Спортсмены, которые играют в Игры. Как Олимпиада снова становится нормальным соревнованием

«Как вы относитесь к отстранению российских атлетов? — горнолыжный центр «Тофана» в Кортина д’Ампеццо на Олимпиаде-2026 был последним местом, где спецкор «Советского спорта» рассчитывал услышать этот вопрос. Только что завершились соревнования в женском супергигантском слаломе, наша Юлия Плешкова заняла 19-е место — и как-то так в очередной раз получилось на этой Олимпиаде, что пообщаться с журналистами не вышла.

В очередной раз — в смысле не Плешкова не вышла, а представитель команды нейтральный атлетов. Трудно сказать, кто в этом виноват, сами ли спортсмены или пресс-офицеры из организаторов, но уже не в первый раз российские пишущие журналисты, а их тут всего восемь человек, преодолевают 5-6 часов до объекта, чтобы просто постоять в микст-зоне и послушать разговоры иностранных участников. А потом, несолоно хлебнув того самого, отправиться в аналогичный обратный путь.

Поэтому вашему спецкору оставалось только зайти на пресс-конференцию призёров, где он неожиданно и услышал вопрос, вынесенный в начало. Он адресовался австрийской горнолыжнице Корнелии Хюттер. Девушка потрогала свою бронзовую медаль, пожала плечами и ответила.

Пожалуй, это был идеальный ответ на подобные вопросы. Примерно так же ответил после короткой программы наш фигурист Пётр Гуменник, когда его спросили о выпаде украинского фигуриста. Мол, я рад быть здесь, на Олимпиаде, и стараюсь сосредоточится только на собственном выступлении, не отвлекаясь на посторонние темы.

Поразительно, но даже официальные лица Международного олимпийского комитета (МОК), видимо, поняв, какого выпустили джина из бутылки, стали говорить вещи, которые пару-тройку лет назад казались немыслимыми. Спикер МОК Марк Адамс, комментируя отстранение украинского скелетониста Владислава Гераскевича заявил, что в мире происходит «130 различных конфликтов», и если позволить каждому атлету выражать свою позицию в зоне соревнований, Игры превратятся в хаос.