Ноги кормят. 5 впечатлений от презентации команды «Катюша»

За день ты успеваешь увидеть даже больше, чем нужно: экскурсия на завод, производящий велосипеды, миниатюрный Хоаким Родригес, ставший третьим на Тур де Франс, взволнованный своей речью Игорь Макаров, президент федерации велоспорта и компании ITERA, финансирующей проект. Что сказать про все это двумя словами? «Золотая педаль», «Спицу заказывали», «Играть с колес»? Ноги кормят – это скорее потому, что ты съедаешь финик, завернутый в вяленый бекон, и еще не успеваешь удивиться тому, насколько это вкусно, а перед тобой уже стоит 30 человек. В ближайший сезон они сожгут своим организмом столько калорий, что понадобится несколько финиковых деревьев, чтобы восполнить запас. Хорошо, что  удалось поближе узнать повара «Катюши». Он на самом деле сошел с экрана, где идет фильм итальянского производства и точно знает, чем можно кормить даже людей с таким обменом веществ.

Поскольку сегодня только сумасшедший человек может видеть в спорте чистую физкультуру, спорт приходится оценивать, скорее как, действо, как нечто бесконечно происходящее, со своими особенностями и своей эстетикой. Эстетики у велоспорта предостаточно. Начиная с того, что любой гарнд-тур это еще и карнавал, продолжающийся до и после гонки. Начиная с того, что, глядя на спортсменов во время сотого километра трассы, ты наблюдаешь материализовавшуюся волю. Заканчивая собственно презентацией команды: тут играет джаз, и даже гимн России в исполнении дуэта пианистов выглядит настолько элегантно, что некоторые забывают встать. Тут кормят, как в фильмах, когда на небольшой тарелке тебе приносят нечто сопоставимое по площади со спичечным коробком, и ты должен учиться чувствовать вкус. Тут велосипед стоит как средняя машина и выглядит намного круче, чем Ford Focus или Skoda Octavia

На заводе Canyon ‑ именно он будет партнером «Катюши» в следующем году ‑ несколько карбоновых рам висят на специальном карнизе в одном из цехов. Будто рыба, молчаливо пообещавшая стать вяленой к концу следующей недели. Угол одного из помещений занимает несколько десятков коробок. «Это все для «Катюши» ‑ объясняет нам менеджер по развитию. Он пока единственный в пиджаке. Большая часть сотрудников похожа на моих друзей, они ходят в кедах, имеют цифру 8 предпоследней в дате рождения, смущаются, когда их фотографируешь и улыбаются, если говоришь с ними о чем-то своем. Каждый из этих парней знает свое дело: кто-то специальным сканером изучает внутренности отлитой из карбона вилки. Если есть хоть малейшая деформация, ее утилизируют. Кто-то смотрит, как реагирует рулевая основа на 9000 коротких жестких толчков, схожих с теми, что производит велосипедист, когда «танцует в седле», набирая скорость. Кто-то уезжает обкатывать новое изделие.

Нам тоже достается. Горный велосипед стоимостью далеко за 200 000 рублей идет восхитительно. В такие моменты действительно понимаешь, что такое слиться с техникой, когда энергия твоего тела преобразуется во вращение колес и ровный уверенный звук издаваемый подшипниками. Наверное, в него можно также влюбляться, как в звук автомобильного двигателя.

Владимир Исайчев рассказывал, что не делает присед со штангой, но ноги велогонщиков впечатлят и тяжелоатлетов и боксеров, отмахивающих на скакалке десятки тысяч прыжков, и легкоатлетов. Сложно поверить, что икра может иметь такую выпуклость, а передняя поверхность бедра нависать над коленкой, напоминая кусок снега, который весной обычно загорает на краю крыши дома. Владимир правда открыл тайну больших мышц двумя вопросами позже. Самое большое расстояние, покорившееся гонщику за один присест 299 км. То есть даже при автомобильной скорости 60 км/ч приходится работать на педалях пять часов.

При всей личной нелюбви к профессиональному спорту как к потребителю больших денег, нужно признать, что даже при относительно равных бюджетах, мы получаем далеко не всегда одинаковых по своим убеждениям спортсменов и людей, которые оказываются вокруг них. Общаться с велосипедистами, как минимум, интересно, но чаще всего приятно. Хоаким Родригес, вымотанный гонкой, может сидеть и рассказывать, как он чувствует запахи еды во время работы на трассе. Немец Торстен Шмидт, в прошлом очень сильный гонщик, объяснял жестами, как действует углеводный гель на организм мужчины, а встретив тебя месяцем позже, искренне радуется и предлагает при случае еще раз проехаться в техничке. Сергей Ушаков, заставший золотую эпоху велоспорта в команде, уже к третьей встрече общается с тобой, как со старым товарищем.

Это довольно живая и человечная команда, за которую можно болеть, или во всяком случае относится к ней с участием, точно так, как она относится ко всякому, попавшему в нее человеку.