Бонусы букмекеров
ПЕКИН-2008. ТЕННИС. «РУССКИЙ ДОМ»
ВЕЧЕРА В ГОСТИНОЙ BOSCO
Тяжела и неказиста жизнь простого теннисиста. Даже если он олимпийский чемпион. Точнее чемпионка, как Елена Дементьева. У нормальных спортсменов как? Готовишься к главному старту четырехлетия, потеешь, упираешься, но, если все не зря и старания венчаются победой, потом имеешь законное право оттянуться по полной. Другое дело, теннисисты. У Дементьевой, много лет мечтавшей об олимпийском золоте, времени, чтобы почивать на лаврах, нет. Вечером после финала Лена на пару-тройку часов заглянула в «Russian Bosco Club», приняла порцию заслуженных аплодисментов и комплиментов, станцевала в обнимку с Гедиминасом Тарандой и Гошей Куценко, уделила внимание допущенным к телу журналистам и отбыла восвояси. В понедельник улетела в Москву, сегодняшний день проведет с родными и друзьями, а завтра уже отправится в Нью-Йорк, чтобы начать подготовку к стартующему вскоре Открытому чемпионату США…
МАМИНА ДОЧКА
– Не держите слово, Елена!
– Золотую олимпийскую медаль выиграла, куда уж больше?
– Помню, как вы плакали, слушая Гимн России после победы в финале Кубка Федерации над француженками. А потом сказали, мол, готова обливаться слезами всякий раз, когда в честь наших побед будет звучать гимн. На пьедестале почета в Пекине вы улыбались, а рыдала Динара…
– Я тоже всплакнула, но этого никто не видел. Долго не могла дозвониться домой, телефон был хронически занят, а потом все же прорвалась. Мама услышала мой голос в трубке, вскрикнула: «Леночка!» – и зарыдала от счастья. Ну и я не удержалась от слез. Не зря же меня называют маминой дочкой, ее эмоции часто мне передаются.
– Тем удивительнее, что Вера Семеновна не сопровождала вас в Пекине.
– Олимпиада – не теннисный турнир, сюда съезжается огромное количество людей, значит, возможны проблемы с размещением в отелях, транспортом, билетами, аккредитациями. Конечно, мы все решили бы, но этим нужно было заниматься, организовывать. Не хотелось отвлекаться на посторонние хлопоты, поэтому заранее договорились, что родные будут болеть дома по телевизору.
– Остались без персональной группы поддержки?
– Почему? Со мной прилетели Дмитрий Дегтярев, личный тренер, Алексей Жук, занимающийся ОФП, массажисты, врачи, спарринг-партнеры. Полный боекомплект! Без этой команды победить было бы гораздо сложнее, если вообще возможно.
– А где, кстати, медаль, Лена?
– Извините, уже упаковала в багаж. Моя пекинская одиссея завершается, утром лечу в Москву, хочу поскорее увидеть родных. Они так болели за меня, старались поддержать! В первую очередь, конечно, мама. Надеюсь, не пойдем ни в какие рестораны, посидим дома, по-семейному.
– Кулинарные заказы Вере Семеновне уже сделали?
– Знаете, я неприхотлива в еде. Готова есть, что предложат. Правда, попросила маму рис не готовить. В последние дни его было многовато.
– Уже придумали, где будете хранить медаль?
– Сначала я не хотела создавать в квартире мемориальных уголков, каких-то иконостасов с трофеями, но мама переубедила. Мол, зачем стесняться честно завоеванного? В конце концов это нужно нам, твоим близким. Не хочешь ставить награды на видное место, найди укромное. В итоге я выделила комнату, где собраны мои призы с детских времен. Только не спрашивайте, сколько за все время набралось. Не знаю, не считала.
– Спрошу о другом. Кто пыль с этих экспонатов стирает?
