А в пять лет он сел на «Жигули»… На родных проселках первый русский пилот «Формулы-1» Виталий Петров знает каждую колдобину

Корреспонденты «Советского спорта» побывали на родине первого российского автогонщика «Формулы-1» Виталия Петрова. Сходили в гости к его родителям, узнали, сколько нужно денег, чтобы вырастить пилота «Ф-1», ивыяснили, почему его сравнивают с великим Михаэлем Шумахером.

На привокзальной площади Выборга трехметровая стела в виде литеры «W». У города два исторических названия: Wippuri (финское) и Wyborg (шведское). В разные времена Выборг принадлежал то Швеции, то Финляндии, а частью России стал в 1711 году.

Прежде город мог гордиться кинофестивалем «Окно в Европу» да велогонщиком Вячеславом Екимовым. Теперь у Выборга – новый герой, и на привокзальной площади впору ставить еще одну букву. Подписав контракт с командой «Renault», 25-летний выборжец Виталий Петров стал первым российским автогонщиком в «Формуле-1».

Работники привокзальной столовой, шоферы местной автостанции, таксисты, едва мы произносили «Виталий Петров», реагировали широченной улыбкой и поднятым вверх большим пальцем. А седой старичок, показывавший нам дорогу до гостиницы «Выборг», где находится офис отца автогонщика Александра, сильно распереживался.

– Виталик? Да я его еще во-о-от таким шкетом помню: с детства любил машины, уже в шесть лет по городу гонял! Да как водил мастерски: прямо второй Шумахер! Обидно только, что у нас в Выборге телевизор всего шесть каналов показывает. Не посмотреть, как Виталик ездить будет…

– Похоже, и правда у сына на роду было написано стать автогонщиком, – мы разговариваем с Александром Петровичем в его офисе, где множество фотографий Виталия на фоне болидов GP (младшая сестра «Формулы-1»). Петров-старший пьет уже, наверное, десятую чашку кофе и отвлекается на телефонные звонки. С минуты на минуту в Валенсии его сын стартует в первых в своей жизни тестах «Формулы-1» – бок о бок с легендарными Шумахером, Алонсо и Баттоном.

– Когда ему было два с половиной года, я научил его ездить на двухколесном велосипеде всего за полчаса! Сперва Виталик пару раз потерял равновесие, чуть не упал, но потом покатил так, что я догнать не мог! А за руль автомобиля он сел, не поверите, в пять лет! Я, конечно, сидел рядом. Тогда у нас была «четверка». Как он доставал ногами до педалей – ума не приложу! Мы катались по проселочным дорогам, и я постоянно ставил ему задачи: то педаль газа в пол утопить и вписаться в поворот, то с закрытыми глазами участок дороги преодолеть. Он несколько раз проезжал по участку, хорошо его запоминал. Для чего я это делал? Готовил сына к сложным жизненным ситуациям. А за год Виталик так освоил машину, что стал свободно ездить по городу. Я почти не помогал, только сидел рядом. Тогда я уже купил спортивную «Мазду».

– Гаишники не останавливали?

– Был случай. Остановили, попросили предъявить права. Я выхожу из машины: «Мои права или его?» Гаишник смотрит на меня, переводит взгляд на Виталика, сидящего за рулем, и впадает в ступор. Потом погрозил мне пальцем: «Александр Петрович, не сажайте больше сына за руль!» – «Все, больше не буду», – отвечаю.

– Готовили сына к жизни, а подготовили к «Формуле». Когда вы поняли, что Виталий способен достичь таких успехов?

– Да еще в детстве. Сын ведь не только с велосипедом и машиной общий язык нашел. Он и на лошади сразу же поскакал, и катером за час управлять научился. Тренеры обратили внимание на Виталия в 12 лет. Тогда у нас в Выборге проходили взрослые соревнования, среди гонщиков – сплошь мастера спорта и кандидаты. Так вот, в компании этих матерых мужиков Виталик занял восьмое место! Тогда-то с ним и начал заниматься наш местный специалист Сергей Васильев.

