Сергей Хусаинов: Допускаю, что судьи делают ставки на свои матчи в РПЛ

– В РПЛ прошло всего два тура, а судейских скандалов уже набралось на целый круг! И все же сначала хотели бы узнать ваше мнение о новых правилах, которые вступили в силу этим летом. Как вы их оцениваете?
– По поводу правила замены скажу так. С одной стороны, это поможет бороться с хитростью, когда дальний от бровки игрок долго уходит с поля. Но наверняка появятся другие варианты потянуть время. При этом судья и раньше мог добавить ровно столько, сколько ушло на замену. И показать это всем зрителям. Так что это правило погоды не делает.

Другое дело – трактовка нарушений при взятии ворот. Гол забит правильно или неправильно? Показательный эпизод – из матча «Локомотив» – «Рубин». Алексей Миранчук классно исполнил штрафной, спору нет. Но на стенку-то москвичи оказывали давление! А это теперь нарушение! Поэтому удивительно было слышать слова руководителя судейского корпуса РФС Александра Егорова, что арбитры, мол, еще не адаптировались к новым правилам. Что это вообще значит? Рекомендации по таким эпизодам были даны давно.

– Так почему Михаил Вилков не отменил взятие ворот после удара Миранчука?
– Возможно, имело место отсутствие концентрации, расслабленность, фактор непривычной ситуации, поскольку этот эпизод случился в первой же для арбитра игре чемпионата.

– При наличии системы VAR ошибку можно было исправить?
– Да при чем здесь VAR?! Главный арбитр при исполнении штрафного должен держать в поле зрения и «стенку», и атакующих футболистов. И в момент удара полностью контролировать эпизод. То же самое касается пенальти. Это работа судьи – следить за соблюдением правил.

– Егоров по поводу этого эпизода сказал: если бы Вилков гол Миранчука отменил, его бы неправильно поняли…
– Можно было иначе выразиться: «Молодец, отсудил по понятиям». Не по правилам, а именно по понятиям… Так, что ли, получается? Это примерно как засчитать гол из офсайда под тем предлогом, что положение вне игры, конечно, было, но не очень сильное…

Кстати, когда нас собрали в свое время на семинар по новой трактовке офсайда, были обсуждения, как «рисовать» линию. Швейцарцы тогда предложили свой вариант: если выстрелить из условного пистолета и этой «пулей» уложить обоих, то вне игры нет, а если один «проскочил», то он на этой линии не был.

Вообще, класс судьи заключается в умении доставить себя в нужную точку поля в любой момент. Если же находишься рядом и не видишь очевидного – это совсем плохо. Значит, либо у тебя недостаточно судейского футбольного образования, либо на принятие решения повлияли некие иные мотивы.

– После матча «Спартак» – «Сочи» вы заявили нашему изданию, что Владимиру Москалеву «не хватило яиц для принятия ряда решений»…
– И по-прежнему так считаю. Бывают игровые эпизоды, где требуется характер. Уверенность должна быть такой, чтобы одинаково оценивать эпизоды в обе стороны. У Москалева этой уверенности не было… Вот я после окончания карьеры работал на матчах любительской лиги «8 на 8». Там многое построено на честности и доверии. Но даже там в ответ на вопрос «Поставишь пенальти в свои ворота?» многие начинают задумываться. И эта задумчивость – «а в чьи ворота я ставлю пенальти?» – ни к чему хорошему не приводит.

– Как тогда трактовать работу Кирилла Левникова в следующем матче «Спартака» в Ростове-на-Дону? По мнению хозяев, он, как и Москалев, заслужил отстранения…
– Возможные санкции по отношению к Левникову – это дело ведомства Егорова. Проблема-то намного глубже: качество судейского образования у действующих футбольных арбитров очень-очень низкое. Не в обиду им будет сказано. Они могут красиво бегать, быть в прекрасной внешней форме, но умение разбираться в игровых эпизодах, а самое главное – в единоборствах, которые являются фундаментом всего футбола, – это огромная проблема.

– Сказанное относится даже к Сергею Карасеву?
– Да, и Сереги это тоже касается.

– В чем тут дело? Снова отсутствие характера или «иные мотивы», о которых вы говорили?
– Да целый комплекс факторов! И с этим надо бороться. На мой взгляд, необходимо отобрать ребят, по-настоящему желающих заниматься этим ремеслом, готовых к критике и жаждущих продлить свою футбольную жизнь через судейство.

Два тура РПЛ показали, что у наших арбитров большие проблемы с подготовкой. И это легко объяснить. В межсезонье им не хватает тренировочной практики. Раньше таким учебно-подготовительным полигоном служили первенства своих городов. Но с момента образования чемпионата России они, по сути, проводятся только в Москве и Питере… А ведь эта такая школа! У начинающих и действующих арбитров была возможность шлифовать мастерство, набираться опыта, моделировать различные игровые ситуации. Сидя за монитором, нереально поднять свой профессиональный уровень. Тонус теряется.

