Мирча Луческу: Буду с «Шахтером» до конца!

«Вот здесь я теперь обитаю…», - Мирча Луческу встречает нас в холле «Опера» - роскошной, пятизвездочной гостинице, принадлежащей президенту «Шахтера» олигарху Ринату Ахметову, самому богатому человеку Украины. Румынскому тренеру еще надо решить какие-то проблемы дубля, найти каких-то двух игроков, завтра ведь «Шахтер» летит на матч в Харьков. Наконец, он - в нашем распоряжении. Поднимаемся на второй этаж, Мирча распахивает дверь номера 105. Там на журнальном столике стопка DVD с записями матчей будущих соперников, программки, какие-то конспекты… На стене - огромный экран (для просмотра футбола), на подоконнике - восемь призов, которые он получал как лучший тренер страны. «Взял их с собой, потому что это мне очень дорого…» Что еще бросается в глаза? Одежда, не вместившаяся в шкафы и ящики и поэтому висящая на какой-то специальной конструкции в углу…

- В июне 2014-го, перед отлетом в Австрию на предсезонные сборы. Тогда я собрал пресс-конференцию на стадионе: обрисовал ситуацию, опроверг некоторые слухи и снова заявил, что не намерен покидать клуб. На следующее утро, мы на автобусе поехали в Запорожье и только там сели на самолет – в Донецке ведь аэропорт уже не функционировал. Вот с того дня ни я, ни мои игроки больше в Донецке не бывали. Тем не менее, я продолжаю платить аренду за квартиру, где проживал.

- В начале мая играли против Мариуполя (2 мая, 3:1 – прим. ред.). Мы стали чемпионами за два тура до конца чемпионата (11 мая обыграли в гостях «Зарю» - 3:1), последний матч был домашний, но вынуждены были играть его в Черкассах, так что не смогли отпраздновать золото с нашими болельщиками, как это делали всегда. От того чемпионства остались довольно странные ощущения. Стадион, один из лучших в Европе, его атмосфера, болельщики – вот чего нам сегодня больше всего не достает.  

- Да, пока все по-прежнему. На стадионе работают четыреста или пятьсот человек. Не только потому, что людям надо дать какой-то заработок. Работы много: надо следить за  стадионом, за газоном, за парком. Год назад «Донбасс Арена» здорово пострадала от взрыва на соседнем химическом заводе, много стекол повылетало. Но все быстро привели в порядок, стадион готов принять матчи хоть сегодня. Частично уничтожен тренировочный центр, но поля все целы, за ними все так же ухаживают – можно их тоже   использовать.

- Надо было как-то выкарабкиваться из ситуации, часто срочно что-то решали на ходу. Сразу до начала прошлого чемпионата решили жить в Киеве а играть во Львове. Правда, был еще вариант с Харьковом – он все-таки ближе к Донецку, но УЕФА лицензировала только два стадиона для Лиги чемпионов – в Киеве и во Львове. Но мы ведь соперники с Киевом, поэтому и решили играть в другом городе. Почти все игроки  живут в квартирах – нашли им. Но некоторые предпочитают гостиницу. В ней живу и я, тренерский штаб плюс часть работников администрации – те занимают три или четыре номера на втором этаже. Остальной персонал мотается между Донецком и Львовом. Все как-то рассеяны по городам и весям, но все действуют более менее согласовано и клуб продолжает жить.

- Да. Киев – замечательный город, в нем комфортно жить, чувствуем здесь себя прекрасно. Главное было сохранить рабочую атмосферу и единство в команде, сорганизоваться, ведь все случилось так неожиданно. Мы перешли на другой ритм работы, но необходимо было держать планку, играть так же на победу. В этом сезоне мы уже выиграли Суперкубок у «Динамо» Киев (2:0) и успешно прошли квалификацию в Лиге чемпионов, кстати, шестой сезон подряд. Сейчас идем вторыми в чемпионате – следом за киевлянами. 

