Анна Погорилая: Получаю от фигурного катания кайф, хоть этого иногда не замечаю

– Аня, в Новый год удается хоть как-то забыть о фигурном катании?
– В этот Новый год удалось. Вообще забыла о том, что я фигуристка. Только тренеров поздравила, а так практически обычным человеком себя чувствовала.

– Сколько ж дней такое ощущение длилось?
– Началось после утренней тренировки 30 декабря, у нас полувыходной в этот день уже был. Вот с того момента и отключилась. Психологически отдыхала. А на лед снова вышла 4 января.

– Часто так получается отдохнуть?
– Редко. Бывает, что в выходные дни отпускает и на лед не тянет. Но иногда говорю тренеру: нет, давайте отдохну поменьше, выйду на тренировку пораньше.

– В голове фигурное катание, получается, постоянно?
– Ну естественно, куда ему оттуда деться. Просто сейчас вот получилось не думать обо всем этом – о том, что чемпионат Европы скоро, что готовиться надо к нему…

– Настроение после первой половины сезона – камень с плеч упал?
– Пока спокойное. О следующих стартах раньше времени не думаю.

– На прошлогоднюю медаль не поглядываете?
– Нет. Да и зачем? В прошлом сезоне я на «Гран-при» заняла первое и третье места, а в этом…

– Говорят, что последнее впечатление – самое сильное. У меня как раз такой случай: очень запомнился ваш показательный номер под музыку Шнитке «Танго в сумасшедшем доме» с чемпионата России.
– Хотели это «Танго» даже произвольной программой сделать. Но когда Николай Морозов приехал и начал свою идею показывать, она нам понравилась. А для показательного, как всегда, искали что-то интересное – и в итоге пришли к этому «Танго». Получился очень классный номер. Мой хореограф Виктор Адоньев, который ставил этот показательный номер, так им проникся, что, мне кажется, просто шикарно получилось.

– Необычная идея в нем заложена.
– Я люблю такие идеи для показательных танцев.

– Его же заранее подготовили?
– Конечно, заранее, и платье заранее сшили.

– Наверняка же были мысли – вот бы скорее его исполнить!
– Когда на «Гран-при» в Китае стала четвертой, и так обидно было, а когда не включили в число участников показательных выступлений, еще обиднее стало! Очень хотела там этот номер откатать. Но ничего, исполнила в Екатеринбурге.

– Чемпионат России стал самым тяжелым стартом в карьере? Там же такая конкуренция была.
– Нет. Как-то мы с тренером хорошо его прошли. Она подготовила к этому старту, хорошо настроила.

– После неудачного этапа «Гран-при» в Японии, мне казалось, мучительно было к чемпионату России подходить.
– На самом деле спокойно все вышло. Я не думала о том, с кем соревнуюсь. Может быть, мимолетно как-то задумалась разок, но сразу эти мысли ушли. А на самих соревнованиях, когда попала в сильнейшую разминку, смотрела, естественно, кто что делает. Но скорее для того, чтобы не врезаться в кого-нибудь. Не думала: так, надо эту соперницу обогнать, ту обогнать.

– Что же тогда не получилось на «Гран-при» – наоборот, думали об этом?
– Видимо, настроила себя так: вот, надо, надо, надо, я могу. Накрутила себя. И в короткой программе в Японии очень сильно упала. На произвольной меня уже отпустило – нормально откатала. Лутц первый не очень получился, добавила ко второму прыжок в каскад. Попроще было.

– Мне и самому интересно, и читатели просили спросить вот о чем. Вы когда падаете, это выглядит так, что больно смотреть. Как так получается?
– Если честно, когда я падаю в соревнованиях, мне даже не больно. Мне очень обидно. А боли под адреналином практически не чувствуешь. Но вот когда адреналин проходит – да, становится больно.

– Я даже чуть-чуть о другом. Другие фигуристки падают – как будто мягко садятся. А вы как-то наотмашь, вдребезги. Может, в детстве не учили группироваться?
– На самом деле, не учили, но в детстве ты падаешь не с такой скоростью. А сейчас, если ты летишь, то осознаешь, куда летишь. И можешь, например, подставить руку, чтобы не удариться головой. То есть в прыжке я все равно соображаю, что происходит.

– А когда начинали заниматься фигурным катанием, падения не пугали?
– Нет, вообще никогда. Даже воспоминаний таких нет, чтобы я в детстве падала. Помню другое: пытаюсь зацепиться за бортик, а руки в мокрых перчатках соскальзывают. Это уже на этом катке было. На ногах еще плохо стояла, руки соскальзывают, я пытаюсь схватиться, не получается, и я карабкаюсь, карабкаюсь, карабкаюсь… В итоге выкарабкалась.

– Получаться потом быстро начало?
– Да, поэтому мама меня в фигурном катании и оставила. Если бы не получалось, наверное, забрала бы. Но мне заниматься нравилось.

