Евгения Медведева: Чудес, как правило, не бывает

– Женя, на следующий день после победы на чемпионате мира какие ощущения?
– Я до сих пор, мне кажется, не поняла, что происходит. И не скоро пойму. Это нужно переварить.

– Хотя бы на церемонии награждения промелькнула мысль, что вы выиграли золото?
– Наверное, да, когда играл гимн. Это был единственный момент, когда я по-настоящему поняла, что это чемпионат мира, что это золото.

– Показалось, вы вот-вот заплачете.
– Нет, вам показалось.

– Гимн всегда поете?
– Конечно, когда стою на пьедестале – всегда. И сзади громко пели гимн наши болельщики, было очень хорошо слышно.

– У вас было два месяца на подготовку к чемпионату мира после чемпионата Европы. Что, не связанное с фигурным катанием, в этот период запомнилось больше всего?
– Наверное, переезд. Мы с семьей переехали в район, где я катаюсь.

– Это все равно связано с фигурным катанием. То есть, ни кино, ни театра, ни прогулок?
– Да, у меня не так много времени, чтобы куда-либо ходить. Поэтому никуда и не ходила.

– Только учеба раз в неделю?
– Да. И то последние три недели перед чемпионатом мира я не ходила на учебу, потому что очень тяжело было. Нужно было отдыхать. Поэтому сейчас буду все наверстывать. У меня две недели – и потом экзамены.

– Когда вы здесь после короткой программы заняли только третье место, была тревога?
– Нет, мне это добавило мотивации. Третье место помогло мне собраться на произвольную программу.

– Справедливое было это третье место, не жестко вас отсудили?
– Я же на самом деле сорвала элемент и откатала не на свой максимум. Так что, думаю, короткую программу я действительно накатала на третье место.

– Как это «сорвали» – это была маленькая помарка на приземлении с прыжка.
– Все равно это влияет и на восприятие программы, и на компоненты. Судьи знают мои возможности и оценивают меня соответственно. Я считаю, что судейство по отношению ко мне было справедливым.

– В день между короткой и произвольной программой что-то, кроме тренировок, делали?
– Сходила вокруг гостиницы погуляла. Прекрасная погода была, я пофотографировалась, отдохнула немножко. И на следующий день в бой.

– С болельщиками или с родственниками общались в этот день?
– С родителями, конечно, общалась, а так я стараюсь во время соревнований ни в какие соцсети не заходить. Чтобы лишние мысли не лезли в голову.

– В Барселоне вы очень удивились, когда узнали, что недобрали в произвольной программе всего пару баллов до мирового рекорда. Когда в Бостоне увидели, что мировой рекорд есть, поняли, что сотворили?
– Нет. Говорю же, я вообще мало что пока поняла. Да и не помнила, сколько баллов мировой рекорд. У меня память на числа не очень.

– По ощущениям прокат произвольной программы получился на максимум, или еще где-то можно добавить?
– Я думаю, на данный момент я выдала свой максимум.

– Если бы Грейси Голд не допустила грубые ошибки и выиграла золото, сильно бы расстроились?
– Я бы для себя, наверное, подумала так: надо катать чисто обе программы. И тогда бы я точно ни при каком раскладе не расстроилась. Но на самом деле, я же не была в такой ситуации, поэтому не могу точно сказать, что подумала бы. Если бы да кабы…

– Когда этот сезон начинался, были ожидания, что золото всех турниров, кроме московского этапа Гран-при, будет у ваших ног?
– Первая цель была на Гран-при в Милуоки – просто показать себя. Заявить: вот, я, Евгения Медведева, перешла из юниоров во взрослые, смотрите, что я умею. Просто себя представить. Потом следующая цель: отобраться в финал Гран-при. Отобралась. Цель на финале Гран-при: откататься достойно. Ни о каких местах речи не шло, потому что там выступали шесть сильнейших девушек мира. Окей, откаталась. Цель на чемпионат России – попасть в тройку и отобраться на чемпионаты Европы и мира. Хорошо, получилось. На чемпионате Европы откататься чисто. Ладно. На чемпионате мира тоже выступить достойно и показать себя. Получилось. Вот так, по ходу дела, ставили цели и их выполняли.

– Задумки новых программ уже есть? Илья Авербух говорил, что собирается продолжить работать с вами.
– Да, мы будем работать с Ильей, ставить вместе с ним короткую и произвольную программы. А какие именно это будут программы, пока не знаю.

– И думать об этом пока не хочется?
– Пока да. В Москву надо вернуться.

– Не могу забыть фразу, которую вы сказали перед церемонией награждения на «Скейт Америка» в Милуоки: «Кто как работает, тот так и выступает». Все, что происходит, подтверждает эту аксиому?
– Я уже жалею о том, что это сказала! Если серьезно, в этом доля правды есть. Чудес, как правило, не бывает. На самом деле, как ты работаешь изо дня в день и как себя настраиваешь, с таким настроем и выходишь на лед.

– Пока случаев, чтобы этот закон не работал, не было?
– Пока что нет.