«Спартак» попросил за меня € 15 млн». Почему Павел Яковлев не уехал в «Челси» Абрамовича?

– С профессиональным футболом закончили или ещё допускаете вариант возвращения?
– С профессиональным футболом история не закончена. Были варианты уехать в высшую лигу Казахстана, но не хочется опять путешествовать по всем странам. Было бы за что бороться: варианты не из топ-10 даже. К тому же, важной составляющей для меня сейчас является медийное развитие. У меня много эфиров на «Матч ТВ», «Окко», «РБ», веду передачу «Спартак life», а также являюсь экспертом рейтинга зрелищности «Совспорта». Не хочу терять то, ради чего много старался. В медийном плане стараюсь сделать себе имя, чтобы оно потом работало на меня. Сейчас у меня тренировки, съёмки, мало времени на отдых.

– Во времена, когда Карпин подтянул вас в основу «Спартака», он только начинал свой тренерский путь. Есть может, какая-то история, связанная с вами, которая лично для вас характеризует Валерия Георгиевича?
– Валерию Георгиевичу Карпину я благодарен за возможность заиграть в самом великом клубе страны. Его можно охарактеризовать тем, что он много доверяет молодым. Очень мало российских тренеров это делает, за исключением Игоря Осинькина. Карпин даёт совсем неизвестным ребятам шанс стать большими игроками. В тот период он подтянул меня и Жано Ананидзе в основу «Спартака». Валерий Карпин очень правильно направляет молодых ребят в плане психологии, умеет найти подход ко всем. Не каждый тренер умеет работать с молодыми футболистами, тем более в «Спартаке», где всегда нужно бороться за самые высокие места. Нет времени на то, чтобы дать возможность почувствовать уверенность, нужно сразу давать результат. Мы тогда были готовы к этому, Карпин нам дал возможность. Боролись тогда за чемпионство, но, к сожалению, «Рубин» оказался сильнее. Мы достаточно хорошо себя проявили.

– Насколько согласны со словами Билялетдинова? «Во многом [был не согласен с Карпиным - прим.]. Это касалось, например, мата и оскорблений в адрес игроков на тренировках. Нельзя ставить себя выше в каком бы положении ты ни был. Коряга, мешок с говном – в адрес заслуженных людей. Да, может, это стиль работы, но ждать после такого положительной реакции как-то странно».
– У меня было много тренеров в карьере, которые и не такие слова подбирали. Карпин этим хотел не обидеть, а завести игрока в шуточной манере. Я не согласен с Динияром. От Валерия Георгиевича такие оскорбления не несли серьёзности. Наоборот, он где-то подбодрил, где-то наругал. Это нормальная история тренера, который начинает свой путь.

Его любимое выражение: «Ну, и?». Когда проходит теория, он спрашивает, почему не добежал в моменте, на что он отвечает это. На это «Ну, и?» можно бесконечно отвечать. Пока ты истину не скажешь, что не хотел бежать или устал, он не успокоится. С его стороны никогда не было негатива. Были неприятные действия, когда он отправлял в аренду или не доверял, но это часть футбола. С возрастом я пришёл к тому, что тренер себе не враг, поэтому все действия принимает осознанно. В плане тактической гибкости мы постоянно меняли схему, тренировочный процесс при Карпине был интересным, классные мысли от него. Он рассказал очень много важных по-футбольному вещей. Как тренер Валерий Георгиевич тогда был не особо опытным, но как футболист легендарным. Повезло, что он выступал на той позиции, на которой и я, поэтому было много подсказа. В тренерском штабе тогда было достаточно опытных людей, например, Андрей Тихонов, поэтому я многое получил для своего развития. Тактически «Спартак» тогда всегда менялся под соперника, мы были гибки.

– Сейчас Карпина часто называют переоцененным тренером, что он не заслуживает большие назначения, мол у него нет ни одного трофея. Согласны с этим?
– В последнее время сложно соперничать в РПЛ, выросла конкуренция. «Краснодар» выиграл сейчас чемпионство, до этого была шестилетняя гегемония «Зенита». В таких реалиях тяжело бороться за чемпионство, не находясь в составе сине-бело-голубых. Считаю, что Карпин неплохо поработал в «Спартаке» и «Ростове». Думаю, то, что он ничего ещё не выиграл, давит на него, поскольку уже давно работает тренером. Не за горами титул от Карпина, я в него верю.