– Чем-то особенным нравилось?
– Нет, сказать, что зацепило чем-то конкретным, не могу. Потихоньку шло. Начала выигрывать медали, одну за другой. Потом, правда, был период травм. Я заканчивать не хотела, но сейчас, оглядываясь назад, думаю, что такое могло произойти. Сейчас, конечно, рада, что не закончила. Тренер мне попалась очень хороший. Она тоже очень хотела, чтобы я добивалась успехов, боролась за меня. Все так совпало.

– Медали могли быть и в другом виде спорта. А девочек фигурное катание, например, красивыми платьями иногда цепляет.
– Не-е-ет, за платьями я точно не гонялась. Мне мама всегда их выбирала. Это сейчас я еще немного лезу в это, а так она этим процессом рулила.

– Евгений Платов рассказывал, что его фигурное катание зацепило так: он совсем еще маленький проходил мимо открытого катка и увидел, как по льду проносятся люди. Причем ног из-за бортика не видел, только запомнил это ощущение скорости.
– Правда, не знаю, чем меня затянуло фигурное катание. Вот, помню, мне так нравилось, когда меня хвалили! Когда в самую первую группу попала на просмотр, еще не к Анне Владимировне, там сразу сказали: вот эта девочка выделяется. Конечно, мне такое нравилось. Приятно, когда ты выделяешься, когда ты пусть немного, но лучше остальных.

– Вы сказали, что могли закончить с фигурным катанием, когда были травмы. А не бывает после неудачных турниров мыслей забросить все куда подальше?
– Нет. Я просто осознаю, что всякое случается. Наоборот, лезут мысли: так, ну почему не получилось?! Хочу, чтобы на следующем старте получилось! Начинаю еще больше работать. Неудачи заводят.

– Мне почему-то казалось, что каждый спортсмен минимум раз в неделю завязать хочет.
– Бывает тяжело. Устала. Спать хочется. Но чтобы вообще закончить – нет, не бывает такого. Я люблю фигурное катание. Получаю от него кайф. Хоть, может быть, этого иногда и не замечаю. Но вот когда долго без него, то тянет на лед.

– После прошлого сезона, когда вы выиграли медаль чемпионата Европы, что-то в обычной жизни изменилось? В школе какое-то, может быть, особое отношение появилось?
– Нет, мне всегда нравилось, что какие бы медали я не выигрывала, в школе ко мне относились как к нормальной ученице. Да, учителя подходили, говорили: вот, смотрели, как ты выступала, ты такая молодец. Это, конечно, очень приятно было. После неудачных стартов подбадривали, поддерживали. Но в учебе ничего не менялось.

– На улицах не узнают?
– Нет, и хорошо, что не узнают. Спокойно на общественном транспорте езжу. И так от спорта на тренировках устаю, если бы еще и на улицах про него напоминали…

– В интернете зато, наверняка, внимания прибавилось.
– Это правда. Но там можно фильтры ставить.

– Приходится?
– Да, ограничение в соцсети сделала так, чтобы все подряд не писали. А то чуть-чуть сумасшествие бы наступило.

– В сложном мире фигурного катания комфортно себя ощущаете?
– Комфортно. Врагов у меня точно нет. Со всеми общаюсь. Да и друзья близкие есть.

– Некоторые фигуристы говорят, что друзей стараются искать не из мира спорта — чтобы отвлекаться.
– У меня разные друзья есть – и фигуристы, и обычные люди.

– Вы пересматриваете после соревнований свои выступления?
– Вообще да. Но вот после «Гран-при» в Японии мне было тяжело это делать. Такое было состояние, что спокойно не могла на это смотреть.

– Плакать хотелось?
– Почти. Но потом в Москву приехала, прошло некоторое время – и уже осознанно все пересмотрела. Обдумала, что произошло. С тренером тоже обсудили, что надо сделать, чтобы избежать в будущем таких прокатов.

– Чего не хватает, чтобы быть стабильной?
– Ох, очень много факторов могут сказываться. И волнение, и «физика», и даже иногда окружающая среда.

– Как с нервами бороться – есть рецепт?
– Работать, все больше и больше. Прокаты на тренировках делать. Нервы сами никуда не денутся. Любой спортсмен нервничает.

– До автоматизма, получается, все надо довести?
– Скорее, надо стараться лучше себя узнать. И правильно себя настраивать.

– С психологом не работаете?
– Нет. Стараюсь сама справляться. Конечно, и мама помогает, и тренер. Но вообще самостоятельно настраиваюсь.

– Любимую музыку послушать помогает?
– Когда как. Иногда и мешает. Бывает, что тишина нужна. Но это то, о чем я говорю – надо себя знать.

– Вы пока в процессе этого узнавания, получается?
– Да мне кажется, каждый человек постоянно в этом процессе. У всех бывают неудачи, а это от чего-то ведь зависит. Мы люди, не роботы.

– На видео только себя смотрите – или выступления других тоже?
– Если только что-то интересное. Что-то стараюсь для себя подметить.

– Похожей на кого-нибудь когда-нибудь хотелось стать?
– Нет. Я люблю индивидуальность. Кому будет интересно на меня смотреть, если я буду повторением кого-то? Да и самой неприятно, будут еще сравнивать.