– А почему наши судьи не могли этим летом практиковаться на предсезонном турнире с участием четырех топ-клубов РПЛ? Для этого можно было провести его не в Австрии, а на нашем юге.
– Вы задали абсолютно правильный вопрос – и сами же на него ответили. Конечно, было бы лучше собрать ведущие команды премьер-лиги летом в России. И провести эти матчи с нашими судьями. Это та самая практика, которой сейчас так не хватает. А получать ее негде.

– Вы сами, кстати, выйдя на высший уровень судейства, продолжали поддерживать форму в первенстве города?
– А как же? У нас вообще было распоряжение Московской федерации футбола, согласно которому каждый арбитр за сезон должен был провести 15 матчей чемпионата города – любого уровня.

– Это как-то материально стимулировалось?
– Платили, как говорится, три копейки за игру. Но ты был обязан отработать эти полтора десятка матчей… Вспоминаю эпизод из середины 90-х, когда Эдуард Васильевич Малофеев тренировал клуб из Тюмени в высшей лиге. Я отсудил их матч, и буквально на следующий день у меня была игра на первенство города. Подходит пацан: «О, а вы же вчера в Тюмени судили – по телевизору вас видел!». Мне было приятно.

– Что сейчас мешает судьям получать практику в первенствах Москвы и Питера?
– Ничего не мешает. Но инициатива должна идти сверху.

– В какой степени за нынешнее положение вещей должен отвечать Егоров? Соответствует ли он занимаемой должности?
– Знаете, кандидатов на его место найдется много. Тех, кто искренне хотел бы внести свой вклад в развитие отечественного судейского ремесла. Но им попросту могут не дать такой возможности.

Хочу поделиться мыслью, которую услышал из уст одного мудрого человека. Когда я был действующим арбитром и одновременно руководил судейским корпусом, этот человек подошел ко мне и сказал: «Серег, ну чего ты мучаешься?». Я ответил в том духе, что хочу соблюдения спортивного принципа, чтобы всем было хорошо. А он: «Да ничего ты не сделаешь! Они же – судьи – выходят на поле с рюкзаками за спиной». Спрашиваю: «С какими рюкзаками?». «Как с какими? Этот клуб должен ему, а сам он должен другому клубу, и так далее. И вот с этими рюкзаками судьи из года в год выходят и проводят матчи».

С тех пор я стал немного по-другому воспринимать многие вещи. И действительно убедился в том, что «система» живет. И будет жить. Некоторые действия арбитров на поле по-другому объяснить невозможно. Человек стоит рядом, видит с хорошей позиции весь игровой эпизод, пострадавший футболист снимает бутсу, показывает – вот, мне на ногу наступили! Я про Федю Смолова еще в «Краснодаре» – помните? «В штрафной площади, реф, мне бутсу порвали!». «Не-е-ет!». «Пенальти, реф!». «Не-е-ет! Это симуляция – на тебе желтую карточку».

И это, на мой взгляд, было преднамеренное решение арбитра – чтобы Смолов не смог принять участия в следующем матче с ЦСКА.

– А весной нынешнего года была противоположная ситуация, когда армейца Марио Фернандеса удалили в поединке с «Оренбургом» накануне дерби с «Локомотивом»…
– Верно. Вы просто подтверждаете мое видение ситуации.

– Насколько важна деталь, что в руководстве «Локо» присутствует Станислав Сухина, в прошлом имевший самое прямое отношение к судейству?
– Очень важна. Может, это просто стечение обстоятельств, но такие сотрудники в клубах были всегда. В лице, например, администраторов команд… Но мое мнение: если клуб что-то предлагает тебе до игры, нужно воспринимать это как должное – и просто идти и выполнять свой долг, судить то, что есть.

– Но почему нужно такие попытки воспринимать как должное? Почему ни один арбитр не сознался в том, что на него перед матчем оказывалось давление?
– Значит, люди в этом не заинтересованы. Или боятся. Здесь хотел бы вспомнить вот о чем. Когда меня только назначили руководить судейским корпусом в России, я первым делом расформировал так называемую комиссию по назначению арбитров на матчи. Ее работу и определяли те самые сотрудники клубов, о которых мы только что говорили. На бумажках писались фамилии, кто, когда и кого будет судить... Тогда только входили в обиход компьютеры, и я сделал так, чтобы арбитры назначались исключительно при помощи специально разработанной программы.

– Чем в итоге все закончилось?
– Руководители клубов запаниковали: комиссии назначения нет – схема нарушена. Какой выход? Убрать руководителя, который все это затеял. Вот так меня и отодвинули от руководства судейским корпусом. Поэтому и сейчас дело не в Егорове: не он нынешних судей готовил, не он привел в судейство. Его просто назначили, и это всех устраивает.

– Почему всех? Вот, например, «Ростов» крайне недоволен судейством в матче со «Спартаком». Устроил с Егоровым язвительную переписку.
– Возмущаются все и всегда: кто-то больше, кто-то меньше. Но в целом такое положение лигу устраивает.