– Реально ли у Карпина в спартаковские годы был состав, способный бороться за чемпионство?
– В наше время был очень сильный «Рубин» с топовым Курбаном Бердыевым. С ними тогда тяжело было бороться. Играли как раз с казанцами стыковой матч на «Лужниках», проиграли 0:3. Наверное, это была показательная игра, можем ли мы бороться за чемпионство или нет. Тогда была череда событий, не позволившая стать чемпионом, но состав у нас был топовый, один из сильнейших в лиге. Проиграли мы чемпионство сами.

– Недавно известный блогер и болельщик Илья Мэддисон называл Карпина шарлатаном, всячески ругался. Что думаете по поводу его слов?
– Это мнение Ильи. Чтобы судить о том, шарлатан ли Карпин в истории с «Динамо», нужно дать время. Вы что, хотите, чтобы Валерий Георгиевич пришёл и сразу сделал вас чемпионом? У «Динамо» большая проблема с составом, в частности с травмами. Пришедшие под Карпина игроки слабее тех, кто ушёл. Мэддисона я могу понять, как и любого другого фаната «Динамо». Всё хотят видеть бело-голубых чемпионами, но дайте тренеру время, делайте выводы через год-полтора. Сейчас все команды барахлят, «Спартак» и «Зенит» – не исключение.

– Чем Карпин запомнился как менеджер?
– В 2011-м году заняли в группе лиги чемпионов третье место, что дало нам право попасть в плей-офф лиги Европы. В Тарасовке нас собрал Карпин и предложил два варианта премирования. Первый – за каждый матч получать, условно, один рубль, второй – получить сто рублей за выход в полуфинал. Мы с командой подумали, что в розыгрыше очень сильные команды, например, «Аякс», «Порту» с Фалькао, Халком и Хамесом Родригесом. Решили, что правильнее будет идти от игры к игре и получать премиальные за отдельный матч. Сказали об этом Карпину, на что он нам: «Вы чё, епт, выигрывать не хотите? Три раунда пройдите и заберите деньги». Соответственно, он нас переубедил. Мы прошли «Базель», «Аякс» с Эриксеном и впоследствии ставшими мировыми звёздами игроками, а от «Порту» получили в обоих матчах по пять мячей. Мы тогда нормально могли заработать, но не получили ничего.

– Какой еврокубковый выезд запомнился больше всего за карьеру?
– Это был матч в Амстердаме, когда мы обыграли «Аякс» 1:0 в 1/8 лиги Европы. Стадион там просто сумасшедший! В то время там были нереальные технологии: поле выезжало и заезжало, крыша закрывается. Как будто игра на приставке! Победить тот «Аякс» было для нас подвигом. Мы ехали туда, понимая, что шансов нет, а по итогу прошли дальше.

– Были ли проблемные выезды?
– Мы играли с «Фенербахче» на выезде. Там на стадионе скамейка простая, как на любом стадионе в России. Турецкие болельщики тогда показали всю ненависть, закидали нас бутылками. Уезжали мы тоже тяжело оттуда, наш автобус закидывали всякими предметами. Это был очень опасный выезд.

В Турции футбол – это религия. Была история, что главный фанат «Галатасарая» украл жену главного фаната «Фенербахче», делал с ней ужасные вещи, а потом отпустил. Муж убил её, и не смог простить себе, что ей пользовался фанат другой команды.

– А где болельщики произвели хорошее впечатление?
– У «Селтика» сумасшедший стадион, поддержка. Там бабули и дедули сидят вместе в мерче клуба. В Глазго по-семейному болеют за свой клуб. Наверное, там у всех есть футболки с любимыми игроками, и они хранят их как паспорт. Шотландцы очень громко поют. Выходя на поле, ты вообще ничего не слышишь.

– В «Спартаке» уже много лет не может раскрыться ни один воспитанник из нападающих. Был Мелешин не так давно, но свои шансы не получил и был сослан в «Сочи». Как думаете, почему из года в год в атаке красно-белых никто не может раскрыться из своих?
– А кто у нас раскрывает своих, если не брать ЦСКА? Армейцы живут по средствам, не могут как «Спартак» покупать дорогих футболистов, поэтому дают шанс своим. Не думаю, что академия у красно-белых функционирует плохо, ведь там работают квалифицированные специалисты. Жаль, что в «Спартаке» молодые не играют, появляются только на Кубок России или на 15 минут в чемпионате, не могут себя проявить. Надеюсь, что у Никиты Массалыги получится, и его чаще будут выпускать на поле. Парень хороший, на Кубок он неплохо играет.

