«Церемония прощания с Черенковым – одно из самых ярких воспоминаний»

– Чем вы сейчас занимаетесь, Мурат Якин?
– Наслаждаюсь возможностью побыть с женой и дочкой. Занимаюсь незавершенными делами, встречаюсь с друзьями. У меня толком не было времени отметить свой 40-й день рождения, который я встретил в Москве в сентябре 2014-го. Сейчас мне удалось отвлечься от футбола и это идет на пользу.

– Долго приходили в себя?
– Наконец-то появилась возможность проанализировать события последних десяти лет. Не успел я завершить карьеру игрока в 2006-м, как занялся тренерской деятельностью: «Конкордия», «Грассхоппер», «Фрауэнфельд», «Тун», «Люцерн», «Базель», «Спартак». В последние годы практически каждый третий день у меня была игра. Постоянное напряжение, необходимость быть сконцентрированным – так толком не отдохнешь. Поэтому иногда здорово просто расслабиться.

– На игры ходите?
– Был на стадионе считанные разы – можно посчитать на пальцах одной руки. Однажды совершенно случайно пересекся в Цюрихе с Кимом Чельстремом, который играл у меня в Москве. Из-за него сходил на матч «Грассхоппера». Когда навещал брата Хакана, был на игре «Люцерна».

– За последние полгода у вас было много предложений?
– Я не из тех тренеров, которые всюду рассказывают о том, как много у них предложений и каким командам они уже отказали. Если на связь выйдет клуб, который считает меня подходящей кандидатурой, с удовольствием поговорю с ними. В данный момент я наслаждаюсь свободным временем.

– Чем запомнился год, проведенный в «Спартаке»?
– Поначалу у меня были опасения относительно языка. Но, как выяснилось, в этом не было проблемы. Практически все говорили на английском, к тому же у нас был переводчик. В Москве затруднительно передвигаться на машине, но к этому привыкаешь. И все же мы предпочитали ночевать на базе клуба. Это позволяло интенсивно работать над тренировками, тактикой и всем прочим.
Путь из Тарасовки до центра Москвы, где я в течение нескольких месяцев снимал квартиру для семьи, занимал полтора часа. Одно из самых ярких воспоминаний – церемония прощания с Федором Черенковым в октябре 2014 года. С одним из лучших спартаковских футболистов пришли проститься 15 тысяч человек, все были одеты в красно-белые цвета. Ощущалась значительность клуба, сердечность.

– Со спортивной точки зрения все было сложно.
– Начали очень хорошо, несмотря на то, что из-за строительства нашего стадиона первые шесть игр чемпионата пришлось провести на выезде. Удивило, как быстро русская пресса начала петь дифирамбы своим, местным игрокам. На тот момент в клубе была не совсем четкая организационная иерархия. К зимнему перерыву становилось все очевиднее, что президент, на протяжении 13 лет возглавлявший клуб, хочет уйти со своего поста. После того как был уволен генеральный директор, я понял: пришло время для перезагрузки.

– При других обстоятельствах остались бы в Москве еще на год?
– Думаю, да. Мне очень понравилось в России, год прошел головокружительно быстро.

– Как, собственно, и вся ваша тренерская карьера: вывели «Тун» в высшую лигу, пробились с «Люцерном» в финал Кубка, после возглавили «Базель», уехали в Москву…
– Повторите, пожалуйста? Как вы сказали? Вывел «Тун» в высшую лигу, пробился с «Люцерном» в финал Кубка? А что там с «Базелем»?..

– Выиграли два чемпионата. Извините.
– Спасибо! На всякий случай, чтобы люди не забыли (смеется).

– Может, действительно слишком высокий темп взяли?
– Я вижу аналогии со своей карьерой футболиста. Я перешел из «Конкордии» в «Грассхоппер» – и уже пять матчей спустя стал игроком основы. В 2006-м, когда я завершал карьеру, мне поступило предложение возглавить «Конкордию» в качестве тренера. И у меня было 24 часа, чтобы принять его или отклонить. Я знал: если все будет складываться успешно, ни о какой передышке и речи быть не может.

– Когда уходили из «Базеля» в 2014-м, чувствовали себя уставшим, опустошенным?
– Нет, ни в коей мере. Хотя это был напряженный период. Мы проводили матчи каждые три дня. Но футбол постоянно вдохновляет меня.

– Какой клуб дал вам как тренеру больше всего?
– Не могу сказать. Все команды были в разных положениях в тот момент, когда я возглавлял их.

– Скажем, СМИ не так сильно давили на вас, когда вы работали в «Туне».
– Если тебя зовут Якин, давление со сторон СМИ есть всегда.

– Идеальный тренер – какой он?
– Впервые приходится отвечать на такой вопрос… Хороший тренер самобытен. Он способен принимать быстрые решения, он владеет тактическими знаниями. И он придерживается четкой линии.

– И за пределами поля тоже?
– Скажем так: если перед командой поставлена задача добиваться высоких результатов, игроки должны быть напряжены и сосредоточены. Однако состояние необходимого напряжения можно добиться лишь в том случае, если команда умеет расслабляться. Необходимо и напряжение, и расслабленность. В мире футбола понятие «расслабленность« часто воспринимается неверно. Сразу же говорят: тренер слишком мягкий, он не умеет работать с игроками и проводит свободное время на поле для гольфа. Я уже говорил о том, что хороший тренер должен придерживаться четкой линии. И я, как тренер, должен быть последовательным и не идти на поводу у тех, кто считает, что я все делаю неправильно.

– Игрок должен быть готов за тренера, что называется, и в огонь и в воду?
– Конечно. Тренер должен обладать чутьем: кто из игроков готов пойти за ним? Подходят ли игроки друг другу? Определяя состав на матч, всегда доверяю интуиции. Если ошибся с выбором, нужно быстро исправлять ситуацию.

– У вас есть пример для подражания?
– С точки зрения тактики Пеп Гвардиола превосходит всех остальных. Лично для меня тактика имеет огромное значение. Когда возглавлял «Базель», бывало, вставал в семь утра, чтобы еще раз пересмотреть по ТВ игру. Для меня это было словно лекарство. Мне нравится препарировать соперника, находить его слабые места.

– В «Базеле» у вас хорошо получалось.
– Если бы была возможность, смотрел бы за всеми играми с трибуны. Там обзор намного лучше, нежели у кромки поля. Еще один фактор: порой тренер нуждается в том, чтобы ему немного повезло. К примеру, в «Базеле» таким везением было наличие Мохаммеда Салаха. Часто Момо решал исход встречи. Везет тому, кто принимает отважные решения и при этом правильно мыслит.