– Я. Изредка. В Москве ведь бываю нечасто, наскоками. Большую часть времени провожу в Америке, где проходит много турниров. Вот и к Олимпиаде готовилась во Флориде, там климат похож на пекинский. Когда играю в Европе, после соревнований еду в Монте-Карло. Так удобнее. Тренируюсь два-три дня и снова в путь. У теннисистов жизнь на колесах, точнее – на крыле. Хотя я летать не люблю. Но приходится.
– Может, паузу взять, Лена? Остановиться, оглянуться?
– Очень хочется. До крика. Но не возьму. Это было бы непрофессионально.
ШАГ ДЛИНОЙ В ЧЕТЫРЕ ГОДА
– Не обидетесь, если скажу, что пик карьеры теннисиста – выигрыш в турнире «Большого шлема»? А Олимпиада вроде бы как немного сбоку.
– Не обижусь, но не соглашусь. Посмотрите на состав участниц: в Пекин приехали все сильнейшие, за исключением травмированных Шараповой и Иванович. О чем еще можно говорить? Олимпиада не сбоку, она особняком. Каждый год разыгрываются четыре Кубка в рамках «Большого шлема», а Олимпийские игры, наоборот, проходят раз в четырехлетие. Вот вы помните, кто выиграл Уимблдон или Открытое первенство Австралии в позапрошлом году? А победу Жюстин Энен и нашего Евгения Кафельникова в Сиднее наверняка многие не забыли. Не мною придумано: звание олимпионика пожизненное.
– Для вас это третьи Игры, можете сравнивать.
– В 2000 году не вполне понимала, куда попала. Мне было 18 лет, я делала первые шаги в большом теннисе, поэтому никаких задач передо мною никто не ставил, ничего не ждал. А я возьми да и пробейся в финал. Серебряная медаль стала сюрпризом для всех. Да я и сама не ожидала подобной прыти, не понимала, заслужила ли такую награду.
В 2004-м ехала в Афины уверенная в своих силах. Очень хотела успешно сыграть, но в первом же круге уступила Алисе Молик, которая в итоге взяла бронзу. Разочарование я испытала жестокое. Наверное, слишком много надежд связывала с Олимпиадой, перегорела до старта.
Перед Пекином старалась себя не накручивать, хотя и не скрывала, что еду бороться за золото. Видите, добилась желаемого.
– Заметил, вы выстреливаете раз в четыре года: в 2000-м взяли серебро в Сиднее, в 2004-м играли в двух финалах турниров «Большого шлема», теперь вот Пекин…
– Действительно! Раньше как-то не задумывалась. Видимо, я, русская до кончиков ногтей, долго запрягаю. По этой логике могу на четыре года расслабиться, чтобы мобилизоваться перед Лондоном-2012? Жаль, в нашем виде спорта такой вариант не проходит. Чуть сбавишь обороты, тут же выпадаешь из обоймы, вернуться потом на прежнюю позицию очень сложно. Не знаю, как пройдет концовка сезона, впереди еще US Open, несколько крупных и важных турниров, но уже сегодня могу сказать, что год удался. Повторяю, я очень настраивалась на Олимпиаду, можно сказать, четыре года ждала этого всемирного спортивного форума.
БЕЛАЯ КОСТОЧКА
– Тем не менее с легким сердцем проигнорировали его открытие.
– Именно по той причине, что очень хотела победить на Играх. Мама звонила до последнего: «Леночка, неужели не пойдешь?» Бабушка с дедушкой лепту внесли: «Внученька, как же так? Мы искали тебя в нашей колонне и не нашли!» Даже Сева, брат, и тот включился: «Сеструха, иди, не дури!» Но я прекрасно помнила, как все происходило в Сиднее и Афинах: шесть-семь часов томительного ожидания ради прохода по беговой дорожке стадиона. Все знают: спортсмены, участвующие в открытии, видят гораздо меньше зрителей. От нас на церемонию пошла Лена Веснина и потом рассказывала, что получила море эмоций, но по-настоящему оценить масштаб события не смогла. Она даже финальный салют не рассмотрела, поскольку он прошел за «Птичьим гнездом».