В «Спартаке» тяжело развиваться молодому, потому что всегда нужен результат. Здесь никто не будет ждать и давать возможности развиваться. Либо ты приходишь и даёшь сразу результат, либо едешь в аренду. Я сам столкнулся с такой проблемой в «Спартаке». Любой футболист развивается только когда играет, выходит из зоны комфорта, а не тренируется и выходит за дубль. В «Спартаке» на это нет времени. Надеюсь, наступит время, когда красно-белые захотят хотя бы два сезона поиграть своими воспитанниками, не думая о результате. Также вокруг ребят должны быть реально сильные легионеры, как Барко и Жедсон. В моё время был бразилец Алекс, на которого я смотрел, вытаращив глаза. Ты смотришь, как топовые иностранцы мыслят, готовятся к играм, тренируются, за счёт чего ты становишься лучше. Играя с иностранцами мне просто нужно было бежать в зону, а я понимал, что он отдаст передачу куда нужно. Я бы хотел, чтобы в «Спартаке» дали играть молодым, как в ЦСКА. Народная команда должна дать двум-трём ребятам возможность на развитие, может кто-то из них выстрелит.

– Новый лимит на легионеров пойдёт на пользу «Спартаку»?
– Думаю, что новый лимит поможет всем командам РПЛ, поскольку будет меньше странных трансферов с сомнительного качества легионерами. Раньше к нам приезжал Виллиан за € 35 млн, и он реально давал разницу. Чтобы сейчас пригласить в РПЛ топового футболиста, нужно заплатить не € 30 млн, а € 130 млн, и тогда он будет давать качество. В нынешних реалиях за эти € 30 млн приезжают просто нормальные футболисты, но они не играют на голову выше. Сейчас в футболе произошла инфляция, купить по-настоящему крутого иностранца сложно.

– Такое ощущение, что в «Спартаке» история со своими игроками циклична. В ваше время не ставили в состав, потому что за легионеров заплатили деньги, и они должны играть, сейчас тоже. Какое у вас мнение на этот счёт?
– В моё время крайними защитниками в «Спартаке» были русские, соответственно, в атаке иностранцы. Я лично не конкурировал с россиянами, а только с легионерами. Я играл с Быстровым, Бояринцевым и Баженовым, но в какой-то момент вектор поменялся и начали брать атакующих хавбеков только из других стран. Были и сомнительные трансферы, например, как Эберт. 

В первый сезон я здорово выглядел, а во втором мне перестали давать игровое время. Такая история почти у всех молодых, и тебе нужно время, которое в «Спартаке» не дадут. Легче привезти Эберта за € 1,5 млн, и считать, что он заведомо лучше тебя, хотя это не так. А ставили его в состав, потому что деньги заплатили. Он не уровня «Спартака», не раскрывается, средства отдали большие, соответственно, от него нужно избавиться. Чтобы его продать, надо снова ставить в состав. Таким образом раньше постоянно было. Но приезжали и топовые легионеры, с которыми конкурировать смысла не было, как Макгиди. Как ты у него выиграешь место в составе? В «Спартаке» сложно проявлять себя в атаке, тем более на протяжении долгого времени. В эту линию постоянно идут трансферы, одни иностранцы. Такой вектор у клуба. Мне, как молодому футболисту, приходилось идти на жертвы, уезжая в аренды. Считаю это хорошим опытом, ведь лучше играть, чем смотреть футбол со скамейки. В «Крыльях» тогда было очень непростое время, мы боролись за выживание, а это тяжелее, чем за чемпионство. Когда ты каждый год претендуешь на золото, то у тебя ничего не меняется, каждый раз задачи те же. Если не выиграешь – ничего не будет. Если ты вылетел – попробуй потом ещё из ФНЛ залезть обратно.

– В последнее время есть капризные легионеры, которые опаздывают на сборы, шантажируют клубы. Например, Бителло, Вендел, Виктор Мендес. В ваше время было по-другому?
– Раньше легионеры себя так не вели, более профессионально подходили к делу. Они не опаздывали на сборы, пропускали тренировки только по уважительным причинам. Понятно, почему тренеры сейчас не применяют наказаний, ведь легионеры играют на ведущих ролях. Они могут озлобиться, наложить санкции, а иностранец потом вообще играть не захочет.

