Федор Чудинов: Надеюсь на реванш с Мухаммади, хочу выиграть честно

Встреча Чудинова и Мохаммеди прошла в рамках грандизного боксерского вечера в Москве, главным событием которого стал финал Всемирной боксерской Суперсерии между украинцем Александром Усиком и россиянином Муратом Гассиевым. Бою этих боксеров как раз предшествовал поединок Федора с Мохаммеди.

Российский арбитр Юрий Копцев поставил счет 118-110 в пользу Мохаммеди. Украинец Андрей Билясов и немец Йорг Мик поставили 116-112 и 115-113 в пользу россиянина соответственно. Объявление победы Чудинова зал встретил оглушительным свистом. Отметим, что после боя эксперты в один голос выразили уверенность в том, что поединок выиграл французский боксер.

– Что вы чувствовали, когда после объявление вашей победы зрители в зале начали свистеть?
– Непонятные чувства. Впрочем, признаю: я сам не был до конца уверен, что мне присудят победу. В подобную ситуацию я попал впервые. Да, у меня в карьере были моменты, когда у меня забирали победу, но я не предполагал, что однажды сам могу оказаться в неоднозначном положении.Помню, что сильно растерялся в этот момент.

На сдаче допинг-теста я разговаривал с Наджибом. Он, кстати, несколько сборов провел у Абеля Санчеса, а потом перестал к нему ездить. В целом мы нормально побеседовали после боя. Он сказал, что с меня реванш. Я в ответ: «Хорошо». Я никуда бежать от реванша не собираюсь, но договариваться между собой должны наши команды.

– А есть ли у вас сейчас непосредственные обязательства по вашему титулу?
– Честно сказать, пока в подробности не вникал. Продолжаю, что называется, отходить от этого боя. Возможно, поражение бы пережил гораздо быстрее. После повторного боя с Феликсом Штурмом, когда немцу внаглую отдали победу, не было такого неприятного ощущения, как после этой победы.

– А как представители вашего угла отреагировали на вердикт судей?
– Там сидел Бен, он работает тренером у Абеля Санчеса, катмен и мой первый тренер Алексей Михайлович Галеев. Алексей Михайлович что-то кричал на русском, Санчес – на английском... После того, как мою руку подняли, я удивился. Думал, что максимум дадут ничью. На нее рассчитывал. Это был самый оптимальный для меня вариант.

В этом бою все сложилось не так. Наджиб – соперник хорошего уровня. Когда я выходил на бой, все говорили, что я его нокаутирую в первых двух раундах, но сам я на это не рассчитывал. Думал, что будет рубка, но Наджиб взял скоростью. Если честно, я к этому оказался не готов.

Я приехал в Россию за шесть дней до боя. Лучше всего для акклиматизации приезжать за две недели. Я не знаю, почему так получилось, наверное, сказалось то, что я в первый раз проходил подготовку за океаном к бою в России. Мы все – люди, и законы природы отменить нельзя. Шестой день – самый пик акклиматизации. В этот день мы вышли на этот бой. В понедельник мы прилетели в два часа дня, в субботу вечером боксировали.

– В следующий раз вы прилетите на бой также за шесть дней?
– Нет, буду настаивать на другом сроке. Либо приеду аккурат к взвешиванию, либо за две недели до боя, чтобы пробыть весь цикл акклиматизации.

– Основное время Санчес уделял Гассиеву?
– Да. Тренировки длились по три – три с половиной часа. Утром часа полтора и вечером – по полной программе. У Мурата обычно тренировки проходили после нас, он занимался отдельно. У него работа все-таки другая, он ведь «крузер». Санчес довел Мурата до двух чемпионских поясов. Вспомните, насколько он красиво выиграл у Юниера Дортикоса.

Может быть, в бою с Мохаммеди меня подвело то, что я делал ставку на нокаут, – я стремился ударить посильнее. Из-за этого забился, зажался.

– Вы продолжите тренироваться у Санчеса?
– Да. Я до этого работал с Эдуардом Кравцовым, он сейчас тренирует Мишу Алояна. Наработал с ним скорость, технико-тактические моменты, Эдуард Викторович многое мне дал. У Санчеса другие тренировки и другой подход, в какой-то момент я понял, что надо ехать в Америку и нарабатывать удар. Но мне еще нужно понять и приспособиться к новой подготовке.

Я просто еще не успел перестроиться под такие тренировки. После первых тренировок у меня настолько были забиты мышцы, что я не мог себе нос почесать. В течение месяца я освоился и начал делать работу наравне со всеми ребятами. Если раньше я работал в основном над техникой и скоростью, то тут пошла конкретная физическая подготовка. На все нужно время, но у меня только поменялся тренер, плюс акклиматизация, а тут и следующий бой. Не хочется оправдываться, но я тоже человек и на определенную подготовку мне требуется время.

– Вас не удивил расклад судейских записок – российский судья отдал победу вашему сопернику, а иностранные судьи – вам?
– Я делаю свою работу, судьи - свою. Не знаю, чем они руководствовались, когда выносили такое решение. Для меня главное – то, как цели добиваешься, а не сама цель. Мне хочется выиграть честно, уверенно. Я надеюсь, что сделают реванш с Мохаммеди. Уверен, что на этот раз подойду к бою в наилучшей форме.

– Допустим, что вы встретитесь с Мохаммеди сегодня или завтра лицом к лицу, что вы ему скажите?
– Спрошу, как дела. Мы после боя на допинг-контролеобщались на ломанном английском. Поговорили нормально. Все же это бокс, а не ММА, здесь нет вражды вне ринга.

– У вас сейчас есть планы на ближайшее будущее? Требуется ли вам еще время для перезагрузки или уже есть какая-то конкретика?
– Конкретики пока нет. Думаю, что уже скоро поеду готовиться к Санчесу - как только появится  информацияпо следующему бою от моей команды.