А в 14 сын выиграл первые большие соревнования: ралли-спринт в Петербурге. И там его заметил питерский тренер Юрий Ничипорук. Потом была победа в Кубке «Лады» в Тольятти, где Виталий установил абсолютный рекорд, набрав 500 очков из 500 возможных. В качестве приза ему дали «Ладу», на которой он потом гонялся. После этих соревнований, кстати, Виталик получил свое нынешнее прозвище – «Выборгская ракета». А в двадцать лет на той самой «Ладе» он занял второе место в «Lada Revolution» в Москве, на Воробьевых горах. На этот раз приз был денежный – 400 тысяч рублей. Виталик отдал их выборгскому детскому дому.

– И все-таки без денег – никуда. Говорят, за то, чтобы ваш сын попал в команду «Рено», вы заплатили 15 миллионов евро.

– Руководство «Рено» запросило именно такую сумму. Но не думайте, что в «Формулу-1» зовут любого, у кого есть деньги. Если ты ничего не умеешь, тебя к «Формуле» на пушечный выстрел не подпустят – хоть миллиардером будь. Сын получил приглашение заслуженно, а ведь приглашения в «Рено» ждал такой зубр, как Жак Вильнев (чемпион мира-1997. – Прим. ред.)… Но руководители команды хотели видеть именно Виталия. Генеральный директор Эрик Буйе еще до прихода в «Рено» наблюдал за Виталиком в гонках GP, прекрасно знал его уровень и убедил нового хозяина команды, что мой сын – именно тот пилот, который им нужен.

Мы с менеджером Виталия Оксаной Косаченко, которая все девять лет опекала моего сына и благодаря которой он дошел до «Формулы», срочно стали искать спонсоров. Хорошо, руководство «Рено» пошло нам навстречу – позволило внести деньги двумя платежами, отсрочив выплату первого – до марта, а второго – до июля.

Оксана обошла полтысячи крупных российских компаний, но везде получила отказ! Когда я сказал Виталию, что денег не найти и о «Формуле» лучше забыть, он заплакал… В детстве никогда не плакал, а тут такое потрясение – не выдержал.

Слава богу, в последний момент мой приятель – председатель совета директоров одного из питерских банков – не отказал в выдаче кредита на 7,5 миллиона евро. Для этого мне пришлось заложить имущество.

Вы знаете, вырастить классного гонщика – дорогое удовольствие. В период с 16 до 25 лет на подготовку, соревнования, выезды Виталика было потрачено около 20 миллионов долларов. На протяжении этого времени мы постоянно залезали в долги. Но нам помогали друзья: Илья Ильич Трабер и Александр Уланов. Они понимали, что Виталик – талант. Если бы не их помощь – в «Формулу» сын не попал.

– Каково ощущать себя отцом первого в России пилота «Формулы»?

– Отношусь к этому спокойно. Наверное, до конца еще не осознал произошедшего.

– Где собираетесь доставать вторую часть суммы?

– Не знаю. Времени у нас совсем немного. Если до середины сезона не найдем оставшиеся семь с половиной миллионов евро, права на бренд «Виталий Петров» и половина от доходов перейдут команде «Рено». Соответственно, и налоги с этих заработков будут идти в казну другой страны. Разве это правильно?! Кстати, первые семь с половиной миллионов мы все еще не получили. Банк продлил рассмотрение заявки на кредит – деньги-то огромные. Если до первого марта мы не внесем первый платеж, Виталика могут поменять на другого пилота.

– Слышал, все расходы предлагали покрыть финны...

– Их главное условие – чтобы сын сменил гражданство и выступал под флагом Суоми! Но мы на это никогда не пойдем, потому что хотим выступать только под флагом России.

– На что же вы надеетесь?

– У нас одна надежда: на председателя правительства Владимира Путина. Президент Федерации автоспорта России Виктор Кирьянов и председатель комитета по спорту Госдумы Антон Сихарулидзе написали Владимиру Владимировичу письма с просьбой о помощи… Очень надеюсь, что без внимания этот призыв не останется.

В этот момент в кабинет влетает друг Александра Петрова Сергей. Только что Петров-младший проехал первый тест – трансляция идет в Интернете.

– Всего на секунду от Де Ла Росы отстал! – кричит Сергей.

– Нормальный результат. Это ведь его первый заезд: новая машина, новая резина, – резюмирует отец.

– У Виталика голова так забавно из машины торчит! – Сергей хохочет. – У остальных не видно, а у него башка сантиметров на десять возвышается!