В России предвзятое отношение к иностранцам в любой сфере. Мол, если легионер, то он лучше. Даже на бытовом уровне мы так относимся. Надо ценить своих. Обидно, что мы в своей стране уделяем внимание иностранцам, а о своих не думаем. Хорошо, что сейчас в этом плане стало получше, пошла тенденция на то, чтобы хвалить россиян, достойно себя проявляющих. 

Валерий Карпин рассказывал, что когда он приехал играть в Испанию, ему нужно было быть на голову сильнее местного футболиста, а у нас с иностранцев пылинки сдувают. Легионер уже понимает, что будет играть в старте, что бы не случилось. Если ошибается иностранец – ничего страшного, пусть играет дальше, а когда то же самое делает русский, то он отправляется на скамейку или в аренду. Нужно сделать так, чтобы иностранцы доказывали свою состоятельность, а не приезжали уже на статусе основных. Они должны поднимать уровень нашего футбола, а за счёт этого и уровень местных молодых пацанов. Не надо привозить, лишь бы просто привезти, а потом искать, как избавиться.

– Из-за жёсткой конкуренции с легионерами не было недопониманий? Может смотрели на них как-то косо, относились чуть предвзято?
– Моментами были такие мысли, но показать на публику ты этого не можешь. Было в «Спартаке», когда объективно более сильные русские ребята сидели на скамейке под более слабыми иностранцами. Стараешься при себе держать недовольство, лучше работать на тренировках. Один раз я закусился на сборах с Ибсоном. Играли на тренировке, я отнял у него мяч, за что он специально сзади мне дал по ноге с замаха. Я развернулся и на эмоциях с ним начал общаться, потолкались, чуть до драки не дошло. Пободались – и всё. Была история, когда Эменике с Ари подрались на почве каких-то слов, условно, один другого шоколадом назвал.

Когда я только пришёл в «Спартак», на двусторонках все дико рубились. Была ситуация, что кто-то влетел в стык, а дальше Федя Кудряшёв и Бояринцев полетели на Веллитона, тот – на них. Когда ты находишься в конкурентной среде, такие стычки имеют место быть, и команда становится сильнее.

– Кто был самым шумным из легионеров?
– Каждый легионер со своими причудами, но Эменике – самый громкий, вообще ужас. Я жил в Люберцах и ездил на тренировки в Тарасовку оттуда. Постоянно дорогу ремонтировали, пробки на МКАДе. Мне было выгоднее в семь утра проснуться, 40 минут доехать до базы и лечь ещё поспать до десяти. Если бы я в девять выезжал, то ехал бы два часа. Обычно я приезжал на базу и сразу ложился спать. Мы жили с Эменике в одном номере. Как только он заходил, специально меня будил: «Вставай! Тренировка! Ты проспишь!». Я всегда на него злился, что он так за час до сбора делал.

Эменике очень любил намазываться кремами для увлажнения тела, поскольку у него сухая кожа. После душа он всегда мазался, поэтому метров за 10 до нашей комнаты пахло так, будто это клубничный рай. У него этих кремов штук 10-15 было.

– Цитата Дмитрия Гунько о Яковлеве: «Очень самокритично к себе относится. Порой даже чересчур: иногда приходилось останавливать парня в его самоедстве. Но именно это качество и помогло Паше пробиться в основу». 
– Согласен полностью, я после каждой игры сильно переживал. После матчей созванивался с агентом и разбирал моменты. По пальцам двух рук можно назвать игры, где у меня нет вопросов к себе. С другой стороны, это хорошо, ведь мне не наплевать, как сыграл. Важно найти золотую середину. Когда ты молод, это тяжело, ведь ты сталкиваешься с трудностями, конкурируешь за место в составе. Мне кажется, Кокорин вообще никогда самоедством не занимался, за счёт чего и играл. У каждого разный психотип. Я не смог себя перестроить, но это самоедство помогло пробиться в основу «Спартака».

