Бонусы букмекеров
Максим Чудов сошел с биатлонной орбиты
также неожиданно, как и взлетел на нее. В 2005-м секретная и почти
никому не известная «Русская ракета» (прозвище Максима, прим. Ред),
мигом просвистела мимо ветеранов и попала не только на подиумы этапов
Кубка мира, но и на Игры в Турине. В 2013 Чудов объявил об окончании
карьеры за три дня до решающих контрольных на «Ижевской винтовке», через
которые можно было квалифицироватьс
«НЕ ДАЛИ РАБОТАТЬ В СБОРНОЙ»
-
Олимпийский сезон вы провели в составе группы Польховского вместе с
Черезовым и Максимовым отдельно от основной сборной. Но есть информация,
что изначально вы просились в группу Лопухова...
- Нам,
опытным и титулованным, ответили, что мест нет. Вот и пришлось
создавать свой коллектив. Благодарен и СБР, и Минспорта, что дали шанс.
Спасибо Польховскому — поверил в нас, тренировал. Наверное, он
расстроился, что я до конца не дотерпел.
- Вы общались с Лопуховым?
- Нет. Я вообще его почти не знаю. Он сделал ставку на молодежь, а нас
списал. Мол, по возрасту не подходим, каждому чуть за тридцать. Решение
тренера, что еще скажешь? Только ведь в 2006 году на Играх в Турине мне,
находящемуся в отличной форме, не дали бежать в эстафету с
обоснованием: «Молод, еще успеешь». На старт вышли ребята постарше, чем я
сейчас.
- Как отреагировали на отказ Лопухова?
- Конечно,
было и обидно и досадно, что не дали работать с командой. Чего
испугались, не понимаю. В один из годов в сборной была команда из
двадцати человек. Конкуренция здоровеннейшая, как в Спарте, - выживает
сильнейший.
«МАЛЕНЬКИЙ РОКЕТ»
- История с невключением вас в туринскую эстафету вновь всплыла в 2010 году. Вы раскритиковали тренерский штаб сборной.
-
Оставим эту тему. Я ее комментировать не собираюсь. Скажу только, то
решение я воспринял тяжело. Закрылся в номере и весь день ни с кем не
разговаривал. Впрочем, были на тех Играх и другие странные решения. Нас,
биатлонную команду, поселили за 80 километров до олимпийской трассы.
Добирались на автобусах, подъемниках. Перед спринтом угодили в пробку и
примчали на стадион за пятнадцать минут до конца пристрелки. Все в
поту, в мыле.
- Сейчас, когда в наш биатлон пришли деньги, такую ситуацию нереально представить.
- Многие
критикуют, что финансы развращают спортсменов, но это не так.
Радоваться надо, когда у людей есть все необходимое, чтобы показывать
результат. СБР многое делает для развития спорта.
- Помните свою первую личную победу на чемпионатах мира?
- Спринт в Остерсунде в 2008-м, когда на награждении меня подняли на руки Бьорндален и Ханневолд,
занявшие второе и третье место. Та победа и впрямь стоит особняком. Я
понял, что могу быть лучшим и несся по трассам, не чувствуя усталости. И
кумиров не было – просто хотелось каждый день быть еще лучше.
- Тогда Бьорндален дал вам прозвище «Русская ракета».
- На
самом деле, первым так меня назвал норвежец, менеджер по экипировке Вик
Фер. Он написал на лыже «Маленький ракет» и объяснил: «Ты лучше всех
бежишь». Мне понравилось, прикольное прозвище, да и говорящее. Я ведь и
впрямь тогда всех обгонял.
- Знаете, кого еще называют «Русской ракетой»?
- Павла Буре, конечно. Я люблю хоккей и обязательно буду ходить на матчи «Салавата Юлаева» в свободное время.
ЭКСКЛЮЗИВ
