Анатолий Кучерена: Из вены Ларисы Лазутиной кровь била фонтаном

Скандал, разразившийся в Солт-Лейк-Сити с лыжницами Ларисой Лазутиной и Ольгой Даниловой, связанный с применением дарбепоэтина, перешел в стадию судебных разбирательств. Права наших лыжниц защищает известный адвокат Анатолий Кучерена. Нам удалось узнать подробности из беседы с главным действующим лицом.

ПРИТЯЖЕНИЕ КОНФЛИКТА

— Анатолий Григорьевич, вы известный адвокат и, следовательно, можете выбирать себе дела. Когда вы следили за ходом Олимпийских игр и за разгорающимися конфликтами с нашими лыжницами по телевизору, возник ли у вас тогда профессиональный интерес к этому делу?

— Как и миллионы болельщиков, я сильно переживал за наших спортсменов на Олимпиаде. Уже тогда у меня сложилось впечатление, что к россиянам относились предвзято. Разумеется, любой правовой конфликт, а тем более международный скандал такого масштаба, вызывает профессиональный интерес у любого адвоката, и я здесь не исключение.

После окончания Игр ко мне обратился Леонид Тягачев с просьбой заняться этой проблемой. Изучив международные правовые документы в области спорта, побеседовав с Ларисой Лазутиной, Ольгой Даниловой и другими участниками Игр, я пришел к выводу, что права наших спортсменок были грубо нарушены.

— Так случилось, что апелляцию подала сначала наша сторона, а потом и команда испанского лыжника Йохана Мюлегга. Дела этих спортсменов идентичны — их обвиняют в применении одного и того же запрещенного препарата. Будет ли наша сторона кооперироваться каким-либо образом с испанской?

— Пока не могу ничего сказать.

— Анатолий Григорьевич, думаю, вам понятно, что большой спорт — это и большие деньги. Может, из-за этого в ход идет все что угодно?

— Но какое это отношение имеет к нашим лыжницам? Я утверждаю, что их вина не доказана, а такого рода общие рассуждения ни о чем не свидетельствуют. Я убежден, что Ларисе Лазутиной, которая перед Олимпиадой заявила, что уходит из большого спорта, не было смысла себя дискредитировать. Все так называемые "доказательства" ее вины построены на грубейших нарушениях установленных процедур допинг-контроля.

НЕ ХОТИТЕ ПО-ХОРОШЕМУ, ВОЗЬМЕМ ИЗМОРОМ!

— Какие ближайшие действия последуют в этом деле?

— Мы пока только подали апелляцию и указали своего арбитра из числа предложенных Международным арбитражным судом в Лозанне. По непонятным причинам представителя России в этой организации нет. Теперь Международный олимпийский комитет должен выбрать своего арбитра, а затем появится третий судья, председательствующий по делу. И тогда начнется процесс.

— Сколько на эту стадию может уйти времени?

— От трех месяцев до полугода.

— Кому выгодно затягивать процесс?

— Мне очень сложно говорить об этом, но есть люди, которые выступают против того, чтобы Ольга Данилова и Лариса Лазутина подавали в суд. Пока я не знаю точно, какими мотивами они руководствуются.

— Тем не менее кто недоброжелатели: международные или, быть может, наши спортивные чиновники, лаборанты-заговорщики, спортсмены-конкуренты или их менеджеры?

— Здесь присутствует целый комплекс проблем. Безусловно, на Западе сохраняется предубеждение против России, негативное отношение к ее гражданам, в том числе спортсменам. Все это мы наблюдали на Олимпиаде. Рассказы Ларисы и Ольги произвели удручающее впечатление. Говорят, что на прохождение допинг-контроля их выбрал компьютер. А директор Антидопинговой инспекции ОКР Николай Дурманов показал мне факс, в котором имена лыжниц написаны от руки.

Отвлекусь от темы и напомню о канадских фигуристах, которым вручили олимпийское золото. Я подробно изучил информацию и могу сказать, что они добились своего только благодаря действиям, что называется, на измор менеджеров и адвокатов. Вот вам и хваленая западная законопослушность. Уверяю, что если бы у канадцев не было специально обученных специалистов, то не получили бы они ничего.

— В каждом деле есть свидетели. В нашем случае это кто?

— Это те люди, которые присутствовали в момент проведения процедуры забора крови. Тогда там были не только иностранные сотрудники лаборатории, но и представители нашей стороны.

Лариса мне рассказывала, что когда у нее брали кровь из вены перед гонкой, то врач-лаборант уронил пробирку. В тот момент, когда он нагнулся за ней, игла выпала из вены и кровь била фонтаном. Умышленно было это сделано или нет, покажет расследование. Халатность медперсонала — факт очевидный, но остается вопрос: что за этим стоит?

ТАЙНА, ПОКРЫТАЯ МРАКОМ

— В ОКР есть юридическое управление. Случаи с положительными допинг-пробами на крупных соревнованиях у наших спортсменов далеко не единичные. На ваш взгляд, почему у нас нет профессиональных юристов в области спорта?

— Мне тоже это непонятно.

— Какой информации в работе вам сейчас не хватает?

— Я не испытываю никакого информационного голода. Хотя по медицинскому направлению у меня есть вопросы, и ими занимается группа ученых.

— В вашей команде есть люди с противоположными взглядами? Вообще по какому принципу вы подбирали себе людей?

— Все должны работать в одном русле. На этом этапе медики не могут влиять на ход процесса. Задача у них такая — дать соответствующее заключение. А когда я получу его, то с учетом даже косвенных обстоятельств буду действовать так, как считаю правильным и законным.

НАША СПРАВКА

Анатолий Григорьевич Кучерена

Родился в Молдавии в 1960 году в простой семье. Пытался исследовать происхождение своей фамилии, но ничего у него не получилось — оно так и осталось загадкой. Из родственников юриспруденцией никто не занимался. В Московскую городскую коллегию адвокатов поступил в 1993 году. На данный момент - директор созданного им юридического адвокатского бюро "Аргумент". Специализируется на уголовных делах. Кандидат юридических наук. Хобби: шахматы, горные лыжи. Женат.

КСТАТИ

На разработку самого дорогого на сегодняшний день медицинского препарата дарбепоэтина затрачена астрономическая сумма — 800 миллионов долларов. Препарат изготовляется из культуры клеток яичника самки китайского хомячка.