– А в деревне почему жить не стали, Лена?
– Памятуя не самый лучший опыт Сиднея и Афин. Там в маленьких тесных комнатах без кондиционеров было не слишком комфортно, мягко говоря. Пекин предложил царские условия по сравнению с тем, что было на двух предыдущих Олимпиадах. Номера просторные, уютные, в каждом – телевизор, бесплатный Интернет, волонтеры, приставленные к нашей команде, хорошо говорят по-русски… В какой-то момент даже пожалела, что отказалась от деревни. Если бы заранее знала, как здесь все налажено, не стала бы морочить себе голову с отдельным проживанием.
– И деньги сэкономили бы на отеле.
– Да не это главное! На таких турнирах важнее сберечь время. Поэтому, собственно, и просила нашу федерацию забронировать гостиницу по соседству с кортами, чтобы максимально сократить переезды. Пусть скромно, лишь бы близко. Так и вышло.
– Вам полагался персональный автомобиль?
– Ездила со всеми на автобусах, которые курсировали между олимпийскими объектами. Кстати, сегодня опоздала к отправлению, пришлось добираться до кортов на такси.
– Неужели и Федерер трясся вместе с остальными?
– За Роджером и сестрами Уильямс были закреплены машины. А вот Рафаэль Надаль пользовался общественным транспортом. Может, поэтому и стал олимпийским чемпионом!
– Значит, слились с народными массами, Лена?
– Я из себя белую косточку не корчила. Наоборот, решила чуть поиграть в детство, проникнуться атмосферой всеобщего праздника. На соревнованиях теннисистов все по-другому, более строго, чопорно.
– Что-то в Пекине увидеть успели?
– Совершенно ничего! За Олимпиадой следила по телевизору. Правда, китайцы показывали те дисциплины, где доминируют их спортсмены. За эти дни стала крупным специалистом в бадминтоне, настольном теннисе и тяжелой атлетике. В город ни разу так и не выбралась. Правда, я была тут в 2004 году, когда мы играли с китаянками на Кубок Федерации. И прошлым летом специально заявилась на турнир в Пекине, чтобы почувствовать атмосферу, прощупать обстановку. Все говорили, что город очень загазован, в нем тяжело дышать. Вот мы с мамой и решили проверить. Я тогда поняла: будет трудно. Жара в сочетании с повышенной влажностью – гремучая смесь! Заметили, кстати: стоило закончиться теннисному турниру на Олимпиаде, температура тут же снизилась, стало прохладнее? Закон подлости!
Первые дни мы играли в дикой духоте, обезвоживание организма наступало моментально, приходилось много пить, и все равно за каждый матч я теряла по 4–5 килограммов. После таких поединков трудно восстанавливаться. Хочется лежать неподвижно, ни рукой не шевелить, ни ногой. Я люблю книжки читать, а тут даже этого делать не могла.
– А что за чтиво взяли с собой?
– «Братьев Карамазовых».
– Однако! С Достоевским только расслабляться… Мама посоветовала, что ли?
– Сама выбрала, но быстро поняла, что погорячилась, и отложила роман до лучших времен.
– Зря только тяжесть таскали. Или вы на электронные носители перешли?
– Нет, толстенная книжища! Не люблю читать в компьютере, ощущение не то. Мне нравится странички листать, запах бумаги чувствовать. Может, в самолете по дороге в Москву удастся отвлечься с Федором Михайловичем, хотя вряд ли. Финал еще долго не отпустит…
ИРОНИЯ СУДЬБЫ
– Как думаете, Динара затаила обиду?
