка.

– Категорически не согласен! – заявил Сергей Валентинович. – «Расстрельным» Ванкувер не будет – по крайней мере в части биатлона.

И взяв в руки маркер, исполнительный директор СБР сначала зачеркнул слово «расстрельным». Затем подумал – и вставил в заголовок частицу «не». Исправил вопросительный знак на восклицательный и поставил свою размашистую подпись. С фирменной, сохранившейся еще с баскетбольной эпохи, армейской звездочкой.

– В олимпийский сезон сборная понесла потери. Из-за дисквалификации мы потеряли трех ведущих спортсменов – Альбину Ахатову, Екатерину Юрьеву и Дмитрия Ярошенко. Какие сейчас настроения в команде, как она готова психологически?

– Это потери. Но не могу назвать их катастрофическими. У нас много талантливых ребят и девчат. Я бы даже сказал, на места лидеров в сборной образовалась небольшая очередь. Так что никакой паники перед Ванкувером нет.

– Из-за дисквалификации пришлось пересмотреть всю систему медицинской поддержки…

– Медицина в сборной России по биатлону – медицина общего плана. Она не специфическая, не восстановительная. Это просто классные доктора, которые помогут дать витаминку, подстраховать в случае болезни. Но качественной восстановительной медицины, которая есть в других командах, у нас, к сожалению, нет. Между тем очень важно чисто, без запрещенных препаратов восстановить спортсмена после гонки – особенно если ему через сутки снова на старт. Помните, как Ольга Зайцева выступала на последнем чемпионате мира?

– Трудности с составом, проблемы с медициной… Получается, в Ванкувере придется побеждать только на морально-волевых, как это у нас в России принято, а потом – планомерно развиваться к Олимпиаде в Сочи.

– Не согласен. Мы качественно подготовились к Ванкуверу. Включены все возможные ресурсы, и сейчас наступает важнейший из этапов подготовки. Многократно повторял – главный турнир начнется 13 февраля. Нужно подвести всю сборную в таком виде, в каком была в Корее Зайцева. Таких Зайцевых у нас должно быть по шесть человек в каждой команде.

– До какого года у вас контракт с СБР?

– А нет никакого контракта. У нас с Михаилом Прохоровым все на честном слове.

– Не опасаетесь, что после всех допинговых скандалов Россию опять попытаются унизить? К примеру, комиссары явятся в шесть утра и попросят спортсмена сдать анализы…

– Думаю, это не системное отношение к России. Есть даже такая версия, что ВАДА платит огромные премиальные, если ты сдал «нечистого» спортсмена. И эти премии могут превышать призовые за победы на трассах. Представьте, я в гонке не имею шансов, а сосед по комнате должен ее выигрывать. И в последний момент я ему раз: в бутылочку порошок – и звоночек куда надо делаю. Все – приехали. И это реальность!

– А как не пускать комиссаров к себе в номер ночью или ранним утром перед стартом?

– В Ванкувере у каждого спортсмена будет памятка о его законных правах. Если ты указал, что ждешь допинг-контроль с какого-то конкретного часа, то в другое время они не имеют права вламываться. А то получится, как в минувшую пятницу у Кати Юрьевой. Она указала, что будет находиться по своему домашнему адресу утром с 9 до 10 часов. Так комиссары ВАДА прибыли к ней в 21.30. При этом прилетели специально из Норвегии с письмом от президента Международного союза биатлонистов Андерса Бессеберга. Она говорит нежданным гостям: «Я другое время указала. А если б меня не было дома?» – «Написали бы, что отказалась от пробы». Методы еще те…

– Интересно, чем может грозить уже дисквалифицированной Юрьевой внеплановый визит комиссаров ВАДА?

– Она ведь, подчеркну, не насовсем ушла. А два замечания от антидопингового агентства могут поставить под угрозу ее возвращение.

– В канун старта сезона неожиданно всплыла тема возврата призовых денег теми биатлонистами, кто стартовал на этапах Кубка мира вместе с Юрьевой, Ахатовой и Ярошенко в эстафетных гонках. Не возникнут ли в связи с этим проблемы с допуском к стартам уже на ближайших кубковых этапах?

– Сам по себе вопрос не стоит выеденного яйца. Кто-то просто захотел разогреть эту тему, погнался за сенсацией… Пришла в СБР бумага, мы оповестили всех упомянутых там спортсменов, те подтвердили, что указанные суммы вернут в Международный союз. Поскольку все биатлонисты на тот момент находились на сборах, мы обратились к президенту СБР с просьбой помочь, и Михаил Дмитриевич из своих личных средств внес требуемую сумму. Все! Проблемы не существует. Ребята и девчонки об этом проинформированы. И чего ради было наводить панику? Кому понадобилось расшатывать российский биатлон?

– Многое ли Михаилу Прохорову приходится закрывать из личных средств?

– Одно из приятных открытий, которое я сделал, придя в СБР, – биатлон в Министерстве спорта имеет приоритет над многими видами. Оно и понятно: наш спорт – один из наиболее медалеемких и успешных на зимних Играх. Так что Минспорта выделяет нам почти 100 процентов требуемых средств.

Но существует и другая проблема – обеспечение техникой. Начиная от современных моделей раций для тренеров, зрительных труб, позволяющих моментально определять необходимую поправку стрельбы, и заканчивая компьютерами и специальными программами. Подобного технического оснащения сборная еще недавно не имела. Михаил Дмитриевич, придя в биатлон, полностью обеспечил команду самой современной техникой. Причем не только основную, но и резервную команду. СБР в значительной мере финансирует также 10-дневное пребывание нашей сборной в Канаде до заезда в Олимпийскую деревню. Это сделано для успешной акклиматизации биатлонистов. В подготовку к Ванкуверу Союз биатлонистов вложил за последние полгода порядка 400 тысяч долларов.

