Не повторим ли Олимпиаду-80?

- Зачем люди в России соглашаются на проведение крупных спортивных турниров, если экономических бонусов с этого страна не получает, а на выходе происходит только усиление спецслужб? - спрашивал у меня крупный немецкий «безопасник» в офисе Немецкого футбольного союза во время обмена опытом Германии и России в организации футбольных чемпионатов. Ему было не понять не только того, что у населения не всегда спрашивают согласия – ему не понять в целом нашей реальности, когда имиджевая и политическая составляющие могут оказаться намного значимее любых экономических расчетов. Ну, а усиление спецслужб и усиление страны – давно синонимы для немалой части политической элиты.

Последняя из долгой череды убыточных Олимпиад была проведена 37 лет назад. Если в уме прикинуть тяжело, о чем идет речь, я посчитаю за вас: это Олимпиада-80, та самая, московская. Она была революционной в плане организации телевизионных трансляций, она подарила Москве новые спортивные объекты, на которых потом некоторое время (пока эти сооружения быстро не превратились в морально устаревшие) занимались мальчишки и девчонки, но она была, повторюсь, последней из убыточных. Провел Мюнхен свою Олимпиаду-72 и долго закрывал «минуса», потом Монреаль-76 лет тридцать отдавал за нее кредиты, потом была Москва, пробойкотированная 65 странами. Хотя ясно, что и без бойкота в плюсе та Олимпиада не оказалась бы. Советский Союз в разгар холодной войны вряд ли мог претендовать на лавры гостеприимной туристической столицы. В основе основ было соревнование систем. Олимпиада демонстрировала мощь социалистического строя, была своего рода подарком стране и миру. Не весь мир подарок оценил из-за бойкота. Да и граждане преимущественно подарка не видели - Москва стараниями властей на период Олимпиады опустела. Пустые улицы, пустой город. Никто ведь не должен мешать празднику.

Во время Олимпиады-80 на пост главы МОК был выбран новый лидер, человек, который успел поработать во франкистском правительстве, руководитель с авторитарным сознанием, не отвлекающийся на процедурные нюансы и избыточно демократические моменты. Хуан Антонио Самаранч поставил задачу сделать Олимпиады прибыльными и добился этого быстро: все Игры, начиная с 1984 года, заканчивались в плюсе. Нет данных (мы не про «официальные данные») по Пекину-2008 и по Сочи-2014 – очевидно, что и там, и там осталась гигантская финансовая дыра, потому что в значительной степени проекты были политическими.

Ничего страшного в этом нет – иногда вложения в имидж оправданны. И 17 олимпийских дней в Сочи имиджу России помогли. Есть уверенность, что футбольный месяц в 2018-м тоже послужит успешно этой же цели. Только жалеть об одном приходится: почему у всех и деньги, и имидж, а у нас только последнее (и то, если все сложится)?

Все последние дни слышны сетования, что в Россию не приедут американцы, китайцы, украинцы, проигравшие отборочный турнир. Шейхи, кстати, тоже мимо финальной части проследовали. Но вопрос-то не в том, сколько денег они бы привезли (да и много ли оттуда приехало бы людей – тоже большой вопрос) – вопрос, что мы хотим получить на выходе? Олимпиада в Сочи принесла нам в качестве наследия «белые слоны» - огромные спортивные объекты, которые теперь непонятно как использовать.

Лондон благодаря Олимпиаде реконструировал прежде самый небезопасный район города. В том же Пекине, несмотря на все имиджевые издержки, тоже заранее просчитали, что сделают со стадионом «Птичье гнездо», как его переделают в торговый центр и где вместо объектов спортивной инфраструктуры появятся жилые микрорайоны.

Что хотим получить мы? Гигантские сооружения в Волгограде, Саранске, где местным клубам содержать это будет все равно не под силу?

Вопрос даже не об инфернальной картинке пустых городов, как во время Олимпиады-80, а о пустоте еще большей, когда ветер будет гулять по аренам, где когда-то четыре раза сыграли в футбол.