Экс-вратарь «Локомотива» и ЦСКА Валерий Новиков: Вратарь – это навсегда

Мы встретились на фестивале вратарского искусства, ежегодно проводимого Детской футбольной лигой. В паре с другим знаменитым голкипером, Алексеем Прудниковым, бывший армеец делился с ребятами секретами мастерства. А те, хотя никогда не видели его в игре, потом с гордостью сообщали родителям: «Мама, меня сам Новиков похвалил!»

– Нравится работать с детьми, Валерий Иванович?
– Очень. И они получают удовольствие, и я. Главное, чтоб эти уроки им пригодились. Не все станут профессионалами, но спорт наверняка пойдет им на пользу.

– Вы же не только ребят тренируете?
– Совершенно верно. Уже полтора десятка лет работаю с командой известного строительного холдинга. Ну, и сам играю в матчах ветеранов. Бывает, ездим по стране. Люди приходят посмотреть на тех, за кого болели в юности.

– На улице, в транспорте вас узнают?
– Не скажу, что шага не дают ступить (смеется), но узнают довольно часто. Подходят, здороваются, желают счастья. Иногда слышу: смотри, вон Новиков, вратарь ЦСКА, идет. А ведь уже почти тридцать лет не играю.

– Видимо, мало изменились?
– Только больше стал (смеется).

– Если не секрет, какой у вас сейчас вес?
– А чего тут скрывать? Сто тридцать килограммов. Когда играл – было сто.

– Надо же. А в справочниках писали, что восемьдесят пять.
– Занижали справочники.

– Фотография Валерия Газзаева без усов есть. А у вас такая имеется?
– Нет. Как стали расти, так ни разу и не сбривал. Всю жизнь с усами.

– В 80-е вы были одним из самых популярных игроков ЦСКА. Но вы ведь не совсем армеец?
– Да, я воспитанник «Локомотива». Там и начинал, но потом перешел в ЦСКА и защищал его ворота одиннадцать лет. Конечно, я в первую очередь армеец. Но и «Локомотив» мне не чужой.

– Вы же еще игроком «Локомотива» были, когда стали чемпионом Европы-1976 среди юношей?
– Совершенно верно. Меня Сергей Михайлович Мосягин взял в команду, хотя особого опыта не было: в «Локомотиве» считался третьим вратарем после Золтана Милеса и Бориса Когута. Но после того как мы прекрасно выступили в Венгрии, вернулся и играть за клуб стал чаще.

– Но на молодежный ЧМ-1977 в Тунис поехали не вы, а ваш однофамилец, причем тоже из ЦСКА. Не все армейские болельщики знают, что в их клубе было два вратаря Новиковых.
– Да, это был Саша Новиков, он был на год моложе меня. К сожалению, в 91-м погиб в автокатастрофе. Саша стал чемпионом мира, но в ЦСКА у него отчего-то не заладилось, и он уехал в Смоленск.

– А вас взяли на его место?
– Может быть. Подошел срок служить в армии – и я оказался в ЦСКА, который тогда тренировал Всеволод Михайлович Бобров.

– И сразу же – в первую сборную СССР.
– Никита Павлович Симонян вызвал меня на товарищеский матч с финнами. Я вышел во втором тайме при счете 4:0 и через пять минут отбил пенальти. Потом два пропустил все же, но в итоге мы разгромили финнов – 10:2! Тогда еще Валера Петраков дебютировал и сразу забил.

– Почему следующего матча за сборную пришлось ждать шесть лет?
– Такая конкуренция была тогда среди вратарей. В каждой команде высшей лиги был голкипер, достойный играть в сборной. Тяжело было пробиться. За молодежку играл.

– И стали чемпионом Европы.
– Было дело. В 1980-м, незадолго до московской Олимпиады. Хорошую команду собрал тогда Валентин Александрович Николаев. Мы дошли до финала, где провели два тяжелейших матча со сборной ГДР. Все решил гол Юрия Суслопарова после паса Валерия Газзаева. Я и когда вышел из возраста, несколько встреч сыграл за молодежку: по регламенту можно было выпускать двоих игроков старше 23 лет.

– У вас ведь был шанс сыграть на большом турнире, верно?
– Имеете в виду Олимпиаду-1984 в Лос-Анджелесе? Вы правы. Был хороший шанс не просто там сыграть, но и победить. Очень приличную команду собрал Эдуард Васильевич Малофеев. Готовились поехать и выиграть или хотя бы призерами стать. И могли ведь! Но СССР ответил американцам на бойкот московской Олимпиады своим бойкотом, и мечты остались мечтами.

– Именно вы планировались в олимпийскую команду в качестве основного вратаря?
– Да. Вообще-то основным был Вячеслав Чанов из «Торпедо», но он в товарищеской игре сломал палец. В последней отборочной встрече (с Венгрией – 0:1. – Прим. ред.) играл уже я. И наверное, сыграл бы в Лос-Анджелесе. 84-й начинался хорошо, но неважно закончился...

– Вы о вылете ЦСКА из высшей лиги?
– Да. Никто не ожидал такого поворота.

– Скажите, почему в отличие от хоккейного или баскетбольного ЦСКА футбольная армейская команда в те годы чаще огорчала болельщиков? Неужели министерство обороны не могло создать и футбольный суперклуб?
– Мне трудно судить. Сказывались, наверное, частая смена тренеров, текучка игроков. Не все приходили в команду с желанием играть – многие просто шли отслужить два года и уйти.

