Леонид Калошин: Гонорары российских VAR-судей пока секрет

Напомним, что дебют VAR состоялся в матче «Динамо» – «Рубин». Уже хлеб. Ведь систему первоначально обещали использовать с первого же тура…

– Активная фаза внедрения VAR в российский футбол началась в декабре прошлого года, – отметил Калошин. – За это время удалось подготовить судей для работы на 9 матчах: пяти в Кубке страны и четырех стыковых между клубами РПЛ и ФНЛ. В тех играх все серьезные ошибки арбитров в поле при помощи видеповторов были исправлены. Таких ошибок набралось пять.

– Но это дело прошлое. А что с сезоном-2019/20? Матч «Динамо» – «Рубин» – первая ласточка или разовая акция?
– Разумеется, это только начало масштабного проекта РПЛ. Надо понимать, что подготовить все для девяти заранее оговоренных игр, как было весной, намного проще, чем запустить систему для всех 240 матчей чемпионата России. Пока мы намерены придерживать графика: 1-3 встречи с VAR в каждом туре. Так будет продолжаться до большого перерыва. А с весны видеоповторы начнут использоваться повсеместно. Как и планировалось.

В настоящий момент мы оборудуем VAR-центр в Москве. Параллельно ведем переговоры с УЕФА о том, чтобы спецфургон, используемый на Лиге чемпионов, можно было бы задействовать и в премьер-лиге. Для судей важна единая интерпретация ключевых моментов. Не везде в Европе, где VAR уже используется, этого добились. Мы учимся и на чужих ошибках тоже.

– Где ждать VAR в третьем туре?
– Это выяснится во вторник, после назначения судей на все матчи. Скорее всего, это опять будет одна игра. Как в воскресенье на «ВТБ Арене».

– Вам не кажется, что подобная практика ставит команды в неравное положение?
– Это надо у самих команд спрашивать. Но если бы кто-то активно протестовал, мы бы отказались… Мое личное мнение: надо с чего-то начинать. И очень хорошо, что в премьер-лиге система, хотя бы фрагментарно, уже используется.

– Когда VAR-центр полноценно заработает?
– По большому счету, это может произойти уже в августе. Но любая система должна быть протестирована. Это кропотливый процесс. На несколько месяцев.

– Проволочку с внедрением VAR многие объясняли спором двух потенциальных подрядчиков – «Ростелекома» и «Матч ТВ». Ситуация разрешилась?
– Не хотел бы обсуждать некоторые переговорные моменты. Но суть такова, что генеральным подрядчиком в итоге выступит сам РФС. Так происходит во всем мире. Россия не стала исключением.

– А почему не запустили систему с первого тура? Как-то несолидно получилось…
– Мы сделали выбор в пользу качества. И результат оправдал ожидания. Запуск VAR прошел без сбоев.

– Почему судья не обратился за видеопомощью в воскресенье, когда удалял игрока «Рубина» Евгения Башкирова?
– Если арбитр не бегал к монитору, это не значит, что видеоассистенты бездействовали. VAR – как подушка безопасности. И она, напомню, применяется в четырех случаях: при взятии ворот, назначении пенальти, прямых красных карточках, проверке адресата предупреждения. А Башкирова, кстати, удалили за вторую желтую карточку. Это не зона VAR.

– С появлением VAR судейский корпус расширяется, требуются новые специалисты. Наши пока сильно уступают зарубежным коллегам?
– Я доволен работой российских видеоассистентов. Ждал худшего, ведь времени на подготовку было совсем немного. Уверен, при регулярном использовании VAR разница между нашим специалистами и иностранцами исчезнет. И россиян, в том числе, начнут привлекать к обслуживанию международных матчей.

– Можете огласить гонорары VAR-судей? Они сопоставим с зарплатами арбитров в поле?
– Пока не могу огласить. Эти суммы берутся не с потолка, а из общемировой практики. Каждый судья получает фиксированную сумму, и 30 тысяч рублей ежемесячно на подготовку. Все остальное – гонорар за конкретный матч.

– У видеоарбитров нервная работа? Они теряют в весе за время матча?
– Мы не измеряли. Но это действительно довольно нервный процесс – следить за картинкой и принимать моментальные решения. Кто-то сильнее переживает, кто-то нет. Все зависит от характера. Судья в поле может что–то не увидеть, не добежать, ему могут перекрыть обзор. Эти ошибки объяснимы с профессиональной точки зрения. А у видеоассистента – мониторы, все ракурсы перед ним, поэтому он, по сути, лишен права на ошибку. Ему же потом отвечать…