Олимпийская чемпионка-2008 Евгения Канаева: Мне не дано дружить с хореографией...

Через две недели на этапе Кубка мира «Гран-при Москвы» мы увидим ее олимпийскую программу. Которую в Лондоне увидят через полгода.

Пока же мы разговариваем в кафе в здании Digital October на Берсеневской набережной: только что у Жени прошел телемост с США: бренды «Pantene Pro-V» и «Venus» выбрали гимнастку своим «послом красоты». «За женственность, успешность и целеустремленность» – так дословно был аргументирован этот выбор.

– Женя, объясните мне. Ваша невероятная сдержанность, вообще весь ваш настолько безукоризненный имидж… Это лицо или маска?
– Ну и вопрос! Гм… Я понятия не имела, что, глядя на меня, могут прийти в голову мысли о маске. Я вообще-то не считаю себя безупречным человеком. Я такая, какая есть. И не вижу необходимости загораживать себя маской. Стараюсь радовать своих близких, а на выступлениях – тех, кто присутствует в зале. Живу, радуюсь… Иногда мне бывает тяжело – как и всем людям.

– Правда, что гимнастки порой устают до такой степени, что прячутся от тренеров под лестницей?
– Бывает. Бывает, что очень тяжело. И в раздевалки уходим с тренировок, хотя это не очень хорошо. Но нервы сдают, и ничего с этим поделать не можешь. Потом возвращаемся. Терпим, потому что есть ради чего терпеть… Особенно часто эти срывы происходят в начале года, когда идет отработка новой программы и тебе приходится находиться в зале по восемь часов ежедневно…

– Без перерыва?!
– Перерыв предусмотрен. В перерыве мы идем к врачам, к массажистам, кто-то успевает, помимо массажистов и врачей, еще поспать. Но это крайне редко получается.

– Вам удается уснуть?
– Сейчас я и по ночам толком не сплю.

– До Олимпиады в Лондоне еще полгода, а вы уже перестали спать по ночам?
– При чем здесь Лондон? К Лондону это не имеет никакого отношения! Вы что же, думаете: Лондон – так это все, я не сплю и уже потихоньку схожу с ума от мыслей о своей второй Олимпиаде? Я еще на нее отбираюсь, во-первых. Кто едет на Игры – станет известно ближе к лету, после чемпионата Европы. Моя бессонница – это всего лишь усталость…

– Я прочитала заметку о том, что Дарья Кондакова выиграла квалификационный олимпийский турнир в Лондоне. Но на чемпионате мира в Монпелье вы с Дашей завоевали для России две неименные лицензии. А теперь, получается, Даша уже получила лицензию лично для себя? Отчего же вы этого не сделали?
– Все не совсем так. В Лондоне выступали гимнастки, которым не достались лицензии в Монпелье. Меня же, Дашу и Алию Гараеву как победителей и призеров чемпионата мира пригласили там выступить вне конкурса. Но так как у меня все четыре вида абсолютно новые, мне не захотелось показывать свою программу в сыром виде. И я отказалась от приглашения. И, к слову, чемпионки мира в групповых упражнениях, сборная Италии, которые тоже получили приглашения в Лондон, туда не поехали. Это не такой уж глобальный турнир, к тому же он проходил даже не в олимпийском зале. Мне приятно, что меня тем не менее приглашают, помнят (смеется), и лишний раз выступить никогда не плохо, тем более в олимпийский год. Но, поскольку у меня была причина, и по точно такой же причине, насколько мне известно, отказалась Алия Гараева, в Лондон слетала только Даша. Видимо, она чувствовала себя более готовой.

– Вы готовы рассказать о своих новых программах?
– А зачем? Вы их увидите в конце февраля, на «Гран-при Москвы». Если я начну рассказывать, смотреть будет не так интересно.

– Вот! Вот вы опять замыкаетесь в себе. На чемпионате мира в Монпелье после победы в многоборье вы не пожелали сказать мне, что вы будете делать вечером.
– Я, может быть, еще не знала, что буду делать вечером! Не решила еще!

– Значит, все гораздо проще, чем я думала. И все же очень часто ваши ответы на вопросы журналистов выглядят гладкими как камушки. Не могу поверить, что это не маска. Может быть, когда-то вы были неосторожны, слишком откровенны и вам пришлось пожалеть об этом?
– Да, есть вопросы, которые я не люблю. Не люблю вопросов о личной жизни и практически не отвечаю на них. И сама внутренне решаю, что сказать, а о чем умолчать. Я не отвечаю необдуманно. Те вещи, которые я считаю нужным сказать, – я говорю, но что-то ведь широкой публики, на мой взгляд, совершенно не касается.