– Насколько тяжело было уходить из «Спартака»? Как относитесь к той чистке состава Карреры перед триумфальным сезоном? (Ушли: Яковлев, Гранат, Паршивлюк, Кирилл Комбаров, Брызгалов, Юра Мовсисян, Ромуло, Зотов, Коста, Зуев)
– Тяжело было уходить, поскольку сезон оказался чемпионским, хотя, я так до старта не думал (смеётся). После Аленичева пришёл Каррера и произошла эта чистка состава. Значит, проблема «Спартака» была во мне, и в тех, кто ушёл (смеётся). Мы там были по пять лет в клубе, а кто-то и по 10, как Паршивлюк, становившийся даже капитаном. Наш уход положительно повлиял на клуб, хотя, думаю, там скорее команда объединилась. Нам по факту сказали: «Ребята, вы нам не нужны. Ищите себе команды, мы готовы расторгать контракты». «Спартак» заплатил за расторжение контракта, но до меня дошли не все деньги. Это большая сумма, даже не буду говорить. На эти деньги можно было бы купить хорошую квартиру в Москве, в Люберцах. 

Мы с Серёгой Паршивлюком перешли в «Анжи», тогда клуб спонсировал Керимов. В клубе был Обертан Габриэль, игравший в «Манчестер Юнайтед», возглавлял команду тренер сборной Чехии Врба. Для нас это был хороший вариант. По финансам потеряли, но условия были хорошими. Мы жили в Кратово, тренировались в Москве. Это хороший проект.

– Правде, что в «Анжи» была у вас зарплата ₽ 4 млн в месяц?
– Меньше раза в два. Знаю, сколько сейчас получают футболисты, и я просто в шоке! В два-три раза больше получают игроки, средние по меркам РПЛ. В то время у меня была средняя зарплата. Не самая большая в «Анжи», а в «Спартаке» и подавно. Приезжали иностранцы, получавшие космические деньги. У меня не было ни одного клуба, где я получал больше всех.

– По финансам тяжело было опускаться после «Спартака»?
– Всегда тяжело получать меньше после хорошего контракта. Сложнее всего было, когда поехал после РПЛ в ФНЛ. Там очень большая пропасть по зарплате. Ты там получаешь в четыре раза меньше, чем в высшей лиге. Когда у тебя семья, квартплата и прочее, получать в несколько раз меньше реально сложно. Всегда приятнее постепенно подниматься. Я же в «Спартаке» не сразу получил хороший контракт. В первый сезон у меня была зарплата $ 500 в месяц. Я жил за счёт премиальных за игры. У меня ещё была зарплата в дубле, за каждые пять игр оклад рос на $ 500. Сыграл половину сезона, начал получать $ 1500. В то время в «Спартаке» не разбрасывались финансами, нас постепенно подготавливали к этому. Потом я уехал в «Крылья Советов», стал лучшим молодым игроком года и вернулся в «Спартак» на других условиях, доказав состоятельность.

– Крыша не поехала от нового контракта?
– Нет, я же начал сидеть в «Спартаке». У меня не было понимания, почему я был лучшим молодым игроком всего чемпионата, а теперь сижу на скамейке без шансов. Мне даже пяти минут не давали. Было тяжело психологически. Требования к себе я не снизил. Я о себе могу много хорошего говорить, но, видимо, был не достоин тогда или не держал уровень. Спустя время можно думать, как угодно, но тогда я не понимал, как сижу на скамейке, ещё недавно став лучшим молодым игроком.

– Бытует такое мнение, что вы не реализовали свой потенциал, поскольку каждый раз уходили в аренды и пытались вернуться каждый раз в «Спартак», когда могли уйти и в долгосрочной перспективе и обустроиться в другом клубе, например, в «Крыльях». 
– У меня был действующий контракт со «Спартаком», ничего поделать не мог. В один из сезонов, когда не играл в клубе, мне говорили, что «Динамо» предлагало за меня от € 3 млн до € 5 млн. «Спартак» попросил за меня € 15 млн. Бытует мнение, что мне надо было полностью уходить в «Крылья», но ведь за меня должны были ещё они заплатить. Я же не могу посередине контракта сказать, что уезжаю в Самару играть за бесплатно. Не всё так просто, как кажется. Видимо, в «Спартаке» верили, что я раскроюсь и буду стоить эти € 15 млн. Ещё не факт, что ушёл бы в «Динамо» со своей любовью к красно-белому клубу. Из «Спартака» легко можно уйти, а вернуться ты не сможешь. Туда два раза не приглашают. Это наша народная команда. Куда бы ты ни приехал, везде знают «Спартак».

