Господа, вы не правы!

Уж простят меня читатели "Советского спорта", но сегодня, несмотря на расстояния, мне придется коснуться темы хотя и связанной с хоккеем в Северной Америке, но интрига которой закладывалась, увы, в России.

Вероятнее всего, поклонники самой скоростной игры начавшегося столетия и те, кто следит за хоккеем из многих городов огромной российской державы, пристально наблюдают за событиями в НХЛ. Перебирают фамилии ребят, приглашенных руководителями олимпийской сборной, дают оценки, в основном по наитию, так как видят лишь некоторые матчи, транслируемые НТВ плюс (хотя далеко не в каждом доме позволительна такая роскошь — все-таки дороговато), поэтому главным источником являются разнообразные статьи, интервью, порой непроверенная информация в СМИ.

Не так-то легко копаться в чужих оценках, но на этот раз, говоря простым житейским языком, меня просто заела абсурдность некоторых комментариев, касающихся ситуации с одним из самых популярных форвардов НХЛ, которого чтят и любят российские поклонники хоккея, моего близкого знакомого Павла Буре. Непростой сезон достался напористому и трудолюбивому спортсмену. Честно говоря, я и не помню, когда были у него простые сезоны. Он всегда стремился сыграть лучше других, забить больше голов, завоевать различные призы, участвовать в матчах звезд. Его мечтой еще с детства была Олимпиада, видимо, это исходило от отца, Владимира Буре, олимпийского призера в плавании вольным стилем. Я и сам был свидетелем того, как отец рассказывал своим сыновьям в номере гостиницы, расположенной рядом с Голливудским бульваром, на котором находятся плиты с именами звезд кино, театра, музыки, шоу-бизнеса США. Не менее популярны здесь, естественно, и спортивные таланты. Отец так страстно и эмоционально вспоминал эпизоды борьбы на Олимпиадах в Мюнхене и Монреале, что у его слушателей просто загорались глаза. Помню, как Паша со вздохом произнес: "Вот и мне бы с Валеркой поехать на Олимпиаду, но это ведь только может присниться в фантастическом сне".

Но как частенько бывает в нашей сумбурной жизни, все порой меняется, наступает новое время, и… сны сбываются! Два веселых и симпатичных брата вместе с близкими родственниками - мамой Татьяной и женой Валеры Кэндес в 1998 году полетели в далекую Японию, где наши хоккеисты завоевали второе место. С тех пор прошло немало времени. Павел все громче и громче заявлял о своих успехах благодаря блистательным результатам, а его брат стал очень популярным не только в Калгари, но и во многих других хоккейных городах континента. В его семье сначала родилась прелестная девочка Наташа, потом крепкий и любознательный сын, названный в честь своего дедушки Левой, и вот в прошлое воскресенье в семье Валеры и Кэндес Буре появился третий ребеночек, которого назвали Максимом. Мама и папа, брат, бабушка и прабабушка чувствуют себя превосходно, но для праздников у профессионалов времени не остается, надо, как любят говорить в России, пахать с утра и до вечера.

Но вернусь к тому, с чего начал. Как могла прийти в голову журналистам, пишущим об НХЛ, извините за легкий афоризм, бредовая идея назвать решение Павла выйти на лед после полученного перелома руки значительно быстрее, чем это планировалось, авантюрой? О какой продаже или обмене Буре-старшего говорят руководители "Флориды"? Большой контракт был предложен Павлу в этой команде с расчетом на то, что смотреть на его игру будут приходить любители хоккея штата Флорида и многочисленные гости, приезжающие сюда как раз во время зимнего хоккейного отрезка в регулярном чемпионате лиги. С какого позволения все знающие журналисты окрестили Майка Кинана другом Буре? У них вообще разный возраст. Я был недавно свидетелем того, как общается "Железный Майк" с Павлом во время нескольких дней, когда "Пантеры" выступали в Калифорнии. Он действительно весьма уважительно к нему относится, познакомившись с ним еще в "Ванкувере", но о какой-то дружбе и речи не идет. Буре тяжело переживал новую, пришедшую в его хоккейный дом эпопею с этой сломанной рукой. Он сделал все возможное, чтобы доктора объяснили, как эта проблема, ворвавшаяся совсем некстати в его жизнь, может интенсивно разрешиться. И когда он принимал решение вернуться на лед с помощью предохранительных технических приспособлений, поверьте мне, без разрешения докторов сам сделать этого не смог бы. Рисковал ли Павел? Каждый матч в НХЛ — это большой риск. Помню, как Дмитрий Юшкевич согласился играть со сломанным большим пальцем на ноге. То же самое сделал и его партнер по амплуа Даниил Марков. Сегодня из его "горячей линии" вы узнаете, какое самое настоящее мужество проявил этот парень после того, как ему наложили на нос и на лицо 25 швов. Больше недели со сломанным пальцем в прошлом сезоне выступал Алексей Житник, ему очень тяжело было бросать по воротам, рука болела безумно, но он обязан был выйти на лед, ведь он — профессионал! И дело здесь не в больших зарплатах, уважаемые "специалисты", рассказывающие об НХЛ на моей родине. Это проявление настоящего мужского характера.

Читатели вправе задать вопрос, отразится ли все это на участии Павла Буре в зимней Олимпиаде 2002 года. Ну кто сейчас может точно ответить на это? У нас здесь, в НХЛ, как и в песне Владимира Высоцкого: "Чуть мгновение — ты наверху и… стремительно падаешь вниз!"

Я знаю, что Павла всегда, даже в самые сложные времена, сопровождает удача. Легче всего ему тогда, когда рядом мама. И так уж совпало, что приехала она во Флориду в то время, когда пришла пора стать троюродной бабушкой, а рядом ее старшее чадо, которому, как и обычно, она отдает всю свою ласку и материнскую заботу. Так что будем надеяться на благополучный исход сражения за спортивную жизнь и участие в столь значимой и почитаемой Павлом Буре Олимпиаде!

*Виктор НЕЧАЕВ — первый наш хоккеист, выступивший в НХЛ (сезон 1982/83 года, "Лос-Анджелес").