- Это значит, создать хорошие условия для тренировок. В Донецке у нас были замечательные рабочие условия в тренировочном центре Кирша – там во время Евро-2012 базировалась сборная Франции. Конечно, найти такую же в Киеве было трудно и даже невозможно, но повезло – наткнулись на одно местечко в двадцати километрах от центра города, прямо в лесу: старую спортбазу – центр олимпийской подготовки, там советские легкоатлеты готовились еще в начале 1980-х, но потом ее почти не использовали. Мы привезли наших специалистов по газонам из Донецка и они привели поляну в порядок. Правда, она без подогрева, и недостаточно освещенная. Так что в некоторые месяцы вынуждены перебираться в другие места и чувствуем себя немножко не в своей тарелке. На той базе мы обустроили небольшой одноэтажный домик, чтобы иметь необходимый минимум: раздевалки, душевые, баню, массажный кабинет, видео-салон. Там еще есть старое административное здание – в нем на первом этаже оборудовали тренажерный зал. Если дороги не забиты и не слишком много ДТП (смеется), за двадцать минут доезжаем от базы до гостиницы. Там вся команда питается. Так что в этом отношении, все нормально, ребята не жалуются. Жизнь продолжается, мы тренируется, играем, выигрываем...      

- Он появляется гораздо реже, потому что слишком занят: и своими делами, и политикой. Он больше не ходит на наши матчи, даже в Лиге чемпионов. Но обязательно вернется на стадион, как только мы снова будем играть на его «Донбасс Арене». Последний раз он видел ребят год назад, когда приехал на мой день рождения - 29 июля. Но мы постоянно общаемся по телефону, он все так же любит свой клуб, и дорожит тем статусом, который тот ему дает  в Украине и в Европе. Поэтому так же заботится и об игроках, и о персонале. Делает все возможное, чтобы бюджет оставался прежним, чтобы контракты полностью выполнялись и штат не сокращался. Да еще создал фонд для гуманитарной помощи.

- Никаких! Нас здесь уважают, игроки выходят в город - никто к ним не пристает, я ни разу не ощутил здесь никакой ненависти к себе. Где-то в другом месте подобное было бы немыслимо. Только представьте, что было бы, поселись «Ювентус» в Милане и клубный автобус все время стоял бы перед гостиницей. Да были бы постоянно оскорбления, возникали бы инциденты. Но здесь такое невозможно. Другой народ, на удивление единый – на национальной почве. Это проявляется ярче всего у молодых. И если даже есть соперничество между двумя клубами, которое может создать какие-то проблемы, они никогда не возникают между болельщиками и футболистами, между руководителями клубов. Единственная проблема у нас: по сути играем без поддержки болельщиков.

- Мы там играем матчи Лиги чемпионов и почти все домашние чемпионата страны. Однажды пришлось, правда, сыграть в Одессе – против Днепропетровска, несколько раз играли в Киеве – не на главном стадионе (там есть другие, поменьше). Так как проводим много времени в самолетах и в автобусах, постоянная проблема – восстановления, надо все так организовать, чтобы все было не слишком утомительно. Нас очень хорошо приняли во Львове, но если на матчи Лиги чемпионов собирается полный стадион (35 000 мест) и нас прекрасно поддерживают, то в чемпионате страны играем прочти перед пустыми трибунами. На этот стадион, кстати, делим с «Карпатами». А в этом чемпионате народа приходит еще меньше, чем в прошлом - не больше двух-трех тысяч. Но чего жаловаться! Понятно ведь: находимся в 1200-х километрах от Донецка, во Львове у жителей другой менталитет, а наши болельщики - в Донбассе или рассеяны по всей стране, приезжать во Львов им очень трудно. Так что есть проблемы психологического плана у игроков - проводим определенную работу, чтобы у ребят был нужный настрой и мотивация. Ведь каждый недобор очков может иметь тяжелые последствия. К сожалению, мы с соперниками находимся не в равных условиях.

- В прошлом сезоне, когда принимали «Баварию» во Львове в одной восьмой (0:0), им, поверьте, пришлось очень трудно: создали за весь матч всего один момент, а ведь в немецком чемпионате всех несли со счетом 6:0, 7:0. Если бы играли в Донецке, пришло бы 50 000 народа, и не уверен, что немцы унесли бы ноги. Я тренирую больше тридцати пяти лет, у меня глаз наметан - в тот вечер видел, что они нас боятся. Ну а в ответном матче на третьей минуте получили пенальти и удаление, судейство вообще было против нас, как уже не раз случалось, и команда развалилась (0:7).