– Александр Медведев говорил, что «Зенит» – народная команда.
– Каждая лягушка хвалит своё болото. «Зенит» со временем влюбил в себя болельщиков, но самая большая армия фанатов в «Спартаке». Это история не нынешнего поколения, а ещё прошлого, когда они творили чудеса в 80-е и 90-е.

– В течение карьеры вы поиграли на всех позициях, кроме, наверное, центрального защитника. Как думаете, почему на протяжении карьеры не закрепились на конкретной позиции?
– Я в «Спартаке» даже играл правого защитника при Эмери и Якине. Не знаю, почему так получилось, что постоянно играл на разных позициях. Я всегда относился так, что играть на любой позиции – моя обязанность. В «Анжи» у нас не было правого защитника. Я тем более был капитаном, поэтому приходилось играть там. Каждый тренер видит по-своему. Я играл справа в защите, с краю в полузащите, атакующего полузащитника, нападающего, а сейчас вообще в опорной зоне.

– В «Мордовии» с Юрием Сёминым вы заняли рекордное восьмое место в РПЛ, хотя в составе не было звёзд. Можете объяснить феномен этой команды? Юрий Павлович насколько сильно обеспечил этот успех?
– У нас была хорошая команда, достойные европейцы. Виктор Васин в защите играл, Антоха Коченков, Антон Бобёр, Илья Чебан. У нас ещё же был Хайкин. Я до сих пор пишу Никитосу, поздравляю с победами в еврокубках. Тогда он был молодым парнем, тренировался и верил в свою мечту, а сейчас доходит до полуфинала лиги Европы, тащит пенальти. Никита – молодец, передаю ему привет. Причём, он всегда отвечает на сообщения.

Время хорошее было в Саранске. Юрий Сёмин давал нам уверенность в своих силах. Он всегда на стиле, прекрасно выглядел, особо не грузил нас, сборы были потрясающими. Психология у него была на первом месте. У него самым главным было не проиграть единоборство. Когда Юрий Палыч проводил теорию, говорил: «Яковлев, у тебя 12 единоборств – мало, надо больше. Выиграл 56% из них – мало, надо больше». У нас было матчи неинтересные для просмотра, с минимальными счетами, но играли строго. Благодаря этому мы и побеждали, натирали всегда очки. Феномен той Мордовии был в том, что мы держали всё в коллективе. Надо отметить, что по финансам всё было хорошо, платили вовремя. Для мотивации футболиста это хорошо, тем более премировали достойно. Юрий Палыч иногда даже из своего кармана премии давал. Он, итак, легенда, а тут уважение ещё возрастало. Мы ходили в ресторан «Big Pig», где замечательное мясо. После игр или просто вечером сидели и ели вместе с Юрием Палычем. Он максимально всё делал ради результатов команды. У меня была ситуация, когда получил красную карточку с ЦСКА, и он меня поддерживал. Сёмин сохранил крутую атмосферу, дисциплину. У такого тренера попробуй ещё не бегать, сразу рыкнет – и всё. По-футбольному в такой тактике развиваться было тяжело – мы просто кувались, добывали результат. Восьмое место для «Мордовии» было феноменальным и историческим результатом.

– То есть Юрий Павлович строил команду скорее ментально, нежели тактически?
– Тактика была, но для нас он был больше мотиватором, дядькой, папой, дедушкой, имеющий огромный опыт. Многие тренеры осуждали посиделки после игр. Сёмин говорил: «Где-то посидеть – без проблем. Но если пьёте, пейте дорогой алкоголь». 

Качественная выпивка может пойти не во вред, а в пользу, в нормальных количествах. Я люблю пить вино. Зимой пью бокал красного, оно меня успокаивает. Не могу выпить пять подряд – не моё. Один-два бокала за ужином перед сном – нормально, но не каждый день. На праздники тоже можно позволить бутылочку на компанию, но не больше. У меня в детстве отец пил очень сильно, я этого насмотрелся и не хочу больше повторять. Видел, как мама страдала из-за этого, вместе с ней переживали. В отпуске можно уйти в отрыв – это нормальная история, все мы люди. Для меня приемлемо вечером выпить бокал белого или красного, но качественного вина, за которое нужно платить. Были дорогие вина, например, ₽ 20 тысяч за бутылочку французского. Кто-то меня не поддержит, мол, вино есть вино, не важно, сколько стоит. Но когда ты пьёшь хорошее вино, это чувствуется. От алкоголя можно получать удовольствие, но лишь от качества, а не от количества, и от сочетающейся закуски. Ты же не можешь на BMW поставить колёса от Lada Kalina. Я ещё нормально отношусь к пиву. После игры могу выпить два бокала по 0,3, и оно будет в удовольствие, а больше не могу. В «Спартаке» был Эмери, при котором мы выпивали по бокалу красного вина на сборах – улучшает нервную систему, лучше восстанавливаешься и спишь. При Якине пили по бокалу пива – разгружает и тоже помогает в восстановлении. До игр и тренировок не пили, только после.

