Александр Криворучко: Если пересекусь со Смородской, извинюсь перед ней

– Почему решили уехать в аренду в «Томь»?
– Вообще слышал, что в Томске мной интересовались до начала сезона в ФНЛ. Но мне очень хотелось сыграть в премьер-лиге, все-таки долго к этому шел, много работал. Шанс в «Анжи» предоставился в матче с ЦСКА, когда Женька Помазан плохо себя почувствовал в первом тайме. Я вышел после перерыва и отыграл уверенно, на ноль.
Рассчитывал, что в дальнейшем получится выходить на поле, но тренер сделал ставку на других ребят, к тому же взяли Серегу Песьякова из «Спартака». Я попросился в аренду, в «Томи» меня ждали. Я тут до конца декабря. «Анжи» тоже брал Песьякова до этого времени. В конце года будем искать решение. Я разговаривал с руководителями «Томи», и они хотят, чтобы я продолжил играть в Томске. Но еще нужно будет переговорить с «Анжи».

– Но в случае возвращения в «Анжи» и отъезда Песьякова вам не гарантировано место в воротах.
– Одно дело, когда ты не играешь, но понимаешь, что на тебя рассчитывают. Много раз говорил, что я уверен в себе, конкуренции не боюсь. Но бывает наоборот: когда ты просто игрок и на тебя не обращают внимания. У тренера, при котором я уезжал из «Анжи», были свои взгляды, у другого – свои, если будет третий – еще какие-то. Разговор с Русланом Агаларовым будет, но не сейчас.

– Вы могли оказаться в «Анжи» еще в 2007 году, но тогда переход сорвался.
– В ситуации с первым переходом мы с руководством не смогли договориться по условиям контракта. Когда переходил во второй раз, все прошло спокойно.

– За «Анжи» вы отыграли мало, были вторым вратарем за Михаилом Кержаковым. После этого тяжело приходилось в первых матчах за «Томь»?
– Когда меня приглашали в Махачкалу, я знал, на какую роль иду. Понимал, что основный вратарь – Миша, а я там – для хорошей конкуренции. В принципе так и получилось. У меня сложились хорошие отношения с Кержаковым. Я не давал ему расслабиться, а он отыграл хороший сезон.

– Не обидно, что Кержаков уехал из команды, где был бы первым номером, в «Зенит», который ему эту роль не гарантирует?
– Он летом приезжал в Новогорск попрощаться с командой. Мы пообщались, и я задал ему этот вопрос. Прекрасно понимал его мысли: он любым способом хотел зацепиться за шанс стать первым в «Зените». И я поддерживал его в этой ситуации. Знал, что ему это по силам, и он это доказал, когда выходил в нескольких матчах. Почему-то сейчас Кержаков не играет. Не понимаю, как так вышло, но он будет пахать, дождется своего шанса и надолго займет пост номер один в «Зените».

– Чувствуете за себя некоторую гордость, что поучаствовали в его возвращении в Петербург?
– Конечно, и я ему об этом говорил: «Видишь, Мишань, как мы с тобой удачно поработали». Если серьезно, когда вратарь чувствует за спиной не какое-то вялое дыхание, а видит там достойного конкурента, он никогда не будет относиться к своей работе спустя рукава, филонить. Это даст результат на 100 процентов.

– Когда вы уходили из «Локомотива», в СМИ писали, что был вариант уехать за границу. Это действительно так?
– Так получилось, что я очень понадеялся на одного человека, который вел мои футбольные дела. Не буду называть его фамилию. Слишком доверился ему – и зря. Были готовые варианты, куда я мог переходить. И этот человек мне говорил, что есть очень хороший вариант, но нужно подождать. Конкретно клуб не называл. Руководители команд, которые мной интересовались, говорили, что не могут долго ждать. А за неделю до закрытия трансферного окна я оказался не только без вариантов, но и без связи с тем человеком. Он просто испарился. А я остался у разбитого корыта.
Мне позвонили из Белгорода. Поначалу я даже не хотел общаться на тему перехода во вторую лигу, настолько был подавлен ситуацией. Пообщавшись с супругой, с родителями понял: лучше сделать шаг назад и потом два вперед. Я решил, что еду туда не просто так, а чтобы вернуться. Вместе с «Салютом» вышли в первый дивизион, закрепились там и на следующий год могли при должном финансировании спокойно решать задачу по выходу в премьер-лигу. Уж очень хороша была команда и тренерский состав.

