Сергей Воронов: В 30 лет жизнь только начинается

– Расскажите: что чувствует человек, в 30 лет впервые выигравший золото «Гран-при»?
– Конечно, я рад этой победе. А насчет возраста… В 30 у тебя совершенно другие мозги. И, по-моему, это только плюс. Ты совершенно иначе воспринимаешь и успехи, и неудачи. По-взрослому.

– А что значит «по-взрослому»?
– Понимаете, если люди выигрывают в 17, в 15 лет, это одни эмоции, а когда ты уже много лет катаешься на высоком уровне, то отношение к медалям совсем другое.

– И в каком возрасте медали дороже – в 30 или в 17?
– Не вполне корректный вопрос. И те, и другие дороги, и те, и другие хороши, каждая по-своему. Просто всему свое время.

– Повлияло ли как-то на ваше состояние в Осаке то, что перед короткой программой с турнира снялся олимпийский чемпион Юдзуру Ханю?
– Абсолютно никак не повлияло. Я же видел, как он получил эту травму. И чисто по-человечески мне было его откровенно жалко. Такого никому не пожелаешь, даже врагам. Вообще травма - это самая неприятная вещь, которая может приключиться со спортсменом.

– А как вы видели травму Ханю? Тренировались вместе с ним на льду?
– Нет, мы были в разных группах. Я вернулся на арену после своей тренировки, чтобы «замяться», сделать растяжку, а он как раз начинал. И все произошло у меня на глазах.

– Неприятно было?
– Конечно! У Ханю так нехорошо подогнулась нога, что я подумал: главное, чтобы он после такого смог встать. Было видно, что ему больно. А в начале олимпийского сезона, это настолько не вовремя… Можно только посочувствовать.

– Обе программы в Осаке вы исполнили без заметных ошибок, включая три четверных прыжка. Вас это приятно порадовало – или так и должно быть?
– А чему тут удивляться? На тренировках я это все делаю, так что никаких сюрпризов.

– За эту победу вы получили максимальные 15 очков в зачет «Гран-при» и отличные шансы попасть в финал. Но впереди еще второй, американский этап. Как вы сейчас воспринимаете турнирную ситуацию?
– В «Гран-при» слабых соперников не бывает. Это не просто красивые слова, а действительно мое мнение. Ну, а то, что этап последний, так мне часто на последних выпадало кататься. Ничего страшного. Зато я ни разу еще не был в Лейк-Плэсиде. А место - знаю - красивое и, что называется, знаковое. Что же до турнирной ситуации, то я таких вопросов себе пока не задавал. Еще не отошел от Японии. Кроме того, времени до Лейк-Плэсида почти нет. Надо просто готовиться, выходить – и делать свое дело.

– Вы всерьез рассчитываете побороться за место в олимпийской сборной (в Пхенчхане Россия может выставить в мужском одиночном катании только двух фигуристов, с учетом лидера сборной Михаила Коляды. – Прим. авт.)? Или этот вопрос тоже себе еще не задавали?
– Что значит «всерьез»? А как может быть иначе? Несерьезно, что ли? В 30-то лет?

– Согласен. Но у вас теперь получается весьма плотный календарь: через две недели - Лейк-Плэсид, еще через две – дай бог, финал «Гран-при», а потом почти сразу – чемпионат России, который будет сильно влиять на состав олимпийской команды. Какова сейчас ваша главная цель? Все-таки попасть в Пхенчхан?
– Главная цель… Нет, конечно, Олимпиаду сбрасывать со счетов я не собираюсь. И отбор в сборную - не только в Пхенчхан, а вообще всегда - тяжелое дело. Будет борьба. Ни о какой «несерьезности» тут не может быть и речи.

– Перед тем, как сняться с Осаки, Ханю проиграл в Москве Нэйтану Чену. Этот юный американец действительно уже может побеждать всех?
– Ханю первым делом нужно залечить травму. Как можно скорее, чего я ему и желаю. Придется какое-то время пропустить, и потом набирать форму к чемпионату Японии. А у Нэйтана, во-первых, прекрасный тренер. Умный, думающий. Рафаэл Арутюнян, у которого я тоже катался. И успехи Чена - точно не случайность. В спорте случайностей вообще не так много. Вот травма Юдзуру – это да, случайность. А победа Чена в Москве – нет. Он уже второй сезон показывает все самые сложные четверные: и флип, и лутц, и ритбергер. Какая тут «случайность»?

– Михаил Коляда в этом сезоне чередует блестящие выступления с неудачными. Суперпрокату короткой программы в Китае предшествовала серия падений в Москве…
– Миша – лидер нашей сборной. Это говорят все, и это дополнительная ответственность. Которую он сам наверняка чувствует тоже. Потом - четверной лутц. В Китае он его сначала сделал прекрасно. Ну просто шикарно! А потом упал… Знаете, ругать легко, особенно сидя где-нибудь в кресле.

– Я же не ругаю – я пытаюсь разобраться.
– Да я не про вас… У нас полно критиков на всякий неудачный прокат находится. И такую критику, наверное, лучше не читать. А Миша провел огромный объем работы, и это в любом случае приведет к стабильности. Если есть такой труд - результат будет. Должен быть.

– Состав участников Гран-при в Лейк-Плэсиде весьма крепкий: и Чен, и еще один американец Адам Риппон, и китаец Боян Цзинь, и Максим Ковтун. Чен, конечно, выделяется, а вот остальные в этом сезоне показывают результаты примерно одного уровня. Кто из них - самый опасный?
– Каждый может показать хороший прокат с несколькими четверными. Смотря у кого хватит сил и нервов. И кто много работал. В спорте всегда так.

– За полторы недели перескочить из Японии в США, на другой конец Земли, – и снова выступать. Не будет проблем с акклиматизацией? Или вы уже научились с ней справляться?
– Я к этому спокойно отношусь. Америка так Америка, Япония – так Япония. Наоборот, нужно от этого кайф получать.

– Вас за возраст в кулуарах не подкалывают? «Дедушкой» не называют?
– «Дедушка»? Нет, такого еще не было. Ветераном, да, случается, но насчет дедушки - здесь вы первый.

– А я вас так не называл. Я спросил, не называют ли другие.
– Да, верно, – смеется Сергей. – Знаете, мне смешно, когда про меня говорят «ветеран». Какой я «ветеран»? Вот ветераны войны – это да. Уважаемые люди. Но я к их числу не отношусь. Уж не знаю, к сожалению или к счастью. А в 30 жизнь, поверьте, только начинается.

– Три года назад вы уже участвовали в финале «Гран-при» и стали там бронзовым призером. Что это за соревнование такое?
– Классный турнир. Дико интересный. Никогда нельзя угадать, кто на каком месте будет. Хотя говорить о финале мне сейчас вообще-то еще рано. Впереди - американский этап.

– Не могу не спросить: как вы воспринимаете все эти последние допинг-истории с российскими спортсменами? Ведь может получиться так, что вы сначала попадете в олимпийскую сборную – а потом лишитесь права выступить за нее в Пхенчхане.
– Трудный вопрос… Да, допинга в спорте быть не должно. И политике тоже. Поймите, люди ведь ради Олимпиады тренируются, пашут. Кто-то четыре года, кто-то все восемь, а потом из-за какой-то политической ситуации их берут и выбрасывают. По мне так это просто абсурд.