За Азербайджан – лучше Малинина. Почему дебют Гном Гномыча оставил надежду

Сын чемпиона выходит на лёд не один. Рядом незримо катит отцовская биография – олимпийские медали, мировые титулы, привычка побеждать. Для Александра Плющенко этот груз особенно тяжёл: о нём знают с детства, а обычную ошибку 13-летнего фигуриста тут же превращают в семейный приговор.

Но сравнение двух дебютов требует оговорки. Турнир, официально называвшийся юниорским чемпионатом мира 1996 года, прошёл в Брисбене с 26 ноября по 2 декабря 1995-го. Евгений Плющенко стал седьмым в короткой и произвольной программах, а в итоге – шестым. Тогда действовала система судейских мест, поэтому сопоставлять цифры отца и сына нельзя. Положение относительно соперников – можно, и здесь преимущество Плющенко-старшего очевидно.

В Анкаре Александр начал с двойного акселя. В опубликованных данных зафиксирован не срыв на лёд, а степ-аут – лишний шаг на выезде. Первый же прыжок ушёл в минус и выдал сильное волнение дебютанта. Каскад из тройных флипа и тулупа мог вернуть прокату устойчивость, однако на тулупе техническая бригада увидела недокрут.

Чистым остался тройной лутц – самый дорогой одиночный прыжок программы. Он удержал оценку от обвала. За технику Плющенко получил 28,49 балла. Дорожка шагов и одно вращение были оценены вторым уровнем, комбинированное вращение – третьим. Это не катастрофа, но и не набор для борьбы за высокие места мировой юниорской серии.

Итог – 57,12 балла и промежуточная 13-я позиция после выхода Александра. От лидировавшего украинца Егора Курцева его отделяли 13,88 балла. Разрыв объясним: Курцев выиграл качеством элементов, тогда как Плющенко расплачивался за помарки в ключевых местах.

Любопытнее 28,63 балла за компоненты. Это лишь на 0,90 меньше, чем у Курцева. Судьи оставили дебютанту заметный запас доверия: оценили построение программы, подачу и навыки катания выше, чем можно было ожидать после нервного начала.

Однако испанская постановка пока живёт быстрее своего исполнителя. Фламенко требует резких акцентов, свободы корпуса, точных рук и внутреннего огня. Александр временами догоняет музыку, а не ведёт её. Движения выглядят старательными, но зажатыми; между элементами видна работа, а не образ. Это экспертная оценка проката, а не факт из протокола, но именно здесь лежит главный резерв.

Есть и два явных плюса. Первый – вращения, сохранившие скорость и форму. Второй – характер. После ошибки на акселе Плющенко не рассыпался, собрал каскад, а затем чисто сделал лутц. Для дебютанта способность продолжать борьбу после неудачи важнее красивой таблички без помарок.

Сравнение с самим собой для Александра полезнее сравнения с отцом. На Мемориале С. А. Жука 21 февраля 2025 года он набрал в короткой ровно 65 баллов. Тогда он чисто исполнил тройной флип, двойной аксель и каскад тройной лутц – двойной тулуп, получил четвёртые уровни за два вращения и третий за дорожку шагов.

В Анкаре сложность каскада выросла: вместо двойного тулупа появился тройной. Но единственным элементом, исполненным убедительнее прошлогоднего варианта, стал сольный тройной лутц. Остальное оказалось слабее по качеству или уровням. Почти восемь потерянных баллов – не доказательство остановки. Скорее это цена более трудного содержания, новой сцены и напряжения, которое нельзя воспроизвести на тренировке.

Плющенко был одним из самых юных участников среди сильнейшей группы турнира. Возраст не отменяет ошибок, зато меняет их смысл. Илья Малинин, впоследствии первым исполнивший четверной аксель на соревнованиях, в 13 лет получил 41,11 балла за короткую на Asian Open 2018. Пример ничего не гарантирует Александру, но остужает желание выносить приговор после одного вечера.

Пока дебют тянет на твёрдую тройку. Плющенко-младший не блеснул, не приблизился к семейной планке и проиграл самому себе образца 2025 года. Но он не развалился после неудачного начала и показал, что тройной набор у него есть. Дальше фамилия уже не поможет и не помешает. Решать будут скорость, свобода и умение превращать волнение не в лишний шаг, а в энергию проката.