Комментатор Андрей Журанков: Я буду только «за», если Женя выступит в Сочи

«Если учитывать перерывы, я комментирую фигурное катание 10 лет. Первая съемка - с чемпионата России 1997 года. Отчетливо помню, что после окончания турнира на пресс-конференции сидели Алексей Ягудин и Плющенко. Рядом, вдвоем. Женя, по-моему, тогда выиграл.

- Скажи, что надо сделать, чтобы прыгнуть прыжок в 5 оборотов? - спросил я тогда у Жени.

- Ничего сложного - ответил он улыбаясь. — Просто оттолкнуться и взлететь.

Прошло 15 лет. И все эти 15 лет я болел за Плющенко. Считал, что он талантливее, чем Ягудин. Возможно, неправильно их сравнивать. Две глыбы, которые и сотворили нынешнее фигурное катание. Два человека, на которых равнялся весь мир. Просто мои симпатии были на стороне Плющенко.

Буду ли я извиняться? Я хочу понять, за что! Сейчас скандал на самом пике. Слишком много сказано, и главное, суть, такое ощущение, уже потонула в шквале взаимных упреков.

Последнее интервью с Евгением было на Олимпиаде-2010 в Ванкувере. Причем не только официальное, но и закадровое. Я пригласил Женю и Яну Рудковскую к нам в телецентр. Да и вообще, я был одним из немногих журналистов, кто вступился за Плющенко во время травли на Олимпиаде. Во время самих игр, еще перед прокатом короткой программы, я однозначно заявил в репортаже, что грозит скандал. Плющенко засудят в противостоянии с Лайсачеком. Так и получилось.

Благодарности от Яны и Жени я не ждал. В этом не было смысла. Мы с ними делали общее дело, в которое я верил. Рудковская даже взяла у меня телефон и звонила по поводу одного из репортажей.

Поэтому ее слова, сказанные после нашумевшего эфира, меня удивили...

Точнее, не только сказанные. Читайте твиттер.

После того, как началась вся эта вакханалия в интернете и СМИ, я решил побеседовать с юристами. Мне сказали, что сам факт иска Плющенко довольно удивителен. По их мнению, в моих словах сложно найти клевету, и они не затрагивают честь и достоинство Плющенко. Напротив, было высказано опасение за наше Олимпийское будущее. Плющенко — наш единственный боеспособный фигурист, даже, несмотря на форму, в которой он находится в последнее время.

Как можно говорить о его форме? Приведу пример. На прошлой Олимпиаде в Ванкувере у нас состоялся такой диалог:

«Евгений, вы ведь понимали, что прыгнув второй (заявленный) четверной, вы сможете завоевать золото?» - спросил я.

«Если бы я ошибся, меня бы «задвинули» вообще с пьедестала», - ответил Плющенко.

Сейчас, чтобы победить в Сочи, нужно прыгать три четверных прыжка. Объективно, на сегодня 5 -6 человек сильнее Плющенко, и Загреб все показал. Тройной аксель Женя всегда исполнял с закрытыми глазами. Мишин  - лучший специалист в мире по постановке этого прыжка. Но в Загребе Плющенко упал. Возможно, причина в травме. Но история показывает, что без соревновательной практики невозможно показать результат.

Я буду только «за», если Женя выступит на Олимпиаде. И это требует тяжелейших тренировок. Я переживаю, что ставка на регулярный PR, взятая на вооружение окружением Плющенко, совершенно убивает адекватный взгляд, убивает чувство реальности происходящего.

Давайте подумаем, что мы слышим от Плющенко в последние годы? Великодержавные лозунги. И все на фоне невероятных физических страданий.

Вспоминается цитата из «Федота стрельца, удалого молодца»: «Что ж вы, братцы, я ж за вас потерял в атаке глаз».

Понимаете, в мире спорта не принято говорить о травмах. Дело даже не в мужестве, а в том, что твои слабые стороны становятся известны всем. Нет, это не законы спорта. Все это — законы шоу бизнеса. И ничего больше. И это страшно

Нас держат за обывателей, которые похлопают, когда надо. Сценарий написан. Болельщики должны кричать: «Женя — лучший». А журналисты, — восхищаться, если дадут команду. А не дадут команды — помалкивать. Мы все — обслуживающий персонал, получается? Не более? Это неуважение, и по отношению к болельщикам, и по отношению к журналистам.

Если оценивать по-журналистки, то репортаж из израильской клиники сделан очень крепко. Внутри него ничего странного нет. Вас не удивляет другое: почему к Евгению был допущен только один канал, только одна съемочная группа?Сюжет Первого канала об операции Плющенко