- Да, есть определенная симпатия. Ее надо развивать результатами. У меня история динамовская пока маленькая, две игры всего. И есть болельщики на стадионе, есть улица. Одно дело, когда тепло встречают люди в возрасте, они еще помнят, как ты ловил мячи. И другое дело, когда молодеешь, вот их отношением приятно удивлен. Подходят, желают удачи.

- У меня есть и динамовское прошлое, правда дрезденское, и локомотивское. Но как сказал господин Ротенберг на пресс-конференции, есть спортсмен, а есть тренер. Если в команде пять вратарей, ты можешь быть одним из них, а главный тренер в команде всего один. Я и на пресс-конференции сказал, и сейчас повторю – за одну секунду динамовцем не стать, и меня за секунду не признают. И в «Тереке», и в «Амкаре» тоже был небольшой скептицизм, а в рабочем порядке все становится на места. Только работой и ответственностью за результат можно доказать свою состоятельность.

- Играл я и против «Терека», и против «Спартака». Нет ничего необычного.

- Так и есть. Принципиальной эта игра для меня не является. Обычный матч.

- Говорю то, что есть. Понимаю, что вам что-то надо писать, но когда говорю «нет» - это значит «нет».

- Не могу мыслить, как болельщик. Тогда я тоже буду болельщиком.

- Это же проходил в «Спартаке». Есть эмоции, а есть реальная ситуация. Проиграв ЦСКА в «Спартаке», мы были на втором месте, а как-то, после победы над ЦСКА, когда Баженов забил, команда была на четвертом месте в 19-ти очках от первого места.

- Нет, это не так. Ну, играем с ЦСКА – дальше что?

- Я поговорил с ним, причем при всей команде. Человек он новый, в последний день «окна» трансфер состоялся. Но я привел свой пример, когда в бундеслиге мне за первые четыре игры набили столько, сколько за сезон не пропускал. А что касается вопроса о сборной, то, наверное, три пропущенные игры не могут перечеркнуть несколько хороших сезонов. Игроков такого уровня у нас мало, есть сборы, не думаю, что он не попадет в расширенный список национальной команды. Будут и товарищеские матчи, где он может доказать свою состоятельность.

- Значит, не до конца я научил…

- Это устоявшееся мнение. Но какая длина скамейки, если, к примеру, три центральных полузащитника играют, из них два опорника, а замен нет? Это что, глубина? Нет третьего опорника. Команду надо структурировать. В «Тереке», когда приходил, был один  левоногий, Гвазава. Сейчас 5-6.

- Есть позиции, где игроков перебор, есть, где недобор. Если у вас в доме пять телевизоров, а нет захудалого холодильника, зачем вам пять телевизоров?

- Да.

- Нет игроков оборонительного плана в середине. Ситуация разная бывает: карточки, травмы… Есть молодой Зобнин, который только начинает. Молодых футболистов надо правильно вводить, чтобы они прогрессировали.

- Все идет своим чередом, идут переговоры. И не только по Нобоа. Касаев принадлежит «Рубину», он у нас в аренде. В клубе знают мою позицию, и клуб заинтересован в том, чтобы Алан остался у нас. Кроме того, сейчас нет информации, каким будет лимит на следующий год. А у нас у нескольких легионеров заканчиваются контракты, и важно знать, на что ориентироваться. 

- Смотря как это воспринимать диалог. Имеет работодатель право задать вопрос? Имеет. Вот если приходит кто-то с улицы, пусть и высокого ранга, тут можно подумать, как ответить. А здесь есть руководитель, есть вопрос – есть ответ, ты не можешь быть в замкнутом пространстве и ни с кем не общаться. Другое дело – как на это реагировать. Ведь на стадионе только двое не разбираются в футболе, два главных тренера. И иногда не бывает на вопросы ответов.