Тренер Плющенко и Туктамышевой Алексей Мишин: «Сидеть на Олимпе и бояться турниров мы не будем!»

- Вы знаете, мы хотим в этом году показать Елизавету в другом образе и над этим старательно и тщательно работаем. Собираемся воспользоваться как своими постановочными силами в лице Прокофьевой Татьяны, так и приглашенными специалистами. Около недели мы провели со Стефаном Ламбьелем, сейчас к нам присоединиться другой хореограф. Обязательно будет востребовано мастерство наших старых друзей, балетмейстера «Мариинки» Юры Смекалова, Володи Варнавы…

- Нет-нет. Наш визит с Лизой и Сашей Петровым к Ламбьелю носил взаимный характер. Ламбьель открыл у себя в Швейцарии, в городке Шампери академию фигурного катания. И наш приезд привлек достаточно большое внимание. Ламбьель и работающие вместе с ним тренеры очень заинтересовались нашими упражнениями. К Ламбьелю приехала и Каролина Костнер. И сразу же попросилась позаниматься вместе с нашей группой. Я не возражал: «Пожалуйста!». Каролина очень прилежно изучала упражнения, которые я использовал для всей группы.

- Сейчас она тоже, видимо, задумывается о тренерской карьере. А катается просто замечательно, не отягощенная необходимостью прыгать многооборотные прыжки. Но при этом сказала мне: «Я попробую четверной сальхов».

-Она заразила многооборотностью конкретно. Причем, в этом отношении Лиза уникальна. До нее были фигуристки, такие, как, например, Мики Андо, прыгавшая четверной сальхов, но то скорее были хорошие попытки. А Туктамышева делает реальные аксели, реальные!

- А я бы не стал ругать восточные мотивы! Эти мотивы совсем неплохи для фигурного катания. В них есть какое-то своеобразие. И потом, у нее была одна-единственная восточная музыка. Одна-единственная! А так у нее были танго, «Besame mucho», она прекрасно нашла себя в «Болеро», специалисты мне даже говорили, что это одна из лучших коротких программ, которые когда-либо были созданы. В ней все было настолько все вычищено, подогнано, что ругать ничего не надо… Ни мотивы, ни «Болеро».

Пока мы с Лизой сделали два новых показательных номера, в Японии она получала «standing ovation». За оба номера. А поиски продолжаются. Одна из моих методик заключается в том, что я выбираю музыку и начинаю делать из нее показательный номер. А потом смотрю – пошло, или не пошло. С восточным танцем у нас именно так и было. Если «Болеро» сразу было определено, как короткая программа, то восточный танец – это образ, трансформированный из показательного номера. Так что и сейчас мы делаем несколько показательных номеров, чтобы понаблюдать, какие из них пойдут и что можно трансформировать в произвольную и короткую программу.

- Надо посмотреть, прощупать разную аудиторию. Увидеть эти же номера, плотно заполненные прыжками, в показательных номерах прыжки тоже присутствуют, но не в той степени. Нужно понять, как выглядит номер, заполненный семью прыжками, потом посоветоваться с людьми, которым я доверяю. Выслушаю я и тех, кому я не доверяю, и... сделаю все наоборот! 

- Стартовые условия у Лизы в прошлом году и теперь немножко отличаются. Они диаметрально противоположны! В прошлом году в начале сезона она была никто. А сейчас все-таки… Вы знаете. Поэтому и тактика участия будет несколько другой. Но она не будет заключаться в том, чтобы, дотянувшись до пьедестала, сидеть на нем, на этом своем Олимпе и бояться турниров. Такого не будет!

- За двадцать лет нашей совместной работы я отдал Жене существенную долю… Как бы выразиться поточнее… Своего тренерского потенциала. В настоящий момент тренировки он проводит фрагментарно. Занимается медобследованием и у меня просто появляется достаточно времени для того, чтобы поработать с Лизой и с другими фигуристами. Я слышал такое мнение: «Сила Мишина не в том, что он хорошо тренирует, а в том, что у него собираются сильные спортсмены». Так вот, я хочу объяснить. Я тренирую с 1969 года. Это сорок шесть лет. В течение сорока шести лет у меня появлялись фигуристы, которые явно были не способны к фигурному катанию в должной мере. Но они тоже добивались хороших успехов. К чему я все это говорю? Мне интересно постараться и из тех, кто пока никто сделать «все». И здесь я должен упомянуть моего верного тренерского и жизненного спутника супругу Татьяну и молодого хореографа Татьяну Прокофьеву, которая, несмотря на молодые годы, достигла хорошего профессионального уровня. Достаточного для того, чтобы быть хореографом чемпионки мира.

- Дело в том, что Евгений в списке моей группы имеет совершенно особое положение. Это молодой человек, у которого четверо детей. Двое своих, и двое усыновленных. На его плечах мама с папой, сестра со своей уже семьей. Строить с Женей взаимоотношения по принципу «Я начальник, ты дурак!», было бы совершенно неправильно. Он уже умудрен не только фигурным катанием, но и жизнью. Я ему доверяю во всех вопросах выбора жизненной судьбы. Я помню, как в свое время Женя позвонил мне и спросил: «Алексей Николаевич, вы сидите, или стоите?». Я отвечал: «Сижу. В автомобиле». «Остановитесь где-нибудь, чтобы не попасть в аварию». Остановился… «Я женюсь!». Когда-то это была отеческая опека, а теперь – взаимоотношения двух мужчин, и оба - взрослые.

- Он и не мог быть заявлен. Он не имеет прав на запланированное участие. Рейтинг… В Москве организаторы могут допустить кого пожелают, на других этапах Гран-при это невозможно. А Лиза поедет в Канаду и во Францию, это не лучший вариант, нам больше хотелось сориентироваться на Японию и Китай, но там уже есть один призер чемпионата мира в женском одиночном катании, а из остальных комбинаций оставалась только Канада и Франция. Впрочем, они тоже были для Лизы в свое время удачными.

- Напишите вот что: я был приятно обрадован тем уровнем спортивной формы, которую Женя продемонстрировал в Японии. Он делал по два-три тройных акселя, восстановил четверной прыжок, который он всегда исполнял абсолютно правильно. С таким арсеналом, - с тремя тройными акселями и четверным, - он уже представляет собой силу при том уровне мужского катания, какой присутствует в России. Поэтому не о том идет речь, чтобы бояться выступить, или не бояться. Но о том, стоит ли вступать в «президенскую гонку», планируя трехсезонный марафон, или не стоит!

- У нас на старте сезона уже было обращение к четверному лутцу. Потому что никакой другой четверной прыжок, – ни сальхов, ни даже риттбергер, - не производит впечатления. А четверной лутц мог бы иметь такой же вес, как и тройной аксель у Туктамышевой. И мы на сборе в Петербурге уже открыли эту страницу…