– Ну так парень-то высокий – метр восемьдесят пять. Зато ему сверху все хорошо видно, – и Александр Петрович отправляется смотреть интернет-трансляцию.

– Главные черты Виталика-спортсмена – хитрость, целеустремленность и высокая степень концентрации, – рассказывает тренер Петрова Юрий Ничипорук. – Инженеры «Рено» с удивлением рассказывали, что никогда еще не встречали парня, который так сконцентрирован на деле и всю информацию схватывает на лету.

– С кем из великих пилотов «Формулы-1» можно сравнить Петрова?

– По настырности – с Шумахером. Сможет ли он когда-нибудь стать вторым Михаэлем? Лучше пусть он станет тем Петровым, которым в будущем будут восхищаться! Все предпосылки для этого есть. Сейчас его задача – обжиться в великой компании, притереться к новой машине, сработаться с Робертом Кубицей (первый пилот «Рено». – Прим. ред.). Если все это удастся, во втором сезоне он может выстрелить.

– Отец Виталия рассказал, что на подготовку сына ушли большие деньги. Он советовался с вами? Не опасался, что такие деньги уйдут в песок?

– Александр Петрович все время интересовался успехами сына. Но в наши дела не лез, не учил работать, как это часто бывает. Постоянно слышал от меня, что у Виталия большое будущее. И, видимо, принял решение, что игра стоит свеч.

В 18.30 Александр Петрович дозванивается до сына.

– Сынок, ну как ты там?

– Да нормально, пап, непривычно только пока: техника – просто фантастическая. Никогда на такой не гонялся! Ощущения потрясающие!

– Ты сейчас на шестом месте, но это нормально! Отрыв-то ничтожный: от Алонсо на секунду отстаешь, от Шумахера – примерно на полторы.

Сеанс связи заканчивается, едем к Петровым домой – в коттедж в поселке Южный. Тут обитает вся выборгская элита. Нас встречает мама автогонщика Марина Витальевна и его друзья, пришедшие поддержать родителей.

– Ну как ты? – обнимает мужа Марина Витальевна.

– Испереживался весь.

– Ничего, вот начнутся гонки – корвалол литрами пить будешь.

По винтовой лестнице поднимаемся на второй этаж – в комнату сына. Это настоящий зал славы! Кубками, наградами уставлен целый стеллаж во всю стену. 76 кубков – итог 11-летней «доформульной» карьеры Петрова.

– Вот пропуск Виталика на соревнования в классе GP2, – показывает нам карточку лучший друг Петрова Николай Шандичев. – Они проходили рядом с «Формулой-1». Но участникам GP2 вход на ту территорию был запрещен. Вот видите, на карточке жирная черта. Что ж, теперь Виталик убрал для себя эту черту.

Марина Витальевна зовет корреспондентов «Советского спорта» пить чай.

– С самого рождения целых три года Виталик почти не спал. Энергия из него била. Закроет глаза минут на пятнадцать и снова кричать начинает, – вспоминает мама автогонщика. – Единственное, что его успокаивало, – прогулки. Приходилось среди ночи Виталика одевать, класть в коляску и гулять. Соседи удивлялись. Мы сына и врачам показывали, и целителям – так они только руками разводили. Здоров, говорят, и все тут! Оказалось, ему хватало этого времени, чтобы выспаться! Такой вот феномен.

– Учебе в школе кипучая энергия не мешала?

– Неинтересно ему на уроках было. Только к физкультуре тянулся. Но при этом и учителя, и одноклассники Виталия любили – всегда списывать давали. Он ведь спокойный: слова грубого никому не скажет.

– Раскройте секрет, у Виталия есть девушка?

– Скажем так: он пользуется успехом у противоположного пола, но его сердце свободно. Да, завидный жених наш Виталик, – смеется Марина Витальевна. – И еще знаете, что я заметила? Отъезд в Европу изменил Виталика – он стал настоящим европейцем. У него всегда все четко распланировано.

– Вам не страшно смотреть гонки с участием сына?

– Еще как страшно! Поэтому прямые трансляции я не смотрю. Забегаю в комнату, уже после финиша. Зато записи его гонок смотрю спокойно: во-первых, знаю, что с сыном ничего не произошло, а во-вторых, уже в курсе, какое место он занял.