– От вас узнали, что Ольга Смородская лично объясняла тактику игрокам перед матчем с «Лозанной»: «В защите поуже, в атаке – пошире». Не пожалели потом, что такой «вброс» сделали?
– Анализируя эту ситуацию, понял, что все, связанное с коллективом, не выносится на всеобщее обозрение. На тот момент было очень обидно, что со мной не продлили контракт, вот и наговорил лишнего. Если случится такое, что мы пересечемся с Ольгой Юрьевной, обязательно извинюсь за то некорректное высказывание. Я был неправ в той ситуации и признаю это. Чисто по-футбольному был тогда зол: почему мне не дали шанс, не оставили в любимом «Локомотиве»? Сейчас стал взрослее, а самая важная черта в человеке – умение признавать свои ошибки. Поэтому прошу прощения у Ольги Юрьевны, если обидел ее.

– Первое время не все болельщики положительно оценивали ее действия в клубе.
– Сейчас результат налицо. «Локомотив» следует поэтапно к своей цели – к чемпионству. Когда приходится что-то сломать для создания чего-то нового, требуется время. Команда долго искала своего тренера. Сейчас очень удачный момент, ведь Игорь Черевченко – «железнодорожник», корнями пророс в клубе. Он со многими специалистами поработал в качестве ассистента, перенял у них громадный опыт и теперь потихоньку использует свой шанс.
Многие не ожидали, что «Локомотив» будет идти в лидерах. Да, иногда случаются качели, но это потому что тренерский штаб молодой. Тренеры будут расти. Ситуация, как в «Спартаке»: командой должны руководить люди, имеющие непосредственное отношение к ней. Про Ольгу Юрьевну же все говорили, что она хороший управленец. Надеюсь, сейчас ей удалось найти того тренера, с котором «Локомотив» добьется больших побед.

– С какими чувствами вспоминаете то время: с одной стороны, были в одном из лучших клубов страны, а с другой, так за него и не сыграли?
– Когда я уходил, чувствовал, что готов создавать конкуренцию, ждать своего шанса. Контракт не продлили, и я психанул, так скажем. Возвращаясь к истории с Кержаковым: я понимаю чувства Миши, когда его позвали в «Зенит». Он согласился, потому что хотел, ждал этого. Если когда-то поступит предложение от «Локомотива» – с такими же чувствами, как и он, буду думать. Это родной клуб, который воспитал во мне хорошего человека и футболиста.

– Надежда на это предложение остается, несмотря на возраст?
– Илью Абаева, например, в каком возрасте вернули из «Волги»? В 32 где-то. Так что у меня все впереди!

– Как отнеслись к новости, что Гильерме получил российский паспорт?
– Я общаюсь с Гилей, в июле-августе знал, что к концу года он должен паспорт получить. Человек лучше всех из иностранцев по-русски говорил, хорошо адаптировался к стране. Если у него есть желание поиграть за сборную – почему бы и нет.

– Каково игралось в Белгороде без зарплаты?
– Полгода нам не платили ни копейки. Играли за себя, за родных, за город. По-человечески мы правильно сделали свою работу: не устраивали пикетов, бунтов, хотя могли. Без денег в Кубке России обыграли дома «Динамо» со всеми звездами и Петреску во главе. Город был в экстазе, пришло 15 тысяч болельщиков, все благодарили нас. В клубе нам обещали, что все будет хорошо. Но даже если решили закрыть команду, можно было с нами рассчитаться.

– Этой историей даже Первый канал заинтересовался в то время. Но раз никаких сюжетов в программах «Пусть говорят» и «Человек и закон» не было.
– Может, решили не пускать на телевидение в интересах кого-то или чего-то. Дальше это дело не двинулось. Мы с ребятами обратились в суд и его выиграли. Имущество, которое есть на балансе клуба, должно быть продано, и с этих средств будут гасить задолженности перед работниками, футболистами. На балансе находились автобус, машины какие-то – точно не знаю. Понятное дело, мы не получим всего того, что нам должны. Даже и близко.