Елена Ильиных: В Америке Руслану приходилось меня как тележку поворачивать

Чемпионы России 2015 года в танцах на льду – о выступлении на этапах «Гран-при», о психологической перезагрузке и старой, но верной поговорк

Еще во вторник они не знали, полетят ли на парижский этап «Гран-при». Елена Ильиных получила травму, и Руслан Жиганшин неделю катался один. Но они приехали — и после блестящего проката короткого танца обошли всех конкурентов, кроме недосягаемых двукратных чемпионов мира из Франции Габриэллы Пападакис и Гийома Сизерона. Жаль, что на своем первом этапе «Гран-при» в США Ильиных и Жиганшин были только пятыми — чуть бы тогда оказались повыше, и в Париже поборолись бы за финал.

О начале нынешнего сезона, возвращении после стажировки в Америке у Игоря Шпильбанда в Москву к тренерам Елене Кустаровой и Светлане Алексеевой и связанной с этим психологической перезагрузке Ильиных и Жиганшин рассказали корреспонденту «Советского спорта».

- Елена, Руслан — в чем секрет такого классного и заводного проката?
- Танец для нас удачный, мы от него тащимся! - рассказывает Ильиных. - Изначально у нас в программе была другая музыка блюза, и я в какой-то момент поняла, что она для нас скучновата. И когда я услышала ту песню, которая у нас сейчас — Big Bad Love, где мужчина и девушка поют о «большой плохой любви», то поняла — это наше. Эта музыка нас заводит. И голоса такие прямо джазово-блюзовые.

- Как здесь себя чувствовали по сравнению со «Скейт Америка»?

Елена: Первый «Гран-при» для нас сложился тяжело. До него нигде не выступали, страшновато было — когда не знаешь, чего ожидать, и как это все будет происходить, немного себя бережешь. Но на втором соревновании уже понимаем, как силы распределить, где немножко отдохнуть, где чуть больше поплясать, где раскрыться. И борты здесь пошире, чем на американском этапе. Зажимались там на некоторых растанцовках, когда понимали, что скоро будет бортик. Едем и вдруг: «ой-ой-ой».

- Борты — это очень важный фактор, - продолжает Жиганшин. - Мы последние полтора месяца тренировались в Москве, от канадских площадок отвыкли, и когда на «Скейт Америка» вернулись, борты сносили. Рисунок танца все-таки меняется.

- Когда ты одиночник, ты можешь где-то подрезать, а вдвоем тяжело — Руслану приходилось меня как тележку поворачивать, - смеется Елена.

- Готовность сейчас еще не стопроцентная?

Руслан: Мы не стоим на месте, но еще далеко не стопроцентная. У нас произошла такая психологическая перезагрузка после возвращения домой. Думаю, это дает силы и положительные эмоции.

Елена: Когда что-то в своей жизни меняешь, всегда положительные эмоции приходят. Даже когда прическу изменил или ногти покрасил. Даже такие маленькие вещи настроение поднимают. А здесь мы и домой вернулись, к родителям, любимым людям, и наших тренеров были очень рады видеть, как и они нас. С первой секунды. У нас даже такой момент был: когда пришли к ним на лед перед прокатами в Сочи, друг на друга посмотрели и почувствовали, как будто не уезжали. Хотя времени немало прошло, практически полгода. И раздевалки родные, и ребята, которые с нами катались...

Руслан: И провод от магнитофона, который плохо работает.

Елена: Все это — положительные эмоции. Не говоря уже о серьезной работе и большой заинтересованности. Чувствуем, что они заинтересованы в нас как в спортсменах, вкладывают в нас душу. Ощущаем себя нужными людьми.

- Игорь Шпильбанд вместе с Еленой Кустаровой и Светланой Алексеевой выводил вас на лед в Америке, а здесь его у борта не было. Сотрудничество с ним завершено?

Елена: Он подходил к нам, делал здесь замечания — по блюзу, по другим моментам на тренировках. Похвалил, поздравил. Но наши основные тренеры — Елена и Светлана Львовна, поэтому они нас выводят.

- Командировка в Америку многое вам дала?

Руслан: Думаю, да. Любой новый опыт ценен. Все специалисты работают по-разному. Я лично для себя открыл много нового. И в катании и в презентации. Как Фабьян Бурза всегда говорит: Present!

Елена: Фабьяна хотелось бы отдельно поблагодарить. Я всегда знала, что он будет очень хорошим тренером. Еще когда мы с Никитой Кацалаповым катались у Жулина, Фабьян и Натали Пешала тренировались вместе с нами. И Фабьян тогда много нам помогал и всегда говорил, что хочет стать тренером. Он им стал — и я бы сказала, он стал очень крутым тренером. Очень хороший специалист, в том числе и по психологической подготовке. Большой профессионал в плане техники. С полуслова понимал, что мы хотим, и нам с ним было очень интересно работать.

- После «Скейт Америка», где вы заняли пятое место, отрицательные эмоции остались?

Руслан: У меня никаких негативных эмоций не остались. Мы достаточно хорошо катались для того периода.

Елена: У меня тоже. Мы сделали все, что на тот момент могли сделать. Конечно, это не максимум, но в тот период подготовки мы катались чисто, получили высокие оценки за технику — на уровне Майи и Алекса Шибутани. Куда стремиться, мы знаем, что делать, тоже — проходили. На словах это тяжело объяснить, будем показывать на деле.

Есть такая поговорка: все, что ни делается — к лучшему. Она, может быть, дурацкая, и я ее терпеть не могу, но в жизни у меня все происходит именно так. Как бы банально и глупо это не звучало. Вот я на прошлой неделе получила травму, только в понедельник вышла на лед. Было жутко обидно, неприятно, истерики — но мы сейчас здесь и очень хорошо прокатали короткий танец. А завтра будем стараться показать свой максимум в произвольном.

Гран-при