Биатлон. Чудесный источник. Дополнительные силы на трассе россиянину Максиму Чудову придает соперник, идущий впереди

БИАТЛОН

 Потрясающий финишный спурт Максима Чудова, принесший нашей мужской сборной первую на чемпионате мира медаль, едва ли оставил равнодушным хоть кого-то из российских болельщиков. Источник этой невероятной прыти попытались отыскать корреспонденты «СС».

Еще сидя на пресс-конференции после своего феерического финиша в гонке преследования, Максим вдруг облегченно вздохнул: «Ой, кажется, «отпускать» начало». При этом произнес: «Может, мне дадут отдохнуть и не заявят на индивидуальную гонку?». Главный тренер сборной Владимир Аликин так и поступил.

– Зачем парня перегружать? Отпахал по полной программе – пусть восстановится немного. Рожков, Шульман, Черезов – есть кому «индивидуалку» бежать. А Максу к эстафете готовиться надо, да еще и масс-старт впереди – а там 15 километров. Еще наработается…

Однако на вторничной тренировке Чудов работал вместе со всеми. Ну, может быть, в чуть более свободном режиме. Стрелял мало – больше лыжи «катал». Во время очередной смены лыж мы и поговорили с героем воскресной гонки.

ВОТ ТЫ, А ВОТ – СОПЕРНИК. ДОГОНЯЙ!

– Максим, ваш вчерашний успех сейчас наиболее свеж в памяти. Но если вспоминать былое: какая из завоеванных за всю вашу жизнь наград для вас самая дорогая?

– Ох!.. – Чудов поднимает брови, словно пытаясь увидеть все 24 прожитых года. – Наверное, все-таки моя первая медаль на чемпионате мира среди юниоров. Пять лет назад это было. Причем медаль та была тоже серебряной и именно в гонке преследования. К той гонке я долго готовился, и награда досталась мне не с каким-то запасом, а в напряженной борьбе – вырвал серебро на последних метрах. В общем, все почти как вчера.

– А из тех, с кем вы соперничали вчера, в той далекой уже гонке кто-нибудь участвовал?

– Да… Михаэль Реш, помню, бежал. Был и чех Михал Шлезингер – он вообще тогда выиграл.

– А вообще какие гонки предпочитаете?

– Этот вопрос мне европейские журналисты часто задают. И я им всегда рассказываю: люблю контактные гонки – преследование, масс-старт, эстафету. В них больше эмоций, больше интриги. Вот ты, вот соперник – догоняй… Ну, или убегай – по ситуации.

– Скоростные биатлонисты были всегда и не переведутся, наверное, никогда. Раньше ими были Анфиса Резцова, Уши Дизль. Сейчас – Фруде Андресен, Ларс Бергер, Магдалена Нойнер вот появилась… Вы себя относите к ним?

– Нет, с этими ребятами мне точно не по пути. То, что стрельба – это важно, я понял в первый месяц выступлений на этапах Кубка мира. Пока был юниором, думал так: два круга штрафа – ерунда, ногами отыграю. А побегав с маститыми, быстро понял: тут надо стрелять. И стрелять хорошо – иначе никаких успехов. Поэтому уже два года подряд во время летней подготовки стрельбе я уделяю все больше времени.

Я РЕШИЛ: «МОЖНО БРАТЬ!». И ВЗЯЛ!

– Однако не пытайтесь нас убедить в том, что работа лыж для вас малозначима. Ту пару, на которой вы выходите на старт, отбираете сами или доверяете сервисной группе?

– Сервисной группе я вполне доверяю, но только в том, что касается подготовки лыж. Готовят мне пять–семь пар. А вот уже из этого числа я отбираю самостоятельно.

– Бывало такое, когда лыжи работали не очень хорошо, но успех все равно приходил?

– Да. И в такой ситуации я выиграл свою первую медаль на этапах Кубка мира. Это в прошлом сезоне было в словацком Осрбли. Катал тогда лыжи и гадал: забегу хотя бы в число 30 сильнейших или нет? Погода тогда была сложная – снег падал. А когда побежал, то после первых двух-трех километров мне сообщили, что лидерам проигрываю три–пять секунд. Я понял, что проблемы не у меня одного, и успокоился. Вторым прибежал. Это я к тому, что опускать руки не в моих правилах. Даже если лыжи работают неважно – бороться все равно надо.

– Устаете ли вы от биатлона?

– Бывает придавливает… Но только тогда, когда проделываю большую тренировочную работу, готовлюсь морально к каким-то стартам, а потом из-за какой-то ерунды все идет насмарку. Случалось в моей жизни и такое. Желание было все тут же бросить и уехать куда глаза глядят.

– Есть у вас принципиальные соперники?

– Так, чтобы по именам, – нет. Меня заводит любая спина впереди. Я вижу соперника и пытаюсь его догнать – вот главный импульс…

– Даже если соперник бежит впереди на расстоянии, предположим, пятисот метров?

– Это на самом деле так. Я ведь во вчерашней гонке Дефрана поначалу вообще не видел. Почти километр так пробежал. Потом смотрю – ага, вроде бы недалеко, вроде бы даже зацепиться можно… Немного подтянулся, пригляделся – смотрю, он и ходом как будто не слишком-то и резво бежит. Одним словом – «можно брать». Я и взял…