Самое нелюбимое место Шараповой. Что творится в теннисных раздевалках

Однажды Мария Шарапова назвала женскую раздевалку своим «самым нелюбимым местом на свете». Эти слова одной из лучших теннисисток планеты явно свидетельствуют о напряженности, которая царит в местах, о которых редко говорят и пишут применительно к любым видам спорта.

А ведь то, что происходит в раздевалках, куда пускают только игроков и их тренеров, и где звезды тоже стремятся показать свое превосходство, почти также важно, как и то, что происходит на корте.

«Есть такое понятие, как «статус в раздевалке», – рассказал CNN Sport бывший игрок сборной Великобритании в Кубке Дэвиса Арвинд Пармар.

Игроки, проводящие успешный сезон, «в раздевалке могут дать понять, что они в форме», сказал Пармар, который завершил карьеру игрока в 2006-м, а сейчас работает тренером и комментатором.

Достаточно посмотреть на Рафаэля Надаля - главного фаворита «Ролан Гаррос», который в ходе грунтового сезона выиграл 17 матчей из 18. Он вернул свою ауру победителя.

«Его мощный характер и настрой в раздевалке чувствуются настолько сильно, что, выйдя про него на корт, вы будете чувствовать себя, как будто уже проиграли два сета, – говорит Палмар. – Играть с соперником, который находится в такой сумасшедшей форме, как сейчас Надаль, - большой стресс. Это дает ему огромное психологическое преимущество».

В 2013 Крэйг О’Шоннесси был тренером на «Ролан Гаррос» и в один из игровых дней в раздевалке его чуть не сбил игрок, совершавший серию резких ускорений.

«Если бы я зашел на полсекунды раньше, мы бы очень жестко столкнулись, этот момент меня разозлил – говорит О’Шоннесси, который сейчас работает стратегическим экспертом «Уимблдона», Australian Open и мужского тура. – Я обернулся посмотреть, кто же это. Это был Рафаэль Надаль».

Предматчевая подготовка 31-летнего испанца состоит из целого набора ритуалов, которые включают в себя бодрящий холодный душ, после которого он надевает наушники, пока врач тейпирует его голеностопы. Затем Надаль самостоятельно обматывает шесть своих ракеток, мочит волосы перед тем, как надеть бандану, и делает серию рывков в тесном пространстве раздевалки.

«Это выглядит устрашающе, – рассказывает О’Шоннесси. – Если тебе с ним играть, достаточно понаблюдать за тем, как он готовится к выходу на корт, чтобы поверить в то, что ты уже проиграл».

Как тренер О’Шоннесси советует игрокам «уйти куда-нибудь подальше. В другую раздевалку. Нельзя позволять таким вещам влиять на тебя. Не стоит на них вообще смотреть».

Из всех индивидуальных спортсменов, не считая боксеров, теннисисты, наверное, ближе всех к гладиаторам. Но только им приходится делить раздевалки со своими соперниками, даже в день финала.

Учитывая то, насколько высоки ставки, можно предположить, что в теннисных раздевалках царит такое напряжение и страх, что завести друзей в таких условиях невозможно.

«Мне очень трудно представить, что я с кем-то дружу, а на следующий день мне нужно выходить на корт, чтобы обыграть его, – рассказала Шарапова Ларри Кингу в 2013 году. – Я не думаю, что это честно».

Нежеланием Шараповой заводить друзей в раздевалке можно объяснить критические замечания, которыми встретили ее возвращение после допинговой дисквалификации ее коллеги в женском туре.

Экс-третья ракетка мира Пэм Шрайвер рассказывает, что сама была «одной из самых общительных теннисисток» и дружила со многими, но в то же время отмечает, что большие чемпионки прошлого нередко держались особняком.

«Могу сказать, что поведение Штеффи Граф в раздевалке очень похоже на рассказы про Марию Шарапову, – говорит Шрайвер, выигравшая 20 «мэйджоров» в паре с Мартиной Навратиловой. – Она тоже держалась особняком, показывая, что вся в себе и ей не нужен никто, кроме своей команды. Даже Крис Эверт долгое время уходила в себя, чтобы лучше подготовиться к матчам».

От конкурентов ограждают себя не только женщины. Первая и вторая ракетки мира Энди Маррей и Новак Джокович были близкими друзьями по юниорам, но им пришлось поставить свою дружбу на паузу, когда они начали бороться за большие титулы.

Какими бы комфортными ни были раздевалки «Ролан Гаррос» с их диванами и деревянными шкафчиками, ничто не сравнится с «Уимблдоном», где обслуживающий персонал набирает игрокам мраморные ледяные ванны для восстановления или теплые для расслабления и даже подает чай с печеньем.

Чем выше статус игрока, тем больше, по словам Палмара, у него привилегий в раздевалке. «Дежурные в раздевалках из года в год одни и те же, и они стараются каждый раз давать игрокам одни и те же шкафчики».

Когда 22-кратная чемпионка «Шлемов» Штеффи Граф завершала карьеру, организаторы «Ролан Гаррос» выгравировали даты ее побед на дверце шкафчика №19 и торжественно ей вручили.

«А чтобы подчеркнуть ее исключительность, 19-й номер вообще убрали. Вместо него теперь номер 18б», – говорится на сайте «Ролан Гаррос».

На «Ролан Гаррос» две раздевалки: одна в здании главного корта – Филиппа Шатрие и еще одна на втором по значимости – имени Сюзан Ленглен. Но нигде пропасть между суперзвездами и всеми остальными не ощущается так, как на «Уимблдоне».

Во Всеанглийском клубе лаун-тенниса в помещении Центрального корта расположена раздевалка для 16 первых сеяных, а для всех остальных работают две другие - Северная и Южная.

«Главная раздевалка гораздо меньше и длиннее, и в ней ты ощущаешь себя членом элитного клуба», – рассказывает Палмар.

В 2001 году обычными раздевалками пользовался будущий чемпион Горан Иванишевич, который на тот момент стоял в рейтинге так низко, что ему нужна была wild card, чтобы сыграть на турнире.

По мере того, как он продвигался по сетке, ему предложили переместиться в раздевалку для звезд. Он отказался.

«Он не хотел ничего менять, – говорит Палмар. – Когда он играл, в раздевалке все смотрели. Было ощущение, что он один из нас».

Несмотря на то, что большинство игроков рабы привычек, а раздевалки представляют собой средоточие суеверий, есть в них место и для юмора.

Одним из главных мастеров розыгрышей в мужском туре был француз Микаэль Ллодра, который на турнире в Майами голым залез в шкафчик Ивана Любичича в надежде впитать хорошую форму хорвата.

«В Майами не такие уж большие шкафчики, но он забрался в него, так что, когда Любичич открыл дверь, то увидел внутри скрюченного Ллодра, – рассказывает Палмар. – Это было смешно.

Даже в атмосфере постоянной конкуренции ты ощущаешь себя частью одной большой семьи, потому что видишь всех своих соперников почти каждую неделю».