Александр Кержаков: Хочется, чтобы больше играли питерские ребята. Тот «Зенит» больше любили

- Когда меня тренировал Юрий Андреевич Морозов. Его доверие было настолько огромным, что оно не только помогало, но и давило, когда не мог забить. Но он подсказывал, советовал, ругался, кричал. В конце концов, благодаря ему вы у меня берете интервью. Если бы не Морозов, вряд ли что-то получилось. Что  касается Валерия Газзаева, ему благодарен за то, что он ставил меня в стартовый состав сборной... Мне было 19 лет, когда он спросил: «Как ты хочешь: выходить на замену или играть в составе сборной?». Для меня это был, конечно, показатель. Конечно, я ответил, что хочу начинать в старте.

Роналдо, Клюйверт, Анри. Перенимал ли что-то у них? Нет. Что мне у них перенять? Они выше на две головы.

- То, что я там был, не значит, что у меня был опыт участия в чемпионате мира. Мне было 19 лет, я полтора года играл в профессиональный футбол. И еду на чемпионат мира с людьми, на которых смотрел по телевизору… Вышел на семь минут, вообще не понимал что происходит, полный стадион. Как в сказке ходил, открыв рот… Романцев мне говорил только один раз, когда выпускал, что я меняю Карпина. Олег Иванович хотел, видимо, напутствие дать, но в тот момент нам забили третий гол.

- Тогда нам казалось, что  мы играем, как должны играть. И это нам приносит результат. Кто Петржела для меня? Наверное, новатор бесшабашного футбола в «Зените». Человек, который давал свободу всем. Наверное, он больше спрашивал со своих ребят, с защитников, с земляков. А так… Человек, который просто расставлял нас на установке, говорил, что здесь мы должны делать, показывал, что в обороне у нас должен быть «ноль», а там мы хоть как забьем.

- Мне нравился 2004 год. Тогда мы играли классно. На нас уже смотрели как на серьезных соперников, но мы все равно продолжали играть в веселый футбол, и нам немного не хватило, чтобы попасть в призы. Так же могу сказать про 2010 год, когда я вернулся в «Зенит». Тогда у нас была не только банда классная, но и был коллектив вне поля. Часто встречались вместе, праздновали дни рождения, праздники семейные.

(О друзьях)

- Приезжаю в гости к Игорю Денисову спокойно, к Быстрому (Владимиру Быстрову – Прим. ред.), когда они здесь (в Петербурге – Прим. ред.). Благо живем недалеко друг от друга загородом. В мой дом тоже приезжали Игорь и Быстрый. Шава (Андрей Аршавин – Прим. ред.)? Шава не приезжал. Но я не то, что его не жду. Ко мне может приезжать кто угодно. Я – гостеприимный человек!

- Весело было. Мне нужно было, чтобы со мной присутствовал человек, который сказал в свое время: «Без меня ничего не подписывай». Это Евгений Наумович Шейнин. Я на базе скандалил, разорался. Потом приехал к Виталию Леонтьевичу (Мутко, президенту «Зенита» – Прим. ред.). Я не мог понять, почему контракт на пять лет должен подписывать, когда можно подписать на год или два, а потом продлить… Он на меня тоже там покричал. Вечером, когда директор школы моей футбольной договорился с ним (с Мутко – Прим. ред.), я приехал, как ни в чем не бывало. Мы обнялись, он меня поздравил с первым контрактом.

- Перестал следить, когда практически никого не осталось из тех, с кем играл. Уже неинтересно смотреть. А раньше смотрел все время за «Севильей», особенно первый год, после того как уехал. Это не то что любовь к испанскому футболу. Но, наверное, выберу «Барселона» – «Реал», нежели «Челси» – «Манчестер Юнайтед».

