Бонусы букмекеров
Президент «Торпедо» в
интервью Sovsport.ru рассказывает о том, почему клуб не стал писать в протоколе
матча с ЦСКА о хуке с правой Акинфеева, делится подробностями диалога
повздоривших игроков, а также считает, что дело заслуживает рассмотрения.
-- Почему никак не
отреагировали на удар, который нанес в лицо игроку «Торпедо» Акинфеев?
-- Я не сторонник сводить счеты и махать после драки
кулаками. Это моя позиция. Что сделаешь, ошибся судья.
-- Вы потом с арбитром Еськовым не
говорили?
-- Говорили. Он говорит, что отвлекся, переключился на
паузу, на перерыв. И самое главное, что он упустил момент, не очень четко видел
момент, не зафиксировал его.
-- То есть удара по
лицу он не видел?
-- Да.
-- Вы наверняка
общались со Стевановичем. Насколько справедливо то, что говорит Акинфеев –
якобы словенец оскорбил его мать нецензурно?
-- Нет, Стеванович такого не делал. И я считаю, что это
просто защитная реакция Акинфеева. Ему надо было как-то объяснить свой срыв.
-- Но они о чем-то
говорили до удара Игорем по лицу. Не просто же так все произошло.
-- Стеванович протянул руку – перед этим было легкое
столкновение. Что-то вроде извинения, хотя извиняться не за что было. Акинфеев
эту протянутую руку оттолкнул, не принял жест. Стеванович начал бурчать,
Акинфеев принял это на свой счет и ударил его.
-- Есть такое мнение – «Торпедо» не
хочет добиваться дисквалификации Акинфеева, потому что ЦСКА в следующем матче
играть с «Уралом», вашим конкурентом. И вы таким образом не хотите ослаблять
ЦСКА.
-- Нет, об этом даже и не думали. Еще раз говорю, не
сторонник после драки махать кулаками.
-- А вот ЦСКА в
аналогичной ситуации поступил иначе. Помните ситуацию с Веллитоном?
-- Помню. ЦСКА так себя ведет, мы вот так. Мы все разные. У
каждого есть свое понимание того или иного игрового эпизода.
-- История вызвала
большой резонанс. Есть мнение, что регламент сделан не без участия Гинера, под
него, и судья испугался именно президента ЦСКА.
-- Регламент обсуждали все руководители клубов, он обсуждался на исполкоме.
Евгений Леннорович влиятельный человек, но не настолько, чтобы под него писать
регламент.
-- Есть шанс, что дело будет рассмотрено – если кто-то из членов исполкома
постоит за правду и обратится в комитет по этике, чтобы там рассмотрели эпизод.
-- Если такое произойдет, пусть произойдет. Конечно, сам эпизод заслуживает
разбирательства, безусловно. Но главные действующие лица на поле – футболисты и
судья. Судья оценил эпизод желтой карточкой. Протест на желтую карточку не
принимается. Инициировать рассмотрение дела в других инстанциях мы не будем. Если
общественность сочтет необходимым рассмотреть, если это инициируют спортивные
журналисты, так тому и быть.
-- Удивился тому, что арбитр, как
говорят, в протоколе написать не об ударе по лицу, а о неспортивном поведении
Акинфеева. Как такое могло быть уже после матча?
-- Потому что он стоял полубоком и четко эпизода не видел.
ЭКСКЛЮЗИВ
