Алексей Червоткин: Большунов в эстафете всех укатал. Жаль, не выиграл марафон

– Алексей, с какими чувствами возвращаетесь домой?
– Конечно, хотелось бы выступить получше, но получилось так, как получилось. Все-таки мы завоевали медаль в эстафете. Даже с таким молодым составом составили конкуренцию опытным норвежцам. Смешанные чувства – есть и огорчение, и радость.

– Каково было выступать, учитывая ситуацию, в которую попал российский спорт? Давление ощущалось?
– Я ничего такого не чувствовал. Это в основном в прессе раздувают. Мы – спортсмены – ничего подобного не ощущали. Да, не было флага и гимна – это единственный минус. Но на нас никто криво-косо не смотрит, не тыкает в нас пальцами. К нам относятся очень уважительно и даже поддерживают.

– Как соперники относились в олимпийской деревне?
– В олимпийской деревне мы не так много общались с другими спортсменами. Но, повторюсь, были те, кто подходили, здоровались, спрашивали «как дела?», говорили слова поддержки.

– Благодаря чему стал возможен такой успех лыжной сборной на Олимпиаде? 8 медалей – такого никто не ожидал!
– В первую очередь, благодаря мотивации. Отобрали флаг, отобрали гимн. У многих из нас на фоне этого проявилась дополнительная спортивная злость. Нам хотелось выходить на трассу и доказывать результатами, что российские лыжники сильны, а не просто где-то об этом рассказывать.

– Вы приехали на Олимпиаду после болезни и свой этап в эстафете добежали «на зубах».
– Да, так получилось, что на эстафету выпал первый мой старт на Играх. После «Тур де Ски» у меня не было соревнований больше 40 дней, но пришлось стартовать. Очень жаль, что все не очень хорошо сложилось. Тем не менее, наша четверка результатом осталась довольна. По крайней мере, мы выступили не хуже, чем на прошлой Олимпиаде – удержали второе место.

– То, что состав команды был серьезно урезан – не было личных тренеров, не было достаточного количества сервисменов – создавало дополнительные трудности?
– То, что не было тренеров, добавляло трудностей. Но та же сервис-бригада на трассе нас сопровождала: поили, кормили, давали запасной инвентарь, если были какие-то поломки, следили за нами, все успевали. Конечно, личного тренера не хватало. Когда настраиваешься перед стартом, разговор с глазу на глаз с тренером играет важную роль. А если говоришь по телефону – это совсем другое.

– С Еленой Вяльбе во время Олимпиады часто виделись?
– Несколько раз ездили к ней на чаепитие. Собирались в выходные дни, разговаривали.

– Просто общались или она давала какие-то наставления?
– Нет, просто разговаривали по душам, пили чай, кушали фрукты.

Фото: Gettyimages.ru

– Вы как-то отреагировали на сомнения соперников в том, что перед Играми вы с Александром Большуновым тяжело болели?
– Нет. По поводу Александра это заявление было позже, когда все соревнования уже закончились. Я не знаю, как он отреагировал. На мой счет никто ничего подобного не говорил.

– Большунов был очень расстроен после второго места в марафоне.
– Его можно понять, он рассчитывал на победу. На своем эстафетном этапе он ведь всех мировых звезд укатал, но тут, к сожалению, не сложилось. Очень жаль, мы сами вместе с ним расстроились. Все-таки, еще одна золотая медаль была бы очень кстати для нашей сборной.

– Вы можете быть довольны своими выступлениями в Пхенчхане?
– Учитывая те обстоятельства, с которыми мне пришлось столкнуть за последние месяц-полтора перед Олимпиадой, конечно, эту серебряную медаль можно считать успехом. Но все равно, для меня эти Игры, можно сказать, получились провальными. Всего два старта и результаты на них меня не удовлетворили.

– Кого надо благодарить за великолепную готовность лыжной сборной к Олимпиаде?
– В первую очередь, нашего президента – Елену Валерьевну Вяльбе. Она помогает нам добиваться успехов, создает все необходимые условия. Конечно же, наших тренеров, сервисменов, от которых зачастую зависит 50 процентов успеха, – практически во всех гонках у нас великолепно работали лыжи. Ну и, безусловно, болельщиков, которые нас здорово поддерживали.

– На трассах чувствовалась их поддержка?
– Да, было очень много болельщиков. Мы, на самом деле, не ожидали, что их будет столько. Болели они очень здорово!

– С точки зрения организации на Олимпиаде все было хорошо?
– Честно говоря, я не почувствовал, что это именно Олимпийские игры. Не было ощущения праздника. Можно сказать, что это было одно из рядовых соревнований, просто высокого уровня.

– Но не первенство водокачки, как сказал Александр Большунов?
– Он выразился по-другому, конечно. Просто так все вывернули. Это уже не первый раз, поэтому мы на контакт с прессой не очень охотно идем, особенно с зарубежными журналистами, потому что в переводах потом очень большая разница с тем, что ты сказал изначально.

– Что у вас сейчас в планах?
– Пару дней отдохну и 28 февраля полечу на этап Кубка мира в Лахти. Буду готовиться и выступать дальше.