– Как у вас появился первый вариант с арендой в «Крылья Советов»?
– Один раз в «Спартаке» Карпин повёз нас в Эстонию, в Таллин, когда в Москве была дымка и нельзя было тренироваться. Я тогда долго не играл, но меня наигрывали в основном составе к матчу с «Локомотивом». Карпин дал нам выходной, и мы пошли всей командой в заведение. Было условие, что вернуться должны до 11 вечера в отель. Не все это сделали. Ваня Саенко организовал посиделку. В 10 вечера смотрю на время, и вижу, что кто-то начинает уезжать, соответственно, я тоже вместе с Алексом и Мартином Штранцльем. Утром на собрании оказалось, что половина команды приехала в отель в час ночи, причём опытные игроки. По возвращении в Москву я не попал в заявку на матч. Прихожу в раздевалку, а там нет моей футболки, хотя приехал в отель вовремя. Все те, кто опоздали – попали в заявку, а я – нет. После игры за дубль ко мне подходит агент и говорит: «Ну что, едем в Самару?». Я вообще не понимал, что происходит. Дисциплинированно готовился к матчу, а мне говорят идти в аренду. Не знаю, почему так со мной поступили. Может, мне надо было остаться до часу ночи тусить, и показать, что я с командой.

– Ваш бывший агент Михаил Череповский, царствие ему небесное, говорил об интересе со стороны «Челси» и «ПСВ». Был ли какой-то оффер или это чисто на уровне интересов и слухов? 
– В «Спартак» прислали предложение по мне из «Челси» и «ПСВ». Тогда в Лондоне был Абрамович. Меня смотрели в «Челси» в дубль, как перспективного игрока под основу. Агент мне звонил, говорил, что есть вариант уехать. Я тогда только начал играть в «Спартаке», насчёт переезда в Европу были сомнения, ведь не знаю язык, и как там всё устроено. У меня за плечами были только половина сезона, а также боязнь уезжать. Я принял решение остаться в «Спартаке», а дальше поехал в аренду. Спустя время уже думаю о том, что надо было ехать и пробовать себя. Федя Смолов ездил в «Фейеноорд» тогда, это был крутой опыт для него.

– Вы в «Анжи» поработали с эпатажным тренером Григоряном. Какие впечатления о нём осталось? Выдавал он в какие-то странные/смешные истории?
– Тренировки у Григоряна были особенными: бой с тенью, единоборства, игра один в один. У него нужно быть сильным ментально и физически. Работать с Александром Витальевичем было интересно, он разбавлял атмосферу своими действиями. На теории разбирали игру, и Григорян сделал акцент на том, что Арсен Хубулов после потери мяча долго возвращался в оборону. Витальевич посчитал примерное количество метров от места потери мяча до штрафной, и за сколько её пробежал. Григорян сказал помощнику засечь время, начал бегать и проделал эту дистанцию быстрее по времени. С одышкой потом стоит: «Я эту дистанцию даже пробегаю быстрее. Ты чё, не можешь?». Со стороны выглядит, будто главный тренер просто носится, но его приколы сближали нас. Он горит футболом и очень искренен. Нужно поработать с Григоряном, чтобы его понять.