– Прохорова все устраивает в нашем биатлоне?

– Если бы все устраивало – мы бы не разговаривали по несколько раз на дню. Задач, кроме Олимпиады, очень много. До 2020 года необходимо добиться качественного скачка в развитии отечественного биатлона. Сделать так, например, чтобы этим видом спорта занимались не 12 тысяч человек, как сейчас, а 30.

– Вы уже несколько раз упомянули 2020 год. Значит ли это, что вы намерены до этого времени оставаться в биатлоне?

– Главное – запустить механизм развития. Сделать конструктивные процессы необратимыми, поставить их вне зависимости от отдельно взятой личности. Работать должны идеи. Не хочется, чтобы отечественный биатлон повторил историю баскетбольного «Урал-Грейта», хотя этот клуб на старом багаже продолжал существовать еще восемь лет.

– Кто-то любит пересматривать футбольные или баскетбольные матчи. У вас есть любимая биатлонная гонка?

– Недавно пересматривал гонку преследования в исполнении Анны Булыгиной на прошлогоднем этапе Кубка мира в итальянском Антхольце. С заключительного огневого рубежа ушла седьмой, а в итоге победила! Хочу спросить ее о тех ощущениях, что она испытала. Когда поняла, что сумеет всех обогнать? Что там включилось вдруг в ее организме? Очень хочется понять методику этой победы!

– Для нашей сборной эстафетные гонки всегда были вопросом особого престижа. Наберем ли два эстафетных квартета?

– Давайте забудем про дисквалификации – это вопрос прошедшего времени. Я не вижу, что мужская или женская сборная вдруг ослабла! У нас есть Ольга Вилухина, которая здорово подходит для эстафеты по своему характеру. Есть Анна Богалий, которая не без сложностей восстанавливается после родов, но уже показывает очень хорошую функциональную готовность.

– Биатлон – один из немногих видов спорта, который можно сделать высокорентабельным. Ставится ли Михаилом Прохоровым такая задача?

– Биатлон способен приносить немалую прибыль. Честно говоря, задачи грядущей Олимпиады не позволяют пока заняться этим вопросом предметно, но вернуться к нему нам необходимо в самое ближайшее время. Мы уже провели некоторое аналитическое расследование, и могу сказать – Международный союз либо очень дешево продает биатлон, либо мы просто не знаем каких-то политических моментов. Впечатление такое, что союз плохо использует рейтинг биатлона. Спонсорский интерес, который уже подбирается к футбольному, не соответствует тому, за сколько биатлон себя продает. Телевизионные права на трансляции предоставляют, условно, за три копейки. Отдельные страны, например Германия, научились отжимать от биатлона максимум прибыли, но в целом Международный союз работает в этом направлении очень слабо.

– Не боитесь, что еще и за попытку вмешаться в распределение бюджета нам перепадет от Международного союза?

– А вы думаете, что если мы станем зайками и подожмем лапки – нас станут сразу любить и гладить по головке? Уважают сильных, умеющих защищать свой клуб, свой вид спорта, своих спортсменов… Иначе нам скомандуют: «Сидеть!».

– Вам наверняка уже надоел этот вопрос, но – сколько наград рассчитывает привезти из Ванкувера наша биатлонная дружина?

– Давайте поговорим об этом в конце января. Когда будет понятно, как наши бегут, как стреляют, сколько в состоянии добавить. А пока мы еще даже не открыли сезон.

– Не поздно ли пришли на хозяйство?

– С точки зрения Ванкувера – поздновато, конечно, но это уж как позвали… Что мы можем сейчас успеть – это понять, кто влияет на каждого отдельно взятого спортсмена и отделить откровенно плохое от конструктивного. У нас сейчас в СБР каждый день десять писем приходит. Все что-то новое предлагают, суля космические результаты. Все это нам предстоит разгребать и сортировать. Удастся – будем иметь к Сочи свой патрон, свою винтовку, свои парафины, а там, глядишь, и лыжи… А пока у нас даже хорошей пневматической винтовки для детских секций нет.

– Вы, кстати, сами из биатлонной винтовки стреляли?

– Стрелял! Попал на стойке три раза из пяти. Притом что перед стрельбой меня еще попрыгать заставили.

– Может, еще и пробежать по трассе на пару с Михаилом Прохоровым попробуете?

– Может, и соберемся. Приедет на кубковый этап – предложим. Мой заместитель Родион Тухватуллин уже активно осваивает лыжную подготовку – не за горами и наша очередь.

Напоследок Кущенко, активно вживающийся в биатлон и уже успевший ознакомиться с традициями и обычаями этого вида спорта, угостил журналистов глинтвейном – культовым напитком биатлонных болельщиков.

– Сезон стартует, – улыбался он, разливая ароматный напиток по стаканам. – Завтра утром вылетаю в Швецию – лично посмотрю на состояние команды. Да не переживайте вы так. Прорвемся – сердцем чую. Ну, за удачу!

В 19.00 по московскому времени женской индивидуальной гонкой на 15 км стартует большой международный сезон мирового биатлона. В составе сборной России на дистанцию выйдут: Ольга Медведцева (№4), Яна Романова (34), Ольга Зайцева (38), Анна Булыгина (43), Светлана Слепцова (76) и Наталья Бурдыга (100).