– Как вы оцените уровень зарплат российских судей? Он позволяет благополучно существовать и, при наличии соответствующих человеческих качеств, не испытывать соблазна «продаться»?
– Главное – то, что находится внутри человека, который выходит со свистком на поле. Чего он хочет: заработать или быть честным перед всеми и самим собой?

Конечно, было бы хорошо, если бы арбитры имели некую социальную защиту. В мою бытность руководителем судейского комитета мы зарегистрировались как отдельное юридическое лицо, чтобы и действующим судьям помогать, и поддерживать завершивших карьеру ветеранов. Речь шла о пенсионной форме обеспечения. Но в итоге все это рухнуло, потому что новому руководству оказалось ненужным. РФС хотел, чтобы судейская организация была не самостоятельным органом, а подотчетным ему отделом. Раньше клубы перед началом чемпионата платили взнос, который – еще при ПФЛ с Николаем Толстых – тут же переводился судейской организации. Мы платили из этих денег зарплату арбитрам, а после сезона – бонусы в зависимости от качества работы. И всю эту систему потом пустили под нож…

– Сейчас в футбол пришло очень много букмекерских компаний. По идее, они должны быть заинтересованы в том, чтобы странных матчей было как можно меньше. Но у букмекеров претензий к арбитрам нет. Вы допускаете, что некоторые судьи могут делать ставки на свои матчи?
– Допускаю. Процесс, как говорится, идет… И то, что букмекеры никак не вмешиваются, – нормально. Повторюсь, всех все устраивает. Не только о России речь. Даже в Лиге чемпионов порой смотришь, как работают судьи, и появляется мысль: что вообще здесь этот парень делает?

– Конкретные примеры приведете?
– Пожалуйста. Словенец Дамир Скомина. Или венгр Виктор Кашшаи. О каких матчах идет речь, думаю, любителям футбола понятно.

– Вернемся к системе VAR. Она сделает футбол справеливее и прозрачнее?
– На мой взгляд, эта система поменяла философию самой игры. У меня до сих пор перед глазами стоит матч чемпионата мира Швейцария – Сербия. Кто его судил?

– Немец Феликс Брых.
– Помните эпизод с падением сербского центрального нападающего в штрафной, когда его атаковали сразу двое игроков швейцарской сборной?

– Да, это был Александар Митрович.
– Так вот, швейцарцы его вдвоем взяли и положили на землю! А Брых стоит и показывает: продолжаем играть. Даже VAR не стал использовать.

– Наверное, это не только от главного судьи зависит – ему никто из видеоассистентов не подсказал.
– Логично. А может, и не нужно было подсказывать? Если тот же Брых стоит рядом, видит эпизод во всех деталях – и не может обойтись без подсказки, то что он вообще делает на поле?! Иди смотри футбол по телевизору, освободи место другому!

В конце концов, все эти мониторы, переговорные устройства приведут к тому, что в голове у арбитра всегда будут сидеть мысль: кто-то там обязательно за меня посмотрит, кто-то подскажет. А значит, концентрация внимания станет ниже. Но ведь это самое главное качество для судьи во время матча!

– То есть вы противник VAR?
– Конечно! И вот мой последний аргумент. Кто такие эти судьи на видеоповторах? Правильно – те же самые арбитры. Но они должны в несколько раз более качественно разбираться в правилах игры, в методике судейства, и самое главное – реакция на принятие решения у них должна быть в разы выше, чем у тех, кто бегает по полю. И где таких взять? Да еще в таком количестве?

– В других странах и лигах где-то же берут!
– Ну и пусть. VAR все равно не решает проблемы. У нас на матче «Динамо» – «Рубин» система работала – и что? Почему судья не пошел изучать эпизод с удалением Евгения Башкирова?

– Вторая желтая карточка не проверяется с помощью VAR.
– Знаю. Между тем, Башкирову не следовало давать не только первое, но и второе предупреждение. И наличие видеоповторов ситуацию не исправило.

– Вам не кажется, что такими темпами через месяц матчи РПЛ попросту некому будет судить? Ветеранов судейского корпуса почти не осталось, а молодые грешат таким количеством серьезных ошибок, что их скоро всех отстранят?
– Кадровый вопрос всегда стоял во главе угла. Но у нас есть те судьи, которые есть – лучше же нет, к сожалению. Или где-то они есть, но по каким-то причинам не попадают в поле зрения проводящих чемпионат организаций… Но кто-то все равно будет судить. Свято место пусто не бывает. Другой вопрос – как судить? Пока работа арбитров в нынешнем чемпионате удручает.

– И последний вопрос. Мы когда-нибудь увидим российского арбитра в финале Лиги чемпионов?
– Знаете, была такая надежда и вера. Но, как показывает практика, это в значительной степени политический вопрос. Обратите внимание: арбитры, которые очень серьезно «накосячили» в матчах Лиги чемпионов, все равно продолжают работать на играх этого турнира. Что это, как не политика?