– Вы к таким не относились – наверное, поэтому вас так любили болельщики. Кричалки про вас придумывали.
– Три или четыре точно было. Не скрою, приятно было слышать свое имя с трибуны. Но я не один такой: были и другие люди, преданные ЦСКА, – Юрий Аджем, Юрий Чесноков, Александр Тарханов.

– Сколько тренеров сменилось в ЦСКА за ваши одиннадцать лет?
– Давайте посчитаем. Пришел я, как уже говорил, при Боброве. Потом был Сергей Шапошников, затем Олег Базилевич. После него нас возглавил Альберт Шестернев – помню при нем отличный отрезок выдали: киевское «Динамо», например, разгромили – 4:1. Но потом и Шестернева убрали. На короткое время вернулся Шапошников. Потом на долгие четыре года пришел Юрий Морозов. А его вновь сменил Сергей Иосифович. Вот такая у нас история.

– Первым номером вы стали при Базилевиче?
– И да, и нет. Когда я пришел, основным был Владимир Астаповский, один из сильнейших советских вратарей. Но Всеволод Бобров уже подпускал меня к основе. При Шапошникове в 79-м мы с Владимиром играли примерно поровну. А пришел Базилевич, и Астаповский отправился в Хабаровск. С тех пор играл я. Были моменты, когда ненадолго терял место в основе – тогда Юра Шишкин его занимал, – а в 87-м мы выходили примерно поровну с Вячеславом Чановым.

– Вы считались специалистом по отражению пенальти…
– Со стороны виднее. Наверно, были и более преуспевшие в этом деле вратари. Но несколько ударов с «точки» я взял.

– Самый памятный?
– Сейчас подумаю. Наверное, в 81-м, в игре с Минском. Ничья – 1:1, и минут за 15 до конца пенальти в наши ворота. Помните, у минчан играл Александр Прокопенко, смуглый такой, подвижный. Вот он и вызвался бить. Потащил я тот удар, а потом в ворота «Динамо» 11-метровый поставили. Юра Чесноков не промахнулся.

– Вернемся к тому вылету ЦСКА, первому в истории. Может быть, причина в отказе Морозова от услуг лидеров – в первую очередь Чеснокова и Тарханова?
– Скорее всего, так и есть. Юрий Андреевич форсировал смену поколений. Сначала избавился от Аджема и Чеснокова, потом в опалу попали Тарханов, Глушаков и Колядко. Стал вводить молодежь – а она оказалась не готова. Вот и просели во втором круге. Пришлось строить команду заново – пришли футболисты из юношеской сборной СССР, бронзового призера чемпионата Европы: Савченко, Иванаускас, Татарчук, еще Валерий Шмаров. Мы хорошо выступили в первой лиге, заняли второе место. Но придумали сокращение высшей лиги, и пришлось играть в переходном турнире. Там-то мы и споткнулись. Год спустя со второй попытки вышли – в «золотом матче» обыграли «Гурию».

– Но всего на год...
– Сам не знаю почему. Пришли Игорь Корнеев, Валерий Брошин, Сергей Веденеев. Хорошая команда складывалась. Помню, как мы в Киеве победили на майские праздники. Но чего-то нам не хватило. Во втором круге – спад. Был решающий матч с «Зенитом»: или мы остаемся, или они. И тут Чанов промахнулся на выходе, и ленинградцы забили – 1:1 (эта ничья для ЦСКА оказалась 11-й, и очка за нее армейцы при существовавшем тогда лимите – не более 10 ничьих – не получили. – Прим. ред.). Пришлось нам снова в первую лигу собираться.

– А вы покинули ЦСКА.
– Не сразу. Какое-то время числился в составе, но играли Юрий Шишкин с Хасаном Биджиевым. Не хотелось снова в первую лигу идти, вот и попросил подыскать мне вариант за рубежом. И оказался в Группе советских войск в Чехословакии. Играл там и за сборную наших военнослужащих, и за клуб чехословацкой первой лиги.

– И как вам тамошняя первая лига?
– Весьма добротный футбол был. И зрителей немало. Отыграл там три года и не жалею. А потом войска стали выводить, я демобилизовался…

– Простите, в каком звании?
– Капитан. Вернулись мы осенью 91-го в Союз. Помните, какое время было? Сначала пришлось непросто. А потом привык. Занимался бизнесом, затем устроился в строительный холдинг, где тружусь по сей день.

– Футбол смотрите?
– Конечно, и по телевизору, и на стадион иногда выбираюсь.

– Пристальнее всего за коллегами следите?
– Естественно. Вратарь – это навсегда.

– И как вам нынешние вратари?
– По-разному. Раньше было ощущение, что Игорь Акинфеев намного превосходит коллег. Не дай Бог травма – сборной придется непросто. Сейчас несколько иначе. Нет, Игорь не стал играть слабее – напротив, стал мудрее, опытнее. Но появились и другие сильные вратари. Например, Сослан Джанаев. Не смог пробиться в ЦСКА, в «Спартаке» не получилось, но он не сдался и теперь стал одним из лучших.

– А Селихов? Крицюк?
– Тоже способные парни. Но пусть еще поиграют, наберутся опыта.

– Вам доводилось общаться со многими знаменитыми людьми. Кто из них произвел на вас наибольшее впечатление?
– Лев Иванович Яшин. Он был руководителем наших делегаций, выезжавших за рубеж, и разговаривал с нами довольно часто. Очень добрый и простой был человек. И на редкость обаятельный. Никакого давления авторитетом, никакой звездности. Подойдет, поговорит, подскажет. Мне советы Льва Ивановича много раз помогали.