- Я не имел права уйти – какой бы пример показал бы другим! Это мой уже двенадцатый сезон в «Шахтере», на счету двадцать одна победа в разных турнирах, и после всего этого взять и убежать в трудный момент для клуба? Другие иностранные тренера уехали, к примеру, испанец Хуанде Рамос – из Днепропетровска в 2014-м. И любой бы на его месте поступил бы так же. Но это не мой случай! Я очень люблю «Шахтер», у меня прекрасные отношения с президентом и вообще с людьми, здесь я получил все, чтобы реализовать свои футбольные идеи. Я чувствую себя обязанным этим людям. В июне у меня заканчивался контракт, были предложения от других клубов, но я подписал новый с «Шахтером» - чтобы поддержать клуб, чтобы показать, что  никто не сдается. Вы знаете, я – Лев по гороскопу, я никогда не сдаюсь. Я всегда бился до конца. Посмотрим, что будет в этом сезоне, но пока мы не вернемся в Донецк, я буду с командой.  

- Да проект несколько изменился, жизнь вмешалась. За два с половиной года потеряли таких классных игроков! Ушли: Виллиан (перешел в «Анжи», потом в «Челси»), Фернандиньо («Манчестер Сити»), Мхитарян («Боруссия»), Дуглас Коста («Бавария»), Луиз Адриано («Милан»). Но это и не противоречит стратегии клуба. Берем молодых игроков, обучаем, раскручиваем, а когда они достигают соответствующего уровня, лет в 25-26 у них появляется вполне логичное желание играть в клубе и в чемпионате повыше уровнем. Потом есть ведь еще и законы бизнеса, экономический плэй-офф – поэтому и пришлось продать игроков (за перечисленных шестерых футболистов клуб выручил 150 миллионов евро). Теперь, ввиду новых условий и снижения уровня чемпионата, почти невозможно приобрести молодых иностранных игроков. В первую очередь речь идет о бразильцах – ведь это был почти фирменный знак нашей клубной политики. Да сейчас даже как-то даже неудобно делать предложения и ждать от игроков быстрой адаптации. Тем не менее, нескольких прикупили: Марлоса и Азеведо – но они уже адаптированы - играли в Украине, в Харькове.  

- Главное, мы остались верны нашей футбольной идее и стилю. За счет чего еще… Начали больше привлекать молодых из нашей Академии. Пришли Степаненко, Ордец, Матвиенко, Коваленко. Два последних играли в апреле в финале юношеской Лиги УЕФА против «Челси». У нас много молодых талантливых украинских ребят… Получили шанс бразильцы, которые потихоньку прибавляли, но до последних событий находились в тени. Я имею ввиду Фреда, Тайсона и Алекса Тейшейра. Последний сейчас стал игроком №1 «Шахтера», играет под центральным нападающим - обводит, бежит, забивает. Но у некоторых, у того же Бернара – возникли проблемы с адаптацией, с пониманием европейского стиля игры, не говорю уж о наших специфических условиях.

- Не знаю. Сейчас все вроде сбалансировано. Но что-то изменилось. К примеру, Тайсон и Марлос – крайние, конечно, не такие взрывные, как были Виллиан и Дуглас Коста. Вообще раньше в команде были очень скоростные ребята - на них строилась игра. Теперь же больше техничных игроков, которые любят подержать мяч. Но ведь и тренировочный процесс несколько изменился – стал менее интенсивным. Это сказалось и на атакующей манере.

- Да, действительно, в чемпионате мы играем первым номером, держим мяч, постоянно атакуем, а в Лиге приходится играть в другой футбол: где надо еще защищаться, играть без мяча, отбирать его. Не всегда удается перестроиться, вот и совершаем ошибки, за которые дорого платим. Поэтому сейчас гораздо больше времени готовимся к матчам Лиги, делаем акцент на защитные действия, более пунктуально разбираем соперников, требуем большей дисциплины, собранности. А в этом сезоне тем более. Ведь никогда еще не попадали в такую трудную группу – с «Реалом» и «ПСЖ». Но футбол – это игра, там все возможно. Поэтому проводим большую психологическую работу – важно убедить игроков, что они могут играть в другой – непривычный им футбол. Это как раз моя задача.   

- Ситуация остается очень шаткой. Надеемся на то, что переговоры в Минске дадут какие-то результаты - люди перейдут от слов к делу. Пока же все стоит на месте, все так же нет уверенности в завтрашнем дне, нет стабильности, и это гнетет. Но думаем, что однажды вернемся в Донецк, к своим болельщикам. Хотя, когда это будет… Не хочу вдаваться в политику, но что-то не видно каких-то предпосылок к тому, чтобы люди пошли на мировую, простили все друг другу и вернулись к тому, к чему вернуться уже нельзя..