– Насколько грамотно распоряжались деньгами в карьере? 
– Я не тусовался, на это деньги не уходили. Зато посетил много стран, это очень затратно. Помимо этого, старался обеспечить комфорт родителям и брату, купив квартиры и машины. Были и неправильные покупки. Раньше не было интернета и тех возможностей, как сейчас. Никто и не думал о том, что можно инвестировать деньги. В наше время ты можешь вложиться в бизнес, недвижимость и прочее. Я приобрёл дом, автомобили, квартиру. Не скажу, что много потерял, но если бы была возможность, то направил бы в своё время деньги в другое русло. Знаю, что сейчас в каждом клубе есть люди, которые сводят тебя с теми, кто умеет распоряжаться финансами. Слышал, что в «Спартаке» Тёма Ребров в плане распоряжения финансами направлял молодых пацанов. Сделали и у нас американскую стратегию, как в НХЛ, где игроки большую часть дохода отдают в инвестиции, а часть оставляют на нужды. Такое начало появляться в России, когда я закончил уже получать большие деньги. Знаю, что кого-то обманывали, но таких историй мало. Сейчас можно вложиться в недвижимость, которая будет работать на тебя. Самый крутой вариант – коммерческая недвижимость.

– А на чём ездите?
– На BMW, всегда любил эту марку.

– В M-пакете?
– Не, я уже вырос из того возраста, чтобы гонять. В Москве сейчас по 500 камер стоит на одной прямой, смысла в быстрых машинах нет. Машина для меня сейчас – просто способ комфортного передвижения, что BMW даёт в полной степени.

– Министр спорта Михаил Дегтярёв предложил ввести список литературы для футболистов на сборы. Как к такому относитесь? Любите почитать книги?
– Я читал в своё время книги по психологии, мысли всякие интересные. Литературой не увлекаюсь. Нет такого, что неделю одну книгу читаю. Если министр спорта решил сделать шаблон для футболистов – ладно. Вряд ли кто-то начнёт читать из игроков. Тот, кто книгу не открывал, и не будет делать это. Тебя же никто не заставят читать, а просто порекомендуют. В любом случае надо учиться. Умный футболист на поле – хорошо, а умный за его пределами – ещё лучше.

– Согласны со стереотипом, что футболисты тупые?
– Не может человек быть тупым, играя в такую сложную игру, как футбол. Если так рассуждать, то половина людей во всём мире тупые. Почему именно футболисты тупые? Потому что у них большие финансовые возможности? Они также развиваются помимо футбола, потому что век игровой карьеры не долгий.

– Насколько я понимаю, вы с Антоном Сосниным очень близки как приятели. Можете назвать его лучшим другом? Был ли когда-то с его стороны какой-то показательный в хорошем плане поступок?
– Мы с Антоном кумовья, я крестил его дочь. Со времён «Крыльев» при Тарханове мы начали дружить и играть, и делаем это по сей день. Антон – хороший человек, всегда поддержит и подскажет. Мы находимся всегда в диалоге, когда у нас трудности в жизни, поддерживаем и выручаем друг друга. У нас всё идёт от души. Вместе праздновали Новый год, отдыхать ездили и так далее. Антон – надёжный человек, на которого можно положиться.

– Бывали те, кто вас подставлял?
– Максимум агенты. Дзюба правильно про них сказал, что когда ты на ходу, то сам можешь выбивать себе контракты. Для каких-то бумажных нюансов ты можешь нанять юриста. У нас так система устроена, что без агента ничего не можешь. В силу своего опыта понял, что мои ожидания – мои проблемы. Верить сейчас очень тяжело и надеяться на кого-то. Есть лишь близкие люди, которые всегда рядом, в трудную минуту помогут и поддержат.

– Расставьте своих бывших тренеров от лучшего к худшему: Унай Эмери, Александр Григорян, Валерий Карпин, Юрий Сёмин, Мурат Якин, Александр Тарханов.
– Лучший – Александр Фёдорович Тарханов. Будучи молодым пацаном, я пришёл в опытные «Крылья», где в меня поверил такой именитый тренер.

Второй – Валерий Георгиевич Карпин. Считаю его хорошим тренером. Он дал мне возможность играть за «Спартак».

Третий – Эмери. Чисто по-футбольному – топовый тренер, многое нам дал.

Четвёртый – Александр Витальевич Григорян. С ним мы прожили большой отрезок. До сих пор общаемся и поддерживаем связь.

Пятый – Юрий Павлович, легенда нашего футбола. Мало с ним поработали, но достигли хорошего результата.

Последний – Мурат Якин. Он ко мне хорошо относился, но мы вообще играли не в спартаковский футбол, а в какой-то навал и бей-беги. Как футболист он сильным был, да и как тренер тоже не слабый, сейчас вообще сборную Швейцарии тренирует. В «Спартаке» он просто был не в прайме.