Генеральная линия. Что успел ровно за год сделать в «Спартаке» Валерий Карпин

На исходе воскресенья звонок доброго приятеля меня просто-таки остолбенил. Мы обсуждали какое-то мелкое дело, для которого нам нужно было увидеться. Но мой приятель, к сожалению, уже приехал домой. А если бы я заехал его поздравить... Если бы я помнил… Вчера у него был день рождения. И вот тут произошел щелчок.

Ровно год назад, вот точно так же, я заехал к нему уже не под вечер даже, а натурально ночью — из ресторанчика все уже переместились в модный клуб, один из тех, что воздвигаются на сезон — после того как в жарком городе мы съели какую-то рыбу в очень милой компании. С Димой Хохловым («Динамо» как раз кого-то обыграло, кажется, «Зенит») и прилетевшим в Москву Валерием Карпиным. Тогда еще совершенно частным лицом.

Это было ровно год назад.

Ну, Хохлов с Карпиным ведь играли вместе. Они, насколько я могу судить, очень близкие друзья. Я же там оказался совершенно случайно. Это был первый визит Карпина в Москву в связи с предложением возглавить «Спартак» — если ничего не путаю, в тот раз их встреча с Леонидом Федуном не состоялась, и пришлось прилетать еще раз. Да, собственно, хоть три раза, хоть четыре — теперь уже совершенно ясно, что это была счастливая мысль.

Я выбирал момент, чтобы задать единственный интересовавший меня по-журналистски вопрос. Беседа-то была непринужденная. И в конце концов я его задал.

Меня интересовало, в какой момент Карпин выбрал, и вообще — был ли этот момент выбора, кем ему продолжать футбольную жизнь, если доведется, — тренером или управленцем. Извините за канцеляризм, но слово «менеджер» тут не подходит, потому что так и тренерская разновидность тоже называется — когда тренер вообще всю спортивную работу в клубе ведет. Ну, как Фергюсон или Венгер. А я имел в виду именно управленческую деятельность, деловую.

— Хороший вопрос, — ответил тогда Карпин. — А я в общем-то и не выбирал. И сейчас еще не выбрал. — И улыбнулся.

Мне почему-то хотелось всегда, чтобы он стал именно тренером. Тренеры получаются из тех футболистов, которые почему-либо не реализовали себя полностью, недоиграли. Причем это далеко не всегда показатель временной — недоиграл; вот Олег Романцев — он ведь не был великим игроком, он был не особенно техничным, например. Ему вот бог не дал играть — в ту меру, в которую, например, дал понимать игру.

Вот и Карпин был футболистом, не самым от природы одаренным. А карьера у него была выдающаяся, и личность в нем угадывать не приходилось — она перла во все стороны. Мне было немного обидно, хотя какое это имеет значение — мало ли что я себе напридумываю, что он вступал на стезю совершенно иную.

Но вот ведь как все повернулось.

Это ведь совершенно парадоксальная карьера — из генерального директора стать тренером клуба. Даже если напрячь голову изо всех сил, и не вспомнишь другого примера. Правда, это если на должности смотреть — тогда не вспомнишь. А для такой фигуры, как Карпин, это на самом деле вполне органично. Чего удивляться, что такой матерый игрок стал тренером? И какая вроде бы разница, где он работал до того? Может, в ГИБДД. А может, ничего не делал. Может, на скрипке учился играть для собственного удовольствия. Не важно просто, да?

Ну а пригласить Романцева консультантом — это что, не парадокс? Да чистейший. Во всяком случае шаг этот настолько, казалось бы, очевиден, а никто не додумался до него раньше. А этот ведь даже и не додумывался. Взял да и пригласил и не парился насчет того, что как бы успехи, если будут, не приписали кому-то другому по ошибке.

Между прочим, интересно же, почему именно Романцева пригласил, правда? Оба тренера, с которыми Карпин реально подолгу сотрудничал в Испании, были на тот момент свободны. И Виктор Фернандес вроде бы вполне похожий стиль практиковал, а Ирурета — тот просто монстр! Я думаю, тут главное в том, что у Романцева действительно есть своя методика, это раз, и второе — что методика эта по своей сути обучающая. А все остальное – уже в третью очередь.

За Карпиным вообще очень интересно наблюдать. Абсолютно все его серьезные, значимые решения кажутся тебе совершенно очевидными. Думаешь: господи, да все просто как! Вот только есть важный нюанс: ты это понимаешь, а по настроению — и восклицаешь ровно после того, как это простое и очевидное сделано. Или сказано.

Кстати (не сравнивая тренерское мастерство), тем же качеством обладает и Гус Хиддинк. А еще мистер Вулф из «Криминального чтива». Помните, с какой надеждой его ждут два попавших впросак гангстера, случайно застрелившие у себя в машине человека и заехавшие в растерянности к приятелю, к которому вот-вот вернется с работы жена? А ведь мистер Вулф всего лишь говорит: «Так, вымойте машину, вымойтесь сами, труп в багажник, сиденья застелим пледами. Да, и кофе мне сварите. Я кофе хочу».

И вот за всей этой простотой и очевидностью, за этими поступками и решениями, вследствие которых — и не только их, конечно, — «Спартак» степ бай степ снова становится «Спартаком», я как-то забыл о главном. И день рождения приятеля мне это напомнил эдаким ведерком холодной воды на загривок.

С тех пор как Карпин пришел в «Спартак», прошел всего-навсего год. Да меньше даже. Всего только год.

А в остальном все естественно, просто и очевидно. И как-то даже кажется, что у любого бы получилось.

А вот и фигушки.