Тренер Елены Исинбаевой Евгений Трофимов: Нужно, чтобы все сошлось

– Евгений Васильевич, вас не смущает нестабильность результатов вашей ученицы?
– Нет. Я уже в таком возрасте, что меня трудно чем-то смутить.

– И все же что с Леной происходит? Это нервы, проблемы с «физикой», изъяны в технике, что?
– Дело вот в чем. Восемь лет она работала и совершенствовалась в одной школе. Потом, после переезда за границу, попала в другую, где по-иному трактуют прыжок. Раньше ее прыжки были легкие, свободные, на автомате. Когда ее стали «переделывать», начались проблемы. Теперь в стрессовой ситуации у нее возникает «синдром сороконожки»: с какой ноги ходить? Восемь лет одному учили, пять лет другому. Дух противоречия ее гложет. Причем на тренировке она делает все правильно, а на соревнованиях это проявляется.

За границей ей навязали «мужскую» технику прыжка с контр-движением через левую руку, чего нельзя было делать, потому что у нее весь прыжок шел от ритма и от маха. У нее сумасшедший мах заложен! Сейчас она перестала махать, из-за этого и потеряла «летность» прыжка. Когда удается это преодолеть, все получается. В Волгограде она прыгнула на тренировке у меня 5,10. А в Монако ничего не получилось. На разминке Лена поставила 4,70 и спокойно прыгнула. А когда начались соревнования, начала опять руку втыкать. Плечи останавливаются, и все прыжки буквой «Г».

Поэтому сейчас задача такая: за три-четыре тренировки «убрать» левую руку и вернуться к прежнему варианту. «Физику» уже не надо трогать: бежит она хорошо, в жиме лежа тоже прибавила. А жим лежа коррелируется со скоростью маха…

– А не секрет, сколько она жмет?
– 78 кг.

– Может, она и готова на 5,10– 5,15?
– Она готова, она прыгала. Второй прыжок в Волгограде у нее был 5 метров. Потом под дождем она прыгнула 4,90. Причем на глазах у менеджера, который приехал посмотреть на ее прыжки.

– Давно это было?
– Недель пять назад. Потом у нас были маленькие проблемы по ходу подготовки, и мы прекратили прыгать, отчего получился небольшой сбой в подводке к основному старту.

– Она сильно изменилась как человек, когда снова к вам вернулась?
– Она та же самая Лена, только ей не 22, а уже 30. И ее эта преданность, которая была раньше, вернулась. Она многие вещи переосмыслила, поняла, что есть друзья, есть попутчики, есть фальшивые друзья.

Что радует, она не утратила способности к мобилизации в нужный момент. Я ее иногда тестирую, говорю: «У тебя осталась одна попытка! Сделай вот это». Лена собирается, появляется сумасшедший настрой, и она прибавляет к результату 50–60 см. В метании ядра, например. Это очень важно!

– Она и ядро толкает?
– Нет, это как тест я использовал. Например, бросок вперед двумя руками…

– Возраст сильно повлиял на нее?
– Как сказать… Мы уже не можем выполнять тех объемов, как раньше. Не можем часто стартовать. Поэтому я построил подготовку таким образом, чтобы пик формы пришелся на Лондон.

– Почему главный тренер сборной России по легкой атлетике Маслаков сказал, что после Олимпийских игр она закончит с прыжками?
– Нет, он имел в виду, что она Олимпийские игры отработает, а затем и чемпионат мира, который будет в Москве в 2013 году. А потом, наверное, надо действительно заканчивать, потому что есть жизнь, какие-то свои планы.

– Какой результат надо показать, чтобы выиграть в Лондоне?
– Не меньше 5 метров. Но есть погода, другие моменты. Сейчас результат нельзя предсказать. Вы посмотрите, что творится в Лондоне. Холод, дожди постоянные. Поэтому здесь работа будет не на результат, а на выигрыш. О мировых рекордах думать не надо.

– Из соперников кто-то приблизился к ее результатам?
– Народ подбирается. Произошел качественный скачок. Немки прыгают уже иначе. Кубинка Силва появилась, может вклиниться в борьбу. Американка, бразильянка Мурер, многие прибавили.

– Сильно Лена переживает свои неудачи?
– Естественно. Она же не привыкла проигрывать, ей неприятно. Но она все прекрасно понимает. Я ей показал тренировочную карту и сказал: «Лена, вот причина твоих ошибок! Наша задача: в оставшиеся 10 дней до Олимпиады сделать вот это и это – и ты будешь в порядке».

– Убедили?
– Надеюсь, что да. Главное, чтобы все сошлось! Форма, психоэнергетика.

– Время назад не повернешь, и все-таки. Чего бы она достигла, если бы не покинула вас в свое время?
– Что сейчас об этом говорить. Судьба распорядилась так, что она уехала и вернулась назад. В первом она раскаивается, а во втором... Она сейчас очень рада. Вернулась к себе домой. Родители, сестра, тренер. Она очень дружна с моей супругой Тамарой Федоровной. Когда жена появляется на тренировке, Лена даже в результатах прибавляет.

– И все-таки вы говорили, что ее потолок намного выше и она могла бы уже прыгать 5,15–5,20, если бы не отъезд. Жалко ведь.
– Да, жалко... На чемпионате мира в Хельсинки в 2005 году на высоте 5,01 у нее был запас сантиметров пятнадцать. Все ахнули просто! Причем прыгала она на мягком шесте из-за холодной погоды.

– На ваш взгляд, в чем уникальность Лены? Ну, была она неплохой гимнасткой – и вдруг.
– Гимнастику оставьте, пожалуйста. Потому что можно прыгать с гимнастикой, можно без гимнастики. У меня была Чепелева, серебряный призер Олимпийских игр в Австралии по гимнастике. Пришла и говорит: «Хочу прыгать, как Лена!». И что? Ни одного движения не смогла перенести в прыжки. Дело не в гимнастике, хотя Лена – мастер спорта в этом виде. Уникальность ее – антропометрические данные, психоэнергетика, мышечная память и много чего еще. Есть такая специальная монограмма, где на графике видны все важнейшие показатели человека. Так вот она по всем этим показателям находится на очень высоком уровне. Ни одно звено не выпадает. Вот что важно! В этом ее уникальность.

Евгений Васильевич ТРОФИМОВ
Родился в 1944 году в городе Кузнецке (Пензенская область). Занимается тренерской работой с 1966 года. В 1997 году начал сотрудничать с Еленой Исинбаевой, перешедшей в легкую атлетику из спортивной гимнастики. В 2005 году спортсменка ушла от него к Виталию Петрову, однако вернулась к работе с Трофимовым в 2011‑м.
Указом Президента России в 2006 году награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» II степени. «Заслуженный тренер России».