– Расстроилась – это точно. Она сейчас в отличной форме и, конечно, мечтала о победе. Финал получился тяжелым в эмоциональном плане. Для Сафиной это первый олимпийский опыт, даже не знаю, кому из нас приходилось труднее. Я прекрасно понимала, что, возможно, это последние мои Игры, старалась победить здесь и сейчас. У Динары все впереди, она еще успеет выиграть свое золото. Впрочем, для нее мои слова слабое утешение. Динара в принципе не умеет проигрывать. Боец! Тем не менее она поздравила меня с золотой медалью, поцеловала, хотя я видела, как ей несладко. К концу турнира и физическая усталость накопилась. Из-за дождей организаторы сдвигали матчи на поздний вечер и даже ночь, что, конечно, выбивало из колеи.
– Динаре в этом смысле досталось больше.
– Безусловно. Она ведь и в парном разряде играла. Но и у меня случались заморочки. Полуфинал с Верой Звонаревой перенесли на сутки. Утром проснулась, начала настраиваться на игру, вдруг сообщают: «Сегодня матча не будет». Впрочем, все оказалось к лучшему. Как говорится, хорошо, что хорошо кончается.
– А ведь вы, Лена, победив Сафину, первому тренеру насолили!
– Ирония судьбы! Но не уступать же в финале, чтобы сделать приятное Раузе Ислановой! Да, заниматься теннисом я начинала у мамы Марата и Динары. Помню, приехали на Ширяево поле записываться, а там – столпотворение, на каждое место с полсотни претендентов. Отобрали нескольких ребят, в том числе Настю Мыскину и меня. В «Спартаке» я тренировалась несколько лет.
– Вроде бы даже против Сафина выходили на корт.
– Для него придумали такое наказание, если шалил не в меру. Марат, ясное дело, сопротивлялся: какому мальчишке понравится с девчонкой играть? Впрочем, подобное случалось всего несколько раз. Через какое-то время я перешла из «Спартака» в ЦСКА.
– В каком вы сейчас звании?
– Я не аттестована. Так сказать, вольнонаемная.
– Зря. Сергей Кущенко пообещал всем чемпионам-армейцам внеочередную звезду на погоны.
– Значит, у меня будет первая!
– В приметы верите?
– Мама очень суеверный человек, а я легче к этому отношусь. Правда, вот здесь в Пекине случился забавный эпизод. В первый день соревнований в два часа ночи уезжала из Олимпийской деревни после матча с Катей Бондаренко. На улице никого, все спят. Вдруг вижу: навстречу идет итальянский спортсмен, который в этот день завоевал золото в фехтовании на шпагах. На шее – медаль, а в руках – букет цветов. Конечно, я порадовалась за человека, но не придала факту встречи большого значения. А теперь думаю, может, это примета такая: если в первый день Олимпиады встречаешь чемпиона, потом и сам выигрываешь?
– Я про другое подумал. Перед Афинами вся Москва была увешана портретами наших олимпийцев, которым прочили победу на Играх. И почти все пролетели со свистом. Вы в том числе…
– Дескать, не говори «Гоп!», пока не перепрыгнешь? Знаете, если человек хорошо готов физически и морально, его ничто не собьет с пути к цели.
– Значит, большинство нашей нынешней сборной, извините за каламбур, в разобранном состоянии? Судя по «сухому» остатку, а не громким заявлениям до старта.
– Мне трудно судить. Может, погода придавила, может, еще что-то… Все говорят про нереально высокие результаты китайцев. В штанге рекорды били фантастические, даже в плавании умудрились победить, где никогда не блистали. Они хотели удивить мир и добились своего. Но мы ведь не только хозяевам проигрываем. Многие из тех, на кого делали ставку, не оправдали надежд. Хорошо, хоть теннис не подвел.
– Слышали, кстати: бильярд хотят сделать олимпийским видом спорта. Может, мы всех в шары перекатаем?
– Ужас! На мой взгляд, это профанация. Как сравнить, допустим, снукер и тяжелую атлетику? Такое же изумление на зимних Играх у меня вызывает керлинг. Когда вижу этих полотеров со швабрами, сразу телевизор выключаю.
– А если, допустим, наши керлингисты чемпионами станут?
– Если только так. Ради российского гимна готова потерпеть…