(О том, является ли примером для кого-то)

- Если говорить о футболе, не знаю, пример я для кого-то или нет. Может, для какого-то ребенка и пример. Вряд ли для какого-то футболиста. Слышал, когда дети играют во дворе, кто-то кричит: «Я такой-то, я – такой». И моя  фамилия тоже там звучала. Не только потому, что кто-то пробил мимо ворот.

Главное – быть примером в жизни для детей, когда они появились. Чтобы они смотрели на тебя и понимали, что вот таким должен быть, у дочери, например, муж, а сын должен быть, как отец.

- Родители не позволяли мне думать, что мне чего-то не хватает. У меня не было ни магнитофона, ни приставки, когда у сверстников были. Но мы так жили дружно, что ходили друг к другу в гости. Не ощущал себя ущербным. Хотя не было модной одежды, не было ничего нового, мне это и не нужно было.

- Неожиданно проснулся интерес к книгам. Сейчас читаю Некрасова – «В окопах Сталинграда». «Мастера  и Маргариту» пока читать не хочу. Дома у меня много книг от родителей. Отец много читает. Я бы посоветовал прочитать «Блокадную книгу» Гранина, уже новую. Еще понравилась «Обитель» Прилепина.

- Иногда ощущаю себя взрослым. А на поле, наверное, ощущаю себя на 25 лет. В 40 лет вижу себя еще активным, физически хорошо сложенным. Желательно в классическом костюме. Забочусь, чтобы наш клуб «Зенит» процветал. В 50 лет тоже. В 60 лет уже как почетный гость хожу на новый стадион, сижу в ложе, и общаюсь с Андреем Аршавиным, с Гариком. Мы говорим друг другу: «Неплохой вроде парень там играет, а тот так себе. Мы были лучше». Еще ни разу не слышал, чтобы кто-то из ветеранов говорил: «Мы были хуже, чем они».

- Если бы он не прошел через то, что прошел, о нем бы так сейчас не говорили. Хороший парень, веселый, фактурный. В сборной еще не было такого нападающего. И Паша Погребняк, и Павлик (Роман Павлюченко – Прим. ред.) все-таки немного другими были. Более пластичные, что ли. А Дзюба – он, как танк.

- Такой персонаж должен существовать для людей, которые смотрят телевизор или интернет. Как я воспринимаю его критику? Смеюсь, улыбаюсь. И все. Воспринимаю критику только одного специалиста – своего отца. Предложение Бубнову возглавить команду из моего Кингисеппа? Появился бы интерес со стороны  российских СМИ. Так что я серьезно.

- Хотелось бы, чтобы это все вернулось, чтобы играли больше питерские ребята. Этим и славился, наверное, тот «Зенит», его любили больше. Не знаю, может, и сейчас любят так же. Дай бог, чтобы его продолжали любить. Любить именно «Зенит», а не то, что внутри. Но мне, как болельщику, тоже хочется, чтобы за сборную России выступали русские, а не  натурализованные иностранцы.

(Об игре в хоккей)

- Некомфортно себя чувствую на коньках. Вообще ноль полный. Упасть не упаду, но не исполню точно. Рад, что познакомился с Быковым и Захаркиным, мне интересно смотреть хоккей. Раньше – нет. Ходил просто так. Редко бывал на СКА. Сецчас другое восприятие уже, ведь знаешь этих людей в жизни.

- Познакомился с ведущим  танцором Мариинки Володей Шкляром. Мне интересно смотреть, ходить на спектакли. Что если предложат сыграть в театре? Смотря кого. Гамлета? Соглашусь. Больше никого не буду. Да не знаю… Вряд ли у меня есть актерский талант. Хотя я выступал на сцене Маринки. Поздравлял детей с Новым годом. Не помню, чтобы еще какой-то футболист «Зенита» выступал на главной сцене Мариинского театра.

- На всех мероприятиях закрытых я пою. Артисты приезжают – я на сцене сразу. Но выпускать альбом точно не пора. Пора меня уже не пускать на сцену… Все равно, что петь. Когда один едешь, какая разница? Так веселее.