– А если мы попробуем все же коснуться вашей личной жизни – дипломатично… Время на личную жизнь у вас, собственно, есть?
– Есть. Конечно, есть…

– Но каков он, ваш идеал? Идеал, заметим в скобочках, был даже у Пушкина.
– А у меня нет идеала. Для меня его не существует! Все зависит от того, что мы хотим видеть. Если мы хотим увидеть в человеке только плохое, все готовы истолковать, как недостаток, настроены на поиск этих недостатков, мы найдем то, что ищем. А если ты изначально настроена видеть хорошее – именно это и увидишь. И все будет хорошо!

– Вы как-то обмолвились, что мужчина должен вас чем-то удивить, чтобы вам понравиться. Это должно быть что-то неожиданное. А что, например?
– Да в том-то и дело, что я… не знаю!

– Ваш тренер, Вера Штельбаумс, рассказывала мне о молодом человеке, оставлявшем для вас букеты на КПП Новогорска. Он еще существует в природе?
– Его больше нет. Там просто был ряд таких моментов… О которых мне не хочется рассказывать.

– Из Википедии можно почерпнуть, что вы занимаетесь изучением компьютера. Прагматично.
– О, я как раз не самый большой любитель компьютера и Интернета. Я за общение в жизни. Да, бывают разные случаи, когда один человек находится в Америке, а другой в России. Тут спасает скайп. Но вообще я в соцсетях не сижу. Если кто-то хочет со мной поговорить, меня всегда можно найти по телефону. А социальные сети – по-моему, пустая трата времени.

– Суррогат? Существует, допустим, заменитель сахара, а это – заменитель жизни.
– Этот заменитель жизни, впрочем, не обошел меня стороной. Какое-то время я провела в социальной сети, но не под своим именем.

– Что заставило прибегнуть к маскировке?
– Клоны. Моих клонов оказалось так много, и они, как выяснилось, настолько воинственно и непримиримо настроены, что, когда я поначалу попыталась создать свой аккаунт под настоящим именем и фамилией, они стали писать мне возмущенные сообщения: «Ты клон! Что ты тут делаешь?» Я опешила и не стала спорить.

– Какой же псевдоним вы выбрали?
– «Просто Женя». Но я уже удалила эту страничку. Я прожила под этим бесхитростным псевдонимом примерно полгода, после чего пришла к выводу, что мне не хочется тратить на Интернет так много драгоценного времени. Лучше перед сном почитать книгу, позаниматься английским или встретиться с друзьями. Но Интернет – это заразно.

– Кто-нибудь распознал, что это как раз – «непросто Женя»?
– Только те, кто был посвящен в ее тайну, либо те, с кем у нас есть общие знакомые. Со временем, правда, это перестало быть тайной. У меня был закрытый профиль, и писать мне могли только те, кого я внесла в список друзей. Тем не менее заявок на то, чтобы попасть в этот список, в какой-то момент стало так много… Несколько тысяч. Я не в состоянии поддерживать виртуальное общение с таким количеством людей. И, в том числе, чтобы никого не обижать, я ушла из Интернета. Всем мил не будешь. Одному ответишь, а другому – нет. Появятся какие-то обиды: «Вот она, значит, какая! Не буду больше за нее болеть!» Зачем же травмировать детей? Как правило, это были маленькие девочки, которые любят гимнастику, и им очень хотелось подружиться с Евгенией Канаевой. Пусть не разочаровываются во мне. Пусть приходят за нас болеть!

– А как поживают ваши клоны? Вы ушли – а они между тем остались?
– В «Одноклассниках», как мне рассказывали, по-прежнему обитает мой клон. Мои друзья заходили как-то на ее… на его (?) … страничку – говорят, там столько пожеланий для меня, пишет такое огромное количество людей. Поздравления, стихи – чего там только нет! Мне было очень приятно, что люди так интересуются гимнастикой. Пусть их будет как можно больше!

– Интересно было бы понять, что заставляет человека отказаться от своей личности и выдавать себя за вас?
– Может быть, скучная и однообразная жизнь, отсутствие ярких, сильных впечатлений и вследствие этого – желание свою жизнь разнообразить, побыв кем-то другим. Но это всего лишь предположение. На самом деле причины могут быть какими угодно…

– «Не хватает сильных, ярких впечатлений…» А у вас в последнее время были подобные впечатления – что-то такое, что буквально пронзило насквозь?
– Да, такое впечатление у меня было. Это балерина Наталья Осипова. Я ее видела на сцене Большого  театра, еще до его реконструкции.

– Это же было довольно давно?
– А я до сих пор нахожусь под впечатлением от ее танца. Так меня не поразил больше никто! Гимнастика так или иначе начинается с балета. Каждое утро у нас начинается с хореографии. А так как мне не дано дружить с хореографией…

– Вам?!
– А чему вы так удивляетесь?! С точки зрения хореографии я не очень щедро одарена природой – это факт!

– Что же вам не дано? Вы плохо чувствуете музыку?
– Музыку я как раз очень люблю, и, надеюсь, я ее чувствую. Во всяком случае, я стараюсь попадать своими движениями в такт, сливаться с ней. И я искренне верю, что во время моих выступлений нет такого ощущения, что я и музыка как бы находимся отдельно друг от друга. Стопы, колени, выворотность стоп – вот что я на самом деле имела в виду! Как, предположим, у Оли Капрановой или у Веры Сессиной: какие у них были стопы, подъемы просто великолепные!

Но благодаря педагогам, тренерам, которые непрерывно занимаются исправлением моих недостатков, это удается заштриховывать.

А Наталья Осипова… У нее очень легкий толчок. И далеко не все балерины обладают таким толчком. Обычно, когда я ходила на балет, я не видела ни одной балерины, которая толкается в полный объем. Мне казалось – они вполсилы прыгают. Но это сугубо мое мнение! Осипова же – у нее и вращения, и прыжки, и легкость, и темп, в то же время она не показывает, как она под конец спектакля устала. И это профессионализм – не показывать своего истинного состояния! «Боже мой! – сказала я себе. – Мое выступление длится полторы минуты, а они танцуют полтора-два часа!» Мне вдруг даже стало стыдно… перед балеринами!

– Впечатления нас порой достаточно серьезно меняют. Что-то изменилось в вас после того, как вы увидели Наталью Осипову?
– Да. Я дала себе слово никогда не показывать на ковре своей усталости, не показывать ее зрителям. Мы на ковре – актрисы, и все, что мы делаем, должно выглядеть легко и просто. Зритель не должен охать и вздыхать: «Бедняжка! Как ей плохо, как сложно! Она там чуть не сломалась! Такой трюк сделала – ей тяжело было, но она сделала!» Может быть, какой-то плюс здесь есть. Но, мне кажется, гораздо лучше слышать отзывы: «Какая сложность элементов, а ей это ничего не стоит!» Так будет намного интереснее – чтобы люди видели только красоту в чистом виде, без напряженного лица. И над этим с нами тоже очень много работают тренеры.

– Наталья Осипова. Было ли что-нибудь еще?
– Моя любимая книга – «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайльда. Фильм мне, кстати говоря, не понравился, очень извращенный. Много откровенных сцен – тот, кто не читал саму книгу, боюсь, останется в недоумении, при каком-то искаженном мнении. В фильме ускользает главный смысл всего происходящего. Портрет – это душа. Человек совершает что-то плохое, страшное, все это меняет его душу до неузнаваемости, а со временем начинает проступать и в его внешности. Я в это верю. Некоторые люди на первый взгляд кажутся некрасивыми, но стоит заговорить с ними, посмотреть им в глаза, а в глазах отражается душа… И восприятие меняется. И этот человек уже кажется тебе таким красивым!

– Вы можете назвать кого-то, кто обладает такой внутренней красотой?
– Тех, кто внутренне некрасив я, наверное, не могу ни принять, ни воспринять. И я очень ценю, очень благодарна окружающим меня за то, что они поддерживают меня и в горе, и в радости, не отворачиваются от меня, что бы ни произошло. Еще у меня, например, есть потрясающая подруга, которая, правда, порой мне говорит очень горькую правду…

– Вам нужна горькая правда, Женя? Вам нравится ее слушать?
– Мне не всегда легко ее слушать. Но мне нравится, когда у человека есть свое мнение и он открыто его выражает, несмотря на то, что, возможно, причиняет мне этим боль. Иногда очень нужно, просто жизненно необходимо услышать: «Очнись!..» И взглянуть на себя другими глазами. Без розовых очков.

КАНАЕВА Евгения Олеговна
Родилась 2 апреля 1990 года в Омске.
Достижения: Олимпийская чемпионка-2008. Трехкратная абсолютная чемпионка мира. Евгении принадлежат абсолютные рекорды по количеству золотых медалей, выигранных на одном чемпионате мира, – 6 из 6. (Мие-2009, Монпелье-2011). Помимо этого, во французском Монпелье в сентябре прошлого года Евгения Канаева становится первой в истории художественной гимнастики 17‑кратной (!) чемпионкой мира.
Тренеры: Ирина